Это цитата сообщения ЗердаПермь Оригинальное сообщение
Майкл Джексон. Круг чтения. Эдгар По
О том, что Майкл работал над фильмом об Эдгаре По не знает наверное только самый ленивый фанат)))) Вот что говорил Майкл об этом проекте в Yahoochat 26 октября 2001:
- Да, работа над этим фильмом должна начаться. Он рассказывает о великом американском писателе Эдгаре Аллане По. В нем было нечто очень дьявольское, очень тёмное… но он был гением, и это… его собственная, личная жизнь очень интересна, об этом и фильм. Каким он был… о том, через что ему пришлось пройти, чтобы создать такие гениальные произведения. Это потрясающая история.
О влиянии на Майкла личности и творчества Эдгара По можно написать диссертацию. Причем это совершенно серьезно. Их судьбы во многом похожи. Они оба при жизни были окутаны бесчисленным количеством самых невероятных и безумных легенд. В конце концов, оба гении, а судьбы гениев, как известно, во многом схожи.
Как истинный романтик По стремился разрушить грань между реальностью и воображением, представляя собственную жизнь законченной художественной новеллой, в которой воссоздана судьба гения, не признающего над собой власти обыденных понятий и норм. В соответствии с сюжетом этой новеллы По оказывался потомком аристократов, уехавшим, по примеру Байрона, в Грецию, чтобы посвятить себя борьбе за ее освобождение, и пережившим множество испытаний, включая пребывание в Санкт-Петербурге, куда его забросила прихоть судьбы.
На самом деле По был сыном странствующих актеров, рано осиротел, воспитывался в семье богатого негоцианта, с которым у него были очень напряженные отношения, и не получил образования, вынужденный уйти из университета в результате скандальных историй и карточных долгов. С юности узнав нищету и необходимость зарабатывать на жизнь пером журналиста, равного которому, кстати сказать, не было в тогдашней Америке, По вел существование литературного поденщика, а созданный им на страницах автобиографических произведений образ одинокого гения, надмирного художника и денди в своем повседневном поведении принадлежит искусству, но не характеризует реальную личность. Но сказав о себе: «Моя жизнь — каприз — импульс — страсть — жажда одиночества — презрение к настоящему, разжигаемое страстностью ожидания будущего», По выразил коренные черты своей личности, которые сделали неотвратимым его резкий конфликт с обществом здравого смысла, чьи меркантильные интересы и утилитарные нравственные понятия постоянно подвергались насмешкам с его стороны.
Осенью 1835 По женился на своей несовершеннолетней кузине Вирджинии, ставшей адресатом его самых проникновенных лирических стихотворений. Смерть жены двенадцать лет спустя явилась последней и непоправимой катастрофой жизни По, заполненной выматывающей журнальной работой, которая не помогала выбраться из ожесточенно преследовавших его бедствий, приведших к душевному срыву и ранней гибели. Смерть По вызвала почти нескрываемое ликование врагов писателя, которым сорок лет спустя дал отповедь его французский почитатель, лидер символизма С. Малларме, с презрением писавший о ничтожествах, смеющих корить По за то, что «яд философа развел он в алкоголе».
Французские поэты-символисты, начиная с Ш. Бодлера, а затем их русские литературные единомышленники, прежде всего В. Я. Брюсов и К. Д. Бальмонт, более всего способствовали признанию По как великого лирика, прямого предтечи поэзии 20 в. В США репутация По не отвечала его реальному значению: за ним даже после смерти сохранялась слава аморалиста, поддерживаемая завистливым, недобросовестным душеприказчиком Р. Грисуолдом. Три небольшие поэтические книги По, из которых самая известная «Ворон» (1845), со знаменитым заглавным стихотворением, где смерть любимой женщины осознана как «высшая поэтическая тема», только со временем были прочитаны как хроника озарений и срывов романтической души, уникальная по своей эмоциональной насыщенности и метафорической яркости. Главная тема поэзии По — воображение как единственный способ преодолеть конечность времени, неотвратимость смерти, ужас бесследного исчезновения с лица земли. Образы По навеяны всегда обостренным у него чувством присутствия мистического в гуще обыденности, поэтический язык отмечен многозначностью ключевых слов-понятий, допускающих самые различные толкования в зависимости от характера восприятия воссоздаваемого им лирического сюжета. Предельно интенсивная эмоциональность стихов По соединяется с математически точно рассчитанной композицией, которую он сам описал в своих теоретических работах о поэзии, имеющих важное значение.
Цикл его «логических рассказов» о гениальном сыщике Дюпене положил начало жанру детектива, сполна реализовав основную художественную установку По: «Достичь правдоподобия, пользуясь научными принципами в той мере, в какой это допускает фантастический характер самой темы». Оттенок причудливости («арабеск») обязателен в этих новеллах, эмоциональный спектр которых очень широк: от ужаса до бурлескного смеха. (http://www.megabook.ru/Article.asp?AID=662493)
Когда я начала работу по сбору информации для этого сообщения наткнулась на очень интересный пост SmoothCriminalMJ и Эдгар По.Вот отсюда http://www.mj4you.ru/archives/category/publ/raznoe. Он достаточно объемен и сложен, поэтому я размещу здесь только часть материала то, что мне показалось наиболее интересным с огромной благодарностью к человеку, проделавшему такую гигантскую работу. (далее в скобках примечания SmoothCriminal, в квадратных скобках примечания мои)
«Не зря Майкл вспоминал и интересовался этим персонажем.. или просто снова фанатский глаз видит сотни тончайших и более явных параллелей в хитросплетениях жизни двух таких разных, на первый взгляд, людей. И суды, чтоб очистить свое имя от клеветы, и сложные взаимоотношения прессой, вплоть до травли.. Или.. жизни и судьбы гениев зачастую схожи? [Схожи. Доказанный факт)))]
Да, я знаю, что «многа букфф», и понимаю, что По кажется абсолютно левым персонажем, но.. попытайтесь прочесть.. может по частям и в несколько заходов.. если не хватит терпения на всё – хотя бы часть о суде, музыке и смерти. Если вас торкнет хотя бы пару раз на некоторых высказываниях как меня, значит всё было не зря.
Сборник новелл Эдагара По скрашивал мне долгую дорогу от Днепропетровска до Москвы, буквально через пару минут после начала чтения рука потянулась за ручкой и листком бумаги.
Сначала цитаты отсюда: «Очерк жизни Эдгара По», Константин Бальмонт и местами мои комментарии, если нет возможности кратко передать содержание или я не могу удержаться, все разбито на 3 части:
1. СОВПАДЕНИЯ и ИНТЕРЕСНОСТИ
«Я полагаю, что такие гении, как Эдгар По, выше какого-либо обвинения или оправдания. Можно пытаться объяснить красный свет планеты Марс. Обвинять его или оправдывать смешно. И странно обвинять или оправдывать ветер Пустыни, с ее песками и далями, с ее Ужасом и Красотой, ветер, рождающий звуки, неведомые не бывшим в Пустыне»
«Эдгар По впоследствии всегда лелейно относился к памяти своей матери, и в самую блестящую пору своей жизни он однажды сказал, что никакой граф никогда не был так горд своим графством, как он своим происхождением от женщины, которая, хотя из хорошей семьи, не поколебалась посвятить драме свою короткую карьеру гения и красоты»
«Не забудем также, что в этом году, двумя месяцами позднее, родился и родственный Эдгару По Гоголь, самый фантастический из русских писателей.»
«Приемный отец гордился своим приемышем, преждевременно являвшим различные таланты, – хотя временами был скор на руку и, будучи вспыльчив, порою сурово наказывал мальчика»
«Преподобный доктор Брэнсби, сохранивший в рассказе “Вилльям Вильсон” истинный свой лик и даже свое имя, оказал на Эдгара По сильное влияние не только своими постоянными цитатами из Горация и Шекспира, но и благородным пониманием души ребенка. Он запомнил своего маленького американского воспитанника и годы спустя вспоминал сочувственно об его способностях и с осуждением говорил, что у мальчика всегда было слишком много карманных денег» (Дэвид Гэст об Майкле Джексоне: «Он ходил по антикварным книжным магазинам в поисках прижизненных изданий этих авторов. Любил Шекспира и увлек меня его пьесами»).
“Грезить, – восклицает Эдгар По в своем рассказе “Свидание”, – грезить было единственным делом моей жизни, и я поэтому создал себе, как вы видите, беседку грез”.
(Интервью Bob Colacello, Andy Warhol, Октябрь 1982:
COLACELLO: Каков твой типичный день?
JACKSON: Фантазирую большую часть дня. Я просыпаюсь рано и готовлюсь к тому, что буду делать, писать песни или что-то еще. Планирую будущее и все такое.
COLACELLO: Ты много любишь играть в повседневной жизни?
JACKSON: Я очень это люблю. Это побег. Это весело. Это просто замечательно – становиться другим, другой личностью. Особенно когда ты действительно в это веришь, и это перестает быть похожим на игру. Я всегда ненавидел слово – играть, я говорю «я – актер». Это должно быть значительнее. Это должно быть больше, как у верующего.
COLACELLO: Но неужели немного не страшно, когда ты полностью поверил?
JACKSON: Нет, это то, что я действительно люблю. Я просто люблю действительно забыться.)
«Воспоминания сверстников и сверстниц неизменно рисуют Эдгара По красивым, смелым, причудливым и своенравным, черты, которые он сохранил на всю жизнь. Некоторые подробности детских шалостей до странности совпадают с теми литературными приемами, которые позднее предстали как отличительные особенности творческого дарования Эдгара По» после таких шалостей и пугающих розыгрышей «Эдгар смеялся так сердечно, как это делало когда-либо раньше какое-нибудь привидение»
«Мистер Аллэн гордился своим красивым и одаренным приемышем, но он не испытывал к нему отеческой привязанности чувство, которого всегда хотело впечатлительное сердце этого тонко-чувствительного существа. Трудно оценить, с каких ранних дней запала горечь в сердце Эдгара По и как рано зоркий его ум увидел несоответствие между внутренними достоинствами отдельного человека и внешним отношением к нему других людей»
«Ласка чужого человека до такой степени сильно потрясла мальчика-юношу, что он онемел и был близок к потере сознания. Эта напряженная чувствительность к чужой доброте по отношению к нему была одной из самых выдающихся черт характера Эдгара По за всю его жизнь» (не могу найти где читала о похожей реакции Майкла на встречу с Дайаной, в книге ЛаТойи нет..) «через несколько месяцев она лишилась рассудка и умерла. И мальчик, помнивший потом эту ласковую тень всю жизнь, приходил к ней на могилу много месяцев спустя после ее смерти, и чем темнее и холоднее была ночь, тем он дольше оставался на могиле, чтобы ушедшей было не так холодно в гробу»
«описывает его отнюдь не мускулистым или способным к физическим упражнениям. Лицо у него было женственное, с тонкочеткими чертами, глаза темные, влажно блестящие и выразительные»[я думаю загримировать Майкла под Эдгара По не составило бы труда, они внешне чем-то похожи]
«Мое впечатление было и есть, что никто не мог бы сказать, что он знал его» [Помните, Майкл говорил: «Людям кажется, что они знают меня, а мне кажется что они ошибаются»]
«Эдгару По ничего не оставалось, как прибегнуть к гласности и поручить суду выяснение правдивости или лживости такого обвинения. Наглец, имени которого я не дарую чести возникновения в русских буквах, после печатного опровержения со стороны Эдгара По ответил вторично наглейшим выпадом. Эдгар По прибег к суду, суд выяснил полную лживость обвинения, и клеветник должен был уплатить большой штраф».
«У По была привычка покрывать стены своей спальни набросками углем; Уиллис утверждает, что у него был рисовальный талант, и что стены его студенческой комнаты были сплошь покрыты карандашными рисунками»
«Одно из этих стихотворений достопримечательно тем, что в нем, почти дословно, встречается четырнадцать строк, которые потом были выделены и переделаны в стихотворение, называющееся “Сон во сне”, напечатанное через год после его смерти» (прям какой-то Thisisitи одноименная композиция)
«Я отдал бы мир, чтобы воплотить хотя бы половину тех мыслей, которые проплывают в моем воображении»
«Его очень сердила некая школьная шутка на его счет: кто-то, остря над его усталым видом, сказал, что он выхлопотал для своего сына прием в школу, но сын его помер, и вот отец поступил вместо умершего сына» (тут у меня ассоциация с тем, что Майкла в детстве обзывали карликом и подставой вместо ребенка).
Гаррисон об Э.По: “За три года наступило удивительное усиление точности, определенности, ясной четкости и музыкальности. Что раньше было неверным, как хор шепчущих тростников вдоль берега реки, смутным, как crescendo и diminuendo, идущих поступью, ветров в ночи, собралось в сосредоточенную форму и сделалось воплощенным в стансах “Елены” и “Израфеля”. Поэт двадцати одного года еще неловок, неуклюж, спотыкается в рифме и в размере, он новичок в изяществах стиха, но уже его наваждают неизреченные словесные мелодии» (возраст аналогичен успеху Майкла с Off The Wall, и хм.. снова крещендо)
«Где лаконизм слов, исполненных полновесной значительности, занесен в его обычные, четко выписанные буквы, является одним из самых красноречивых, страстных в своей английской сдержанности воплей человека в пустыне – и не человека в пустыне, а одинокого существа среди несчетного множества других существ, чужих, враждебных, и глядящих, и подглядывающих»
«Но собственный гений и одно чужое доброжелательное сердце очень недостаточны, чтобы бестрепетно идти по тропинкам, выложенным битым стеклом»
«Все творчество Эдгара По ясно указывает, что много в его жизни было сожженных жизней»
«Байрону легко было быть Байроном. Байрон жил в Англии и в Европе, где уж много сотен лет была готовая литературная аудитория, а не в Америке, где общество состояло, да и теперь состоит главным образом из искателей доллара и учредителей деловых предприятий, и где умственная грубость и художественная тупость – господствующий факт» [по-моему и сейчас в Америке мало что изменилось – деньги – это все: любовь, дружба, порядочность, все продается и все покупается]
«Но с начала до конца, за всю свою жизнь, среди всех своих испытаний он остался самим собой, он не принизил своего гения, а вознес его в неземной его отъединенности, и во всем своем творчестве, достойном быть так названным, лучезарно сохранил свое божеское я, озаренное высоким светильником, чьи имена Любовь, Смерть, Искушение и Ужас» [Вот так удивительно Бальмонт сказал об Эдгаре По и как-будто о Майкле]
Вилльям Гоуэнс, впоследствии богатый и эксцентричный книгопродавец, оставил в своих воспоминаниях ценное свидетельство: “В течение восьми месяцев или более “в одном доме мы были, один стол нас кормил”. В течение этого времени я много видел Эдгара По и имел случай часто соприкасаться с ним, и я должен сказать, что я никогда не видел его хотя бы под малейшим впечатлением напитка или снисходящим до какого-либо ведомого порока. Это был один из самых вежливых, джентльменских и умных собеседников, каких я встречал в течение моих путешествий и остановок в различных частях земного шара».
Мистер Александэр, издатель “Gentleman’s Magazine”, “Джентльменского журнала”, и основатель филадельфийской “Saturday Evening Post”, “Субботней вечерней почты”, год спустя после смерти Эдгара По писал о нем: “Я имел долгое и близкое соприкосновение с ним и с радостью пользуюсь случаем засвидетельствовать о единообразной мягкости его нрава и сердечной доброте, которые отличали мистера По за все наше знакомство. При всех своих недостатках он был джентльмен, чего не может быть сказано о некоторых из тех, кто предпринял неизящную задачу чернить имя Эдгара По, “драгоценную жемчужину его души”. Что у мистера По были недостатки, наносившие серьезный ущерб его собственным интересам, никто, конечно, не будет отрицать. Они были, к сожалению, слишком хорошо известны в литературных кругах Филадельфии, если даже и было какое-нибудь желание скрывать их. Но он один был тут лицом страдательным, а не те, кто извлекал выгоду из его высоких, выдающихся талантов”.
“Были оба детьми”, “она была дитя” – говорит поэма; и, в действительности, сам По был мало чем иным в повседневных переплетенностях и ответственностях жизни»
«Перед ним раскрыты все двери, он владеет вниманием, он приходит в гости в тот или другой дом, и по его прихоти в комнате воцаряется полумрак перед тем, как он начнет магнетическим своим голосом читать вслух бессмертную поэму. У него есть друзья. У него также много врагов, которые носят маску раболепной почтительности и ждут своего часа».
«Голос По был сама напевность. Он всегда говорил тихо, когда, в самом страстном разговоре, он заставлял своих слушателей внимать своим мнениям, утверждениям, мечтаниям, отвлеченным рассуждениям или зачарованным грезам».
«Литературные зверушки самая злокачественная раса из живущих на земле и, всегда ужаленные собственною бесталанностью, они умеют жалить других, талантом не обиженных, – заставлять страдать уже одним своим противным прикосновением. А если их много и они связаны в Mutual Adoration Society (Общество взаимного обожания)? Горе!»
«Мы уже читали поэму в конклаве, и небо да простит нас, мы ничего в ней не поняли. Если бы она была написана на одном из утраченных языков, мы так же мало могли бы извлечь смысла из ее певучих гармоний. Я, помню, сказала, что это верно лишь мистификация, которую По выдает за поэзию, чтобы увидеть, как далеко его имя может налагать свою власть на людей» Гёв-Никольс
«Та детская его нежность, которая, больше или меньше, существует в каждом поэте, а в Эдгаре По достигала верховности».
2. РАЗЛИЧИЯ
«Имя этой области совпадало с именем жены его, которую он идолопоклоннически любил!»
«В ричмондской школе Эдгар По сделал большие успехи во французском языке и в латинском, но еще большие в плавании и в беге»
«Университетский друг Эдгара По, Текер, описывает Эдгара тех дней как любителя всякого рода атлетических и гимнастических игр. Карты и вино были распространенной забавой среди студентов. Страсть Эдгара По к сильным напиткам, как говорит Текер, уже тогда отличалась совершенно особенным свойством. Если он видел искусительный стакан, он испивал его сразу, без сахара и без воды, залпом и без малейшего видимого удовольствия. Очевидно, лишь для действия, не для вкуса. Одного стакана ему было совершенно достаточно: вся его нервная система от этих нескольких глотков приходила в сильнейшее возбуждение, находившее исход в беспрерывном потоке сумасбродной чарующей речи, которая неудержимо и сиреноподобно зачаровывала каждого слушателя»
«Возникла любовь между полудевочкой Виргинией, двоюродной сестрой Эдгара. В 1836 году они формально обвенчались в Ричмонде» (По было 27 лет, его невесте – 14).
«Он переживал неустранимый приступ некоего наваждения. Имя этого наваждения – Алкоголь».
«Его мозг всегда был в горячке, некий вулкан в нем бешенствовал внутренними пламенями и горел расплавленной лавой нервной раздражительности. Есть темпераменты, которые приходят в мир опьяненные, как “Богом пьяный Спиноза”, столь полные до краев духовным огнем, что нет более места ни для чего другого. Такие темпераменты опасно сочетаются с истерией и безумием»
«Эдгар По, всю жизнь молившийся Морю и Горам, и Лесам, и Ветру, и так далекий от Христа, что во всех его произведениях это слово не встречается ни разу»
3. МУЗЫКА. СМЕРТЬ. БЕССМЕТРИЕ
«Очень тяжело и даже мучительно судить живых, судить кого бы то ни было, но еще тяжелее и еще мучительнее судить мертвых»[Почему же люди так любят это делать?!]
«Роман представляет воспринимаемые образы через посредство определенных, поэзия через посредство неопределенных ощущений, для достижения чего _существенное_ значение имеет музыка, ибо воспринимание нежного звука есть самое неопределенное из наших восприятии. Музыка в соединении с мыслью, доставляющей удовольствие, есть поэзия; музыка без мысли – есть просто музыка; мысль без музыки есть проза в силу крайней своей определенности” Э.По
«Среди имен, каждое из которых означает существо крылатое, в великом святилище мировых слав не может быть места для тех, кто не только не способен на полет, но и не видит полета летучих»
«И чем острей, идеальней, воздушней талант, чем он своеобразнее и причудливее, тем страшнее и страшнее становится осложнение. Чем сгущеннее творчество, чем выразительнее оно в своей немногословности, тем труднее положение пишущего, который, создав драгоценнейшее ожерелье из двенадцати строк, из трех-четырех страниц»
«Земле с ее кровью и грязью, с ее сумасшедшим опьянением жестокостью и жесткостью, нужны еще и другие жертвы, смещающие своим ликом и возбуждающие в душе не только глубокое сочувствие, но, быть может, и оставляющие в ней скорбное недоумение»
«По говорит: “То, что люди называют “гением”, есть состояние умственного недуга, проистекающего из недолжного господствования какой-либо одной из его способностей. Произведения такого гения никогда не здоровы сами по себе, и, в особенности, они всегда изобличают общую умственную недужность… Что поэты (употребляя это слово всеохватно и включая в это понятие художников вообще) суть genus irritabile, раса раздражительная, это хорошо понятно, но _почему_ этого, по-видимому, вообще не видят. Художник _есть_ художник только в силу его изысканного чувства Красоты, чувства, доставляющего ему восхищенный восторг, но в то же самое время включающего в себя, или подразумевающего, равно изысканное чувство Безобразия, диспропорции.
Таким образом, зло, несправедливость, сделанная поэту, который действительно есть поэт, возбуждает его до степени, которая обычному восприятию кажется несоразмерной со злом. _Никогда_ поэты не _видят_ несправедливости там, где ее не существует, – но очень часто они видят ее там, где люди, не поэтически настроенные, вовсе не видят никакой несправедливости. Таким образом, поэтическая раздражительность не имеет никакого отношения к “темпераменту” в заурядном смысле слова, но она просто связана с более чем обычным ясновидением относительно злого, несправедливого, причем это ясновидение есть ничто иное, как логически сопутствующее обстоятельство, связанное с живыми восприятиями надлежащего справедливости – соответствия – словом, (красивое). Но одно ясно что человек, который не “раздражителен (для обычного восприятия) не Поэт”.
«Еще один отрывок из заметок Эдгара По, исполненный глубокого смысла, таящегося между строк: “Мало есть людей с той особенной впечатлительностью, что есть корень гения, которые бы в ранней своей юности не растратили много из умственной своей энергии тем, что они жили слишком быстро; и в более поздние годы приходит непобедимое желание всхлестывать воображение до такой точки, какой оно могло бы достичь в обычной, нормальной или хорошо упорядоченной жизни. Настойчивое стремление к искусственному возбуждению, которое, к несчастью, отличало слишком многих выдающихся людей, может, таким образом, быть рассматриваемо как душевная недохватка или необходимость усилие вновь получить потерянное – борьба души, дабы занять положение, которое при других обстоятельствах ей надлежало бы».
«Побуждаемый этой чрезмерной впечатлительностью к красоте и соразмерности, видя живым воображением целое множество связующих нитей, которые естественно тянутся от одного художественного произведения к другому, сочетая единством и как бы заимствованием совершенно независимые друг от друга художественные достижения!»
«Но любовь к Любви держит душу на земле даже и тогда, когда любовь умерла».
***************************************************************
Загадка смерти Эдгара По.
Ни один из аспектов жизни По так не интригует его поклонников, как факт мрачной, загадочной смерти поэта. К сожалению ни один из биографов автора не дает ответа о том, как в действительности произошла эта смерть? По этому поводу существует множество спорных мнений и противоречивых версий, которые вызывают множество вопросов, но не дают на них конкретные ответы. В конце концов, есть бесспорные факты, которые мы должны принять к сведению, рассуждая о смерти великого поэта. Смерть По произошла при крайне загадочных обстоятельствах, которые до сих пор волнуют и дразнят воображение исследователей и биографов.
По скончался 7 октября 1849г в возрасте 40 лет. 28 сентября, за несколько дней до своей смерти, По приехал на поезде в Балтимор. Накануне, в Ричмонде он сделал предложение Саре Витмен - женщине, на которой он собирался жениться. Через несколько дней По был обнаружен на деревянной скамье на задворках бара “Ryan`s Fourth Ward Polls”, что расположен в Балтиморе по адресу Ист Ломбард стрит (East Lombard St) и доставлен в публичную, благотворительную больницу для неимущих “Washington College Hospital” (сейчас эта больница называется “Church Hospital”). Исторические документы о госпитализации По указывают на то, что у него наблюдался горячечный бред, судороги и галлюцинации, затем он впал в кому. Когда По вышел из состояния комы, он пребывал в спокойном и в ясном сознании, но вскоре- вновь впал в бред, осложненный буйным поведением. Врачи применили успокоительные(!!!!!) препараты. По умер на четвертый день своего пребывания в больнице. Согласно заключению, опубликованному в декабрьском номере “Maryland Historical Magazine” за 1978г – консилиум медиков “Baltimore Commission of Health” постановил, что смерть Эдгара По наступила в результате кровоизлияния в головном мозге. (http://www.peoples.ru/art/literature/prose/detectiv/edgar_po/history.html)