На пять лет позже, в 1839 году, в семье конюха и неграмотной наемной прислуги на свет появилась девочка. Ее назвали Джейн – как тысячи других английских девочек. Детство Джейн Берден прошло в бедности и лишениях, да и будущее казалось беспросветным. 
Уильям, как и полагалось сыну богатых и образованных родителей, учился в Оксфорде, где увлекался то одним, то другим философским или общественным течением. Он ратовал то за очищение христианства и возвращение к основам веры, то за «феодальный социализм»… но главной страстью Уильяма было искусство. Он познакомился с начинающими художниками-прерафаэлитами - они считали, что искусство должно отказаться от достижений унылого академизма и вернуться в средневековье. Их пугала развивающаяся английская промышленность – уродливые паровые машины из стали и железа выглядели вестниками конца света. Не лучше ли обратиться к корням – к вдохновенному ремесленному труду, прекрасной деревянной мебели, гобеленам с образами прекрасных дам и единорогов? Предводителем прерафаэлитов был известный художник, поэт и ловелас Данте Габриель Россетти.

Джейн тоже жила в Оксфорде, но готовилась не к блистательной творческой карьере, а к безрадостной участи наемной прислуги. Но в один прекрасный день сестра позвала ее немного развеяться – так они оказались на выступлении театра «Друри-Лейн», которое посетил и Россетти. Он был ценителем необычной женской красоты, и яркая, выразительная, даже андрогинная внешность Джейн не оставила его равнодушным. Россетти моментально влюбился в нее и потребовал, чтобы она стала его натурщицей. Джейн согласилась.

Прерафаэлиты увидели в Джейн не безграмотную прислугу, а величественную, прекрасную женщину, и среди восторженных художников был Уильям Моррис. Он написал ее портрет в образе королевы Гвиниверы, жены короля Артура, и остался недоволен работой. Он считал – Джейн так прекрасна, что и не выразить на холсте. 
Уильям и Джейн обручились, и это изменило судьбы обоих.

Моррис решил, что его королева не может жить в обычном доме. Конечно, это было не единственной причиной, по которой он решил построить дом, напоминающий средневековый замок, где продумано было все – обои, мебель, дверные ручки…

William Morris Memorial house in Kelmscott   музей

В начале 1860-х годов Моррис был поглощён строительством и оформлением Красного дома (Red House) в Бексли-Хис для своей семьи и созданием фирмы по производству декоративных предметов. Вместе с тем он отходит от станковой живописи: последняя его картина датирована 1862 годом, а единственная законченная — «Прекрасная Изольда», написана с Джейн Бёрден в 1858 году. Красный дом стал воплощением идеи о соединении высокого искусства с повседневной жизнью. Он был построен по проекту Филиппа Спикмена Уэбба с участием самого Морриса. Своё название получил из-за нетрадиционного для того времени внешнего вида: наружные кирпичные стены дома не были оштукатурены. Над оформлением интерьеров работали Бёрн-Джонс, Россетти, Элизабет Сиддал и сам Моррис с женой. 

Red House, Bexleyheath painted by Walter Crane. Red House was built by Philip Webb for the artist and designer William Morris.

Как ни странно, Уильям Моррис был одним из первых социалистов и мечтал о равенстве для всех людей. Он говорил, что в будущем работа каждого человека будет творческой и приятной, никому не придется голодать и соглашаться на тяжелый, изматывающий труд ради пропитания. 

Джейн было, что сказать о тяжелом труде, которого Уильям никогда не знал. Она вовсе не была красивой пустышкой, призванной только услаждать взоры. После обручения с Моррисом Джейн рьяно взялась за самообразование. Она учила языки, осваивала музыкальные инструменты, и вскоре совершенно преобразилась, став полноправной хозяйкой Красного дома.

Эскизы текстиля и обоев, созданные Моррисом для Красного дома, считаются настоящими шедеврами дизайна. 

На стенах и креслах вились растительные побеги, желтели лимоны, пели птицы, извивались девизные ленты. 

Он сам был прекрасным ткачом и возрождал давно забытые традиции ручного ткачества в своей мастерской. 

Моррис протестовал против поточного производства, собственноручно печатал книги на станке, установленном в саду – под цветущими яблонями. Эти книги, конечно же, стоили баснословных денег, но Моррисом двигала утопическая мечта. 

Фронтиспис книги Уильяма Морриса «Вести ниоткуда» («News from Nowhere») издательства Келмскотт-пресс, 1893

Он страстно желал делать простые и красивые вещи для обычных людей, вдохновляясь образами средневекового искусства. В те далекие времена вещи были лишены нелепых украшений, зато отличались благородной формой и функциональностью. И эти вещи стояли в домах обычных крестьян и ремесленников!

Интерьер Красного дома.

Моррис возглавил «Движение искусств и ремесел» - первое в истории объединение дизайнеров, то есть художников, стремящихся создавать эстетичные предметы быта. Чуть позже он создал фирму «Моррис, Маршалл и Фолкнер, художественные работы по живописи, резьбе, мебели и металлу». Кроме того, он был одним из создателей британской Социалистической лиги. 
Мечты Морриса разбились в прах. Его обои, его книги, его мебель оказались слишком дороги для простых работяг. Все, что он делал, покупали лишь богачи. 

Творения Морриса были недоступны простым людям, чей быт он хотел украсить.

 

Влияние в Социалистической лиге захватили анархисты, чьи жесткие методы были далеки от фантастических мечтаний о будущем. А Джейн изменяла ему с Россетти – ровно так же, как легендарная Гвинивера была неверна королю Артуру. 
Россетти в то время держал в мастерской диковинного зверя – вомбата. Он нарисовал Джейн с нимбом над головой и вомбатом на поводке, карикатурной фигурой зверька словно насмехаясь над обманутым другом. 

Впрочем, измена не разрушила брак Уильяма Морриса и Джейн, и они еще долго жили вместе в Красном доме, где воспитывали двух своих дочерей – Мэри и Алису. Мэри продолжила дело отца, уже в двадцать три года возглавив в его мастерской отделение вышивки. А он писал стихи, переводил исландские саги, читал лекции – и остался в истории как великий мечтатель, определивший философию современного дизайна: каждый человек достоин жизни в прекрасном и комфортном мире.