Это цитата сообщения Парашутов Оригинальное сообщение

РОМАНОВЫ В ЖИВОПИСИ (ЧАСТЬ 2 - ВЕЛИКАЯ КНЯГИНЯ ЕЛЕНА ПАВЛОВНА , ДОЧЬ ПАВЛА I)

Великая княгиня Елена Павловна Романова – дочь императора Павла I и императрицы Марии Федоровны, герцогиня Мекленбург – Шверинская

13.12.1774 г. - 24.09.1803 г.

13 декабря 1774 года в Гатчине, в Павловском дворце наследника русского престола, Великого князя Павла Петровича и его супруги Марии Феодоровны, родилась девочка. Назвали ее Еленою, ибо новорожденная удивила и родителей, и царственную бабушку свою, Екатерину Великую, присутствующую при таинстве ее появления на свет, необыкновенно правильными чертами крошечного лица.
С младенческих лет душа «прекрасной Елены», как называла ее проницательная бабушка, была отдана на попечение строгой и принципиальной графини Шарлотты Карловны Ливен, которая сумела так построить отношения с Малым и Большим петербургским двором ( т.е. двором Великого князя Павла и его супруги и двором самодержавной Екатерины, с блистающей золотом и бессердечием нравов шальною свитою-камарильей - автор), что на протяжении многих десятков лет пользовалась неизменным уважением всех членов императорской семьи и их безраздельным доверием. Тщательно следя за развитием душевных качеств малышки, графиня Ливен быстро поняла, что ребенок особенно чувствителен ко всему прекрасному. Она тут же обратила на это внимание бабушки, которая и без того питала явную слабость к внучке. Екатерина отдала распоряжение особенно тщательно отделать комнату маленькой княжны, ежедневно украшать ее цветами, и научить цесаревну изысканному составлению и разбору букетов.
Вместе со своей старшей сестрою Александрой играла в мяч, учила азбуку, самолично составленную для нее бабушкой, постигала азы иностранных языков (к одиннадцати годам знала отлично – пять), искусство рисования, нотную грамоту. Увлекалась составлением гербариев, любила долгие прогулки по аллеям Павловского парка и, вероятно, вела дневник, но он не сохранился.

[339x429]

И.Б.Лампи Портрет Вел.княжны Елены Павловны 1792 г.

Едва ли не с восьмилетнего возраста прелестной девочке с русыми волосами стали подыскивать хорошую партию.
На двенадцатом году жизни портреты Великой княжны, Ея Императорского Высочества Цесаревны Елены Павловны, рисуют: известнейшая французская портретистка Элизабет Виже-Лебрен и русский живописец Василий Лукич Боровиковский.
Портреты посылаются нескольким русским посольствам при европейских королевских дворах. Хотя парная миниатюра Виже-Лебрен (с сестрой, цесаревной Александрой Павловной) вызвала неудовольствие Екатерины: слишком фривольные наряды! Чтобы угодить строгой государыне-бабушке, руки княжон, неосмотрительно открытые художницей в первом варианте портрета, тут же были закрыты легкими рукавами придворных платьев из газа - вместо смелых греческих туник.

[575x575]

Элизабет Виже-Лебрен Портрет Великих княжон Александры Павловны и Елены Павловны 1796 г. (Елена Павловна держит в руке медальон)




Достигнув 16-летнего возраста, Елена Павловна официально стала невестою наследного герцога Мекленбург-Шверинского Фридриха-Людвига, человека добродушного, веселого, весьма привлекательной внешности, но недалекого по уму, влюбившегося в русскую невесту сразу, едва он вместе с младшим братом Карлом прибыл в Россию, по приглашению нового императора - Павла Первого.
Переговоры между графом Алопеусом – представителем герцогства при прусском дворе - и графом Ф. В. Растопчиным о сватовстве прошли без каких-либо осложнений. Графу Алопеусу за столь безупречное сватовство был даже пожалован русский орден!

[440x569]

Дмитрий Левицкий Портрет Вел.княжны Елены Павловны 1796 г.

17 февраля 1799 года наследник герцогства Мекленбург-Шверинского уже прибыл в Санкт-Петербург и предстал пред светлыми очами своей нареченной невесты. Конечно, он совсем не пара ей - изящной красавице с утонченными манерами, ласковым взором, то и дело с нежностью льнущей к своей матери – императрице Марии Федоровне, с которой – волею своенравной бабушки - почти с младенчества была разлучена. Язвительные придворные, много мнящие о своих «высоких умах», ласково и презрительно называли жениха Елены «невежественным, простоватым, но, в сущности, добрым малым».
Великая княжна мгновенно очаровала собою не только молодого герцога, но и всю его свиту, а также и отца своего будущего мужа, посылая ему почти ежедневные письма, которые она усердно и почтительно писала на немецком и французском - в перерывах между балами, концертами, спектаклями и обедами-завтраками, которые то и дело давались в честь высоких гостей Императорской фамилии.

[428x700]

Владимир Боровиковский Портрет Вел.княжны Елены Павловны

Помолвка Великой княжны Ея Императорского Высочества Елены Павловны с герцогом Мекленбург-Шверинским Фридрихом-Людвигом была объявлена 5 мая 1799 года, в Павловске. Пока пышною чередою катились предсвадебные празднества, придворные золотошвеи корпели над изысканным приданным, а родители невесты придирчиво отбирали будущий придворный штат молодой герцогини».
Граф Ф. В. Растопчин писал графу С. М. Воронцову, русскому послу в Лондоне: «Скажите нашему почтенному отцу Смирнову, что священник Данковский водворится в Ростоке, при будущей наследной герцогине Мекленбург-Шверинской». Из этого отрывка можно понять, что никаких разногласий и проблем с сохранением Еленой Павловной православной веры и с возможностью иметь свою церковь в Шверине не было.

Специальным указом Павла Первого в штат Елены Павловны были назначены не только фрейлины и священники, но также шталмейстер - князь Адам Чарторыйский, руководитель ее маленького двора.
12 октября 1799 года состоялось бракосочетание Великой княжны Елены Павловны с наследным принцем Мекленбург-Шверинским. Пышные торжества продолжались более месяца, и только накануне нового, 1800 года, по первому санному пути, отправилась молодая герцогиня Елена на новую родину, где ее ожидали с большим нетерпением, ибо наслышаны были о ее красоте и кротком нраве.

[320x430]

Владимир Боровиковский Портрет Вел.княжны Елены Павловны

В начале 1800 года Елена Павловна с супругом была встречена в Мекленбурге со всеми почестями – соответственно ее высокому происхождению. Владетельный герцог-отец вышел приветствовать новую обитательницу своего дворца, ту, что вскоре станет его любимой невесткою. Жители Мекленбурга тоже убедились в том, что все, о чем они были наслышаны, правда: наследная герцогиня действительно оказалась пленительной, белокожей, стройной красавицей с голубыми глазами, обворожительно теплыми манерами, без всяких претензий на величие. Это сразу расположило к ней всех и вся.
В честь новобрачных в герцогском дворце был устроен торжественный прием, на котором единственный раз (!) Елена Павловна появилась среди придворных в подобающем случаю и своему царственному происхождению наряде, украшенном бриллиантами, которых никогда не видели в скромном герцогстве. Но, отдав дань торжественному ритуалу и необходимому в таких случаях этикету, владетельная герцогиня в последующей, обычной своей жизни, старалась быть скромной: не настаивала на сковывающих церемониях, была приветлива со всеми: от свекра-герцога до уличного мальчишки, играющего с собакой на дороге.
Очень скоро жители герцогства стали узнавать свою принцессу в лицо. Она много прогуливалась пешком, щедро раздавая ребятне, сопровождавшей ее с букетами трав, листьев, цветов и веток, серебряные монеты и сладости, которые всегда в изобилии брала с собою. Прислуга обожала молодую, веселую и по - детски шаловливую герцогиню. Однажды, в день рождения владетельной герцогини, тихая и молчаливая обычно горничная Елены Павловны, раздобыла где-то редкий в ту пору даже в теплой Германии букетик пармских фиалок, (речь ведь идет о декабре!) и подарила его своей госпоже со словами признательности и поздравления. Герцогиня, естественно, могла бы отблагодарить девушку чем-то ценным, но она сделала то, что оказалось «дороже злата»: просто обняла ее. Обе так и стояли несколько минут молча, со слезами на глазах.

[507x650]

Владимир Боровиковский Портрет Вел.княжны Елены Павловны 1796 г.

15 сентября 1800 года в Петербурге было получено известие о рождении у Елены Павловны первенца – сына Павла-Фридриха, названного так в честь своих дедушек - императора Павла и герцога Фридриха-Франца, а летом 1803 года родилась дочь Мария.
В 1803 году, когда герцогиня Елена ждала своего второго ребенка, хрупкое ее здоровье резко ухудшилось, и появились вторичные признаки чахотки, исчезнувшие было вскоре после ее замужества. Срочно был созван врачебный совет, приглашены врачи из Берлина и Санкт-Петербурга, но молодую женщину ничто и никак уже не могло спасти! Чахотку в то время лечить не умели. Жизненные силы постепенно покидали наследную герцогиню, две ранние беременности совсем подорвали ее чересчур хрупкий организм.
Она и сама понимала, как близок ее последний час, но старалась не думать о плохом, окружая постоянной, нежной и трогательной заботой то ошеломленного горестью мужа, то маленького полуторагодовалого сына и новорожденную дочь, то растерянного свекра, любившего ее, как собственное дитя, и с трудом сохранявшего видимость спокойствия.
Она упрямо, отчаянно пыталась забыть о неизбежном: составляла списки особо нуждающихся, самых бедных в герцогстве семейств, выделила часть своего большого приданного на содержания касс вспомоществования и детских приютов.

В самый день ее кончины под подушкой был найден обширный список семейств, которым она намеревалась, но не смогла оказать помощь, и письмо к матушке-императрице, что обрывалось словами: «Ах, неужели я должна умереть!»
Она скончалась поздно вечером, 24 сентября 1803 года. В Людвигслусте, (там располагался герцогский замок) улицы которого были сплошь застланы соломой – чтобы не тревожить скрипом телег и возов больную, - в ту тяжелую ночь жители собрали все цветы, росшие в скромных садах, чтобы принести их своей герцогине, столь внезапно улетевшей кротким ангелом в вечернее небо.
Горожане боялись подарить своей юной властительнице даже прощальный колокольный звон, словно не хотели будить.
Скорбя о безвременно умершей дочери, вдовствующая императрица Мария Федоровна заказала скульптору И. П. Мартосу памятник, чтобы поставить его в своей резиденции в Павловске: урна-ваза из порфира на пьедестале из розового мрамора, и барельеф с изображением скорбящего Гения, держащего в одной руке венок из роз, а в другой – опрокинутый факел, символ быстротечности жизни. Памятник был безжалостно разрушен в годы Второй мировой войны.
В Северной Германии, в городке Шверине, в одной из часовен до сих пор сохраняется в идеальном порядке тяжелое мраморное надгробие «герцогини Хелены», на котором всегда лежат свежие цветы. В каждом атласе-путеводителе по маленькому, уютному Шверину указано местонахождение этой часовни, как «особо посещаемого туристами исторического места упокоения русской княжны, дочери Императора, владетельной герцогини Мекленбург-Шверинской».

В материале использована статья Светланы Макаренко
« Кроткий ангел в вечернем небе…»
с сайта: People's History
http://www.peoples.ru/family/children/elena_romanova/