[394x296]
• имя и фамилия.
Áed-Flann Elliot | Эйд-Фланн Эллиот

• возраст и дата рождения.
~25 лет
28.04.1987

• должность.
Студент Orion

• сверхспособность.
Влияние на поля вероятности - способность влиять на удачи и неудачи свои, а так же окружающих.

• обычные способности.
Фокусник-иллюзионист, грезящий о цирковой деятельности и признании. Он умеет грамотно запудрить мозги завороженно глядящим на него зрителям. Смотришь ли ты внимательно? Достаёт металлом отдающие доллары из ушей и выпускает в небо из рукавов голубей белых.
Превосходный бы из него вышел Санта Клаус, зимой каждого года заражающий смехом и предновогодним настроением сотни людей.
Знает полтора языка помимо английского: ирландский(родной) и французский(скверно). На английском говорит с чудаковатым акцентом.
Играет на губной гармошке.

BLOCK #2. ABOUT CHARACTER

• место рождения/место проживания
Ирландия, Каслбар, деревня Карроутейг
США, штат Вирджиния, Александрия

• родители/родственники
Ailbe & Geileis Doyle - дедушка и бабушка. Он всегда мечтал о сцене и аплодисментах, а она жила простой деревенской жизнью и доила коров.
Lucas & Norah Elliot – родители. Дышащие друг другом неразлучные воздушные гимнасты бродячего цирка.
Aisling Seamair Elliot - младшая сестра. Недобалерина недожурналистка недоличность и вообще.

• 10-15 фактов из жизни.
- Начнём с того, что Эйд стал одной из лучших нелепых ошибок молодости Лукаса и Норы Эллиот, когда те лишь начали медленно ползти вверх по карьерной лестнице.
- Родители мальчишки в силу профессии передали эстафетную палочку воспитания в руки доброжелательных стариков.
- Рос Эйд-Фланн до восьми лет в глухой ирландской деревне, где нет даже электричества и хотя бы одного англоговорящего жителя. Счастье беззаботного детства в деревне было недолгим. Америке очень недоставало двух в некоторой степени бездарных воздушных гимнастов, готовых расшибиться в лепёшку. Ну и их сынка тоже.
- В возрасте восьми лет был заточён в бесконечно сером лабиринте высоток в городе под названием Александрия. Впал в глубокую депрессию и возненавидел Америку, ибо над ним в этой нехорошей стране потешались все-кому-не-лень из-за причудливого корявого говора. В нормальную школу Эллиота, естественно, не допустили, да и поздно было. Выход один – домашнее обучение.
- Кстати о роялях в кустах. Эллиоты допустили ещё одну крохотную оплошность по имени Айслинг. Хотя это вовсе не промашка, а скорее «единственный» луч света в кромешной тьме. О существовании солнцеликой сестры Эйд узнал, наверное, поздно, когда той уже исполнился третий год. И это его удручало ещё сильнее. Маленькое ангелоподобное создание стало главным из всех объектов ненависти Фланна.
- Эйд же надежд родителей не оправдывал, с двенадцати лет только и занимался тем, что учился показывать фокусы и выступал с представлениями на улицах, вместо прилежной учёбы. Хотя был крайне удачлив и редко попадал в передряги.
- О способности начал подозревать только когда выиграл в лотерею тысячу долларов, со злости купив на последние деньги заветный билет. Окончательно убедился в существовании своей силы, когда его сестру внезапно выгнали из балетной студии, а потом из школьной газеты. Впрочем, в колледж она тоже из-за него поступить не смогла.
- Однако контролировать юный иллюзионист это «влияние на поля вероятности» не умел и не пытался. Из-за чего во время чёрной полосы Эллиота страдали ВСЕ. Люди вокруг него периодически попадали под колёса велосипедистов или их сдувало ветром с крыш, они получали по голове арматурой и спотыкались на ровном месте.
- Подтолкнула к учёбе в Орионе «везунчика» полиция, аккуратно намекнув, что таких следует изолировать от нормального общества. На следующий день полицейский участок с толерантными работниками сгорел. Несчастный случай? О, да… Неисправная проводка.
-Уже второй год Эллиот учится держать под контролем неслучайные случайности, но прогресса не наблюдается.

• характер.
Я худший в том, в чём лучше всех.

Помнит ли он затухающие закаты на холодном и мокром песке мрачного побережья и солёные от морской воды губы, путающиеся в соломенной голове песчинки и разодранные в кровь колени? В Александрии этого нет, никогда не будет и вовсе не было. Рассветы и истерики солнечные лучами в треснувшей кружке лихорадят, бьют, осушают изнутри. За тысячу миль был этап его жизни лучший. Эйд погряз в своём детстве, которое любит до одурения. Там было всё: старые пыльные чемоданы, утопающие в пыли, оставляющие на пальцах раны, иссохшие к осени травы, девчонка соседская с рыжими косами визжащая по поводу и без него. И знали бы вы, как же искренне любит огня искры он.

Грубым рывком небрежно выдернутый из привычного мира с матовыми гранями и осенней листвой, он ненавидит английский язык и Америку до яростных криков, до ударов головой о горячую батарею и смеха отчаявшегося дурака. Глухой барьер между миром и одиноко плетущимся посреди улицы ирландцем не иссяк пока. Именно так. Эта страна его не воспитала, а лишь привычкам вредным дала захватить очередную жертву. Развеять бы все чертовы воспоминания по ветру, уехать домой, но Эйд сомневается. Всем рьяным доброжелателям Фланн вымученно улыбается, в ответ на чужие старания хлопает дверью, по пути напяливая наизнанку куртку пропахшую гарью опять матерится так по-родному. Застрял навечно между прутьев в клетке, безнадёжное чириканье «Céilí Mór» уже приелось.

Мистер Эллиот всегда слишком пьян и чрезмерно улыбчив, чтобы понять, насколько он беден и асоциален. Запрограммированный на веселье бесконечное, на бесконечную ложь, на кипящую ненависть смешанную с зубным скрежетом. Он будет смеяться прямо в безразличные лица чужие, даже когда лучшие из врагов достанут оружие, а дышать будет больно и тяжело от осколков рёбер в лёгких. Это Эллиот пришлёт вам в качестве льгот из больницы глянцевую открытку или фотографию чьей-то жопы. Его поведение - полная импровизация. Навеки ваш человек-шторм, который любит смеяться. Не можете обхватить руками, но ведь чувствуете. Живёт ради удовольствия, одним моментом, из-за пари пройдётся в лыжах по парапету. Не поверите, но ведь хочет жить чертовски.

Фланн не гонится за ровесниками с распростёртыми объятьями в попытке ухватиться за какую-нибудь надёжную стереотипную компанию. Ему не нужны друзья-на-век, понимаете? С ними невозможно оставаться полностью независимым. Плевать, что одиночество – обратная сторона свободы. Будь же свободен. Он хотя бы с собой честен и проклят навечно. С ним небезопасно встречать рассветы и ночами считать планеты. Если вы хрупче китайской вазы династии с непроизносимым названием, бегите. Бегите, что есть мочи, без оглядки, сверкая пятками. К тому же, кому нужен этот дрянной социопат с зачатками мизантропа. Это диагноз. Убирайтесь от него, пока не поздно.

Как же можно обойтись без лирики капли? Вот он перед вами весь из себя такой неправильный, нелюбимый сын своих родителей, вечный безбилетник потрёпанный жизнью и избитыми нервами, огрызается на реплики девочки-стервы. Он без лоска, со своими заморочками и старыми квадратными очками, прописанными старым врачом мелким почерком между строчками. Сквозь оптическое пространство мелькает счастливое безумие, гложет изнутри гусеница последний листок цвета охры, извивающийся в закоулках души на засохшем дереве здравомыслия. Человек-пятиминутка на улицах дарит волшебство в обмен на крепкие сигареты, тут уже не до забот о внутренностях.

Просто закройте окна, оттуда дует. Заболеете. Заразитесь им. Будете прокуренным голосом отпускать плоские шуточки и пить текилу из горла. Станете настоящими, реальными, из плоти и крови состоять будете, а не из розовых сопелек и глянцевых раскрашенных масок-лиц. Наконец-то у вас прорежется трёхдневная щетина и проявятся синяки под светлыми глазами. Да, остерегайтесь этого опасного вируса. Почему он такой неспокойный? Почему ничего не боится? Почему он безнаказанно живёт…почему таким мудакам везёт?!