 [показать]
[показать]
Ирише Залевской (Рамонке)
[показать]
Ромашки проснулись вместе с солнышком.
Они заулыбались ему и голубому небу.
Это не были крупные
ромашки, что в лесу или в саду растут…
Они были, небольшие, но их было много,
а от этого стало еще более радостно.
Простота и скромность Ромашек была всем мила,
притягивая к себе тех, кто их видел.
Скромность и простота притягательны.
Глянула, а вокруг нее, здесь же у дороги,
собрались и любуются Ромашками:
златоглавый Зверобой,
скромный синеглазый Цикорий,
гордый красавец Кипрей, простой и невысокий Клевер…
Еще шире стала улыбка Ромашки
от этого такого неожиданного внимания к ней.
Как и мужчины, они обращали внимание на тех,
на кого обращено внимание других.
Чем больше внимания, тем больше его хочется,
но душа Ромашки сразу была отдана только одному –
Цикорию, словно краше его не было никого.
Но этого как будто никто не заметил,
ведь Ромашка ничем не выдала себя,
улыбаясь всем так же, как солнышку.
Простодушного Клевера это и не могло задеть,
для него Ромашка была словно сестренкой.
Зверобой лишь склонил свою голову,
почувствовав, что душа Ромашки ему не принадлежит,
не затронули ее золотые кудри и янтарные глаза его.
А вот Кипрей считал себя лучшим и не предполагал,
что Ромашка может не обратить на него внимания,
поэтому он замечал все взгляды брошенные мимо него.
- Почему ты смотришь на Цикория,
чем же он так привлек тебя, -
спросил Кипрей Ромашку задумчиво,
но обида все же сквозила в его голосе.
Я вижу его и мне радостно, -
просто ответила ему Ромашка.
- Можешь ты мне объяснить, почему тебе
радостно глядя на него, а не на меня, -
спросил Кипрей, пытаясь понять, так как
просто чувства ему были не понятны, хотелось,
чтобы это было разумно и объяснимо.
-Я могу сказать тебе только то,
что слышала от Мамы-Ромашки. Она нам, детям,
говорила, что все начинается с уважения
и оно самое важное.-
Уважение, - удивленно воскликнул красавец Кипрей,
заметив, что Зверобой и Клевер прислушиваются
к их разговору, а Цикорий и виду не подает,
что ему это интересно, а может и не слышит…
- Мама-Ромашка говорила нам, что если уважение есть,
то на это всегда причина имеется,
а от этого появляется чувство восторга,
иногда даже благодарность и какие-то
другие очень теплые и светлые чувства,
похожие на любовь. Мне кажется,
что и радость тоже от этого.
- Ты сказала, что чувства, «похожие на любовь»,
а на любовь могут и другие чувства походить, -
возразил ей Кипрей.
- Могут и другие, ты прав, но те другие
объяснить будет не чем, а это всегда объяснимо.
- Ты хочешь сказать, что если теплота
в душе не объяснима, то это и не любовь вовсе?
- Может и любовь, но такая, которая может
растаять так же, как и возникла, особенно
если выяснится, что уважать не за что,
- ответила Ромашка Кипрею,
- вместе с уважением любовь может растаять.
Если не было любви, а только уважение,
то теплота, вызванная уважением, может
стать любовью крепкой, либо дружбой верной.
Зверобой и Клевер переглянулись при
этих словах и, молча, головами покачали
в знак согласия.
- Интересно ты говоришь, Ромашка,
- согласился с ней Кипрей, вспоминая что-то свое,
- мудро твоя мама говорила.
- Цикорий у меня уважение вызывает
скромностью своей, ведь он никогда свою
внешнюю привлекательность не выставляет на показ,
ничем не кичится, а ведь он такой
полезный для всех вокруг.
Его просто видно и каждый сам решает,
чем он кому-то ценен и интересен.
- Полезен в чем-то каждый из нас,
- возразил ей разговорившийся Кипрей.
- Согласна с тобой, прекрасный Кипрей,
но степень пользы у всех разная,
а его польза не выставляется нарочито
для всех, да и скромность
всегда и всем привлекательна, я думаю.
Его синие глаза смотрят вокруг и помогают
его заметить, - с простотой в голосе сказала Ромашка,
- вот я и заметила его, только не глазами,
а душой своей, от чего мне так радостно стало,
а глазами я все и всех вижу, да и замечаю.
- Не могу не уважать тебя за это,
- с теплотой отметил Кипрей, - может и права
твоя мама-Ромашка, да и в этом
действительно что-то есть...
Зверобой, Клевер и каждая травинка
вокруг молча склонились словно бы в ответ,
а синие глаза Цикория с особой яркостью,
благодарно и тепло смотрели
на Ромашку и на мир вокруг.
- За уважением приходит любовь и
за уважением же она уходит,
если уходит уважение, - задумчиво рассуждал Кипрей,
разговаривая сам с собой,
потом немного помолчал и добавил,
- а где уважение – там и доверие.
А Ромашка радостно улыбалась,
глядя на синеглазого Цикория,
который был и вокруг,
и внутри … в ее душе.
[показать]
[показать]
[показать]
|
| | ramonka |
|
|
|
|
|
