Стемнело. Фонари тихо мерцали, переливаясь под тихий шум машин у шоссе. Люди, крошечные точки в темноте, ходили туда-сюда, вдоль по улице и обратно, перематываясь по каким-то важным делам. Им никто не мешал, их никто не трогал, и они тоже тихонько думали про себя и шли с безоблачным поздним настроением. Звякнул велосипед, и маленькая девочка, крутя педали так, как будто она убегала от самой себя, молча пересекала тропинку, протоптанную кем-то, спешившим жить. Все казалось умиротворенным.
В такой вечер я решил выйти на улицу.
Уверенно идя по улице, я разглядывал все, что окружало меня. Звонко отбивая скандинавскую чечетку по асфальту, рядом проскакала, довольная, молодая черно-коричневая в белые пятна собака. Она явно никуда не спешила.
Офисы горели желтыми квадратами в наступающей ночи. Деревья отливали бирюзовым цветом, покачиваясь и размахивая густой кроной, терявшейся в небе. Мимо проходили прохожие, все непохожие друг на друга. Я присел на лавку и начал наблюдать за вечерней жизнью нашего города.
Не успел я посидеть и порядка пяти минут, как ко мне подошел незнакомый мужчина.
- Можно к вам присесть? - спросил он и уселся рядом.
- Даже не знаю... - протянул я, видя напор этого странного человека.
- Вот и отлично, - сказал он, улыбнулся и открыл рот для следующей фразы.
Я, если честно, не так уж и привык к таким знакомством. Но, видимо, моего собеседника это не смущало. Я быстро осмотрел его; он был одет в темно-коричневую куртку, которая была застегнута на все пуговицы, плотные, такого же цвета, штаны, остроносые ботинки; он был подпоясан кожаным ремнем, а на голове у него красовалась небольшая шляпа с резинкой, которую он натянул до подбородка и зацепил камешком. Вдобавок ко всему этому, на носу у него были большие, на пол-лица, ленноновские очки-велосипеды.
- Да вы ковбой-хиппи, - сказал я с тенью сарказма.
Незнакомец, возможно, оценил меня как недобросовестного хулигана, а может, он не понимал, о чем я. Поэтому он улыбнулся и сказал:
- Как вам живется? Я смотрю, весело? Ничего, бывает.
Чувствуя себя маленьким, отчитанным за то, что потерял монетку мальчиком, я попытался понять, к чему он клонит, но все-таки спросил:
- О чем это вы?
- Извините, просто не привык так здороваться. Редкий случай.
- Понятно. Я вижу, вы любите приставать к незнакомцам.
- Ну что вы. Я просто хочу поболтать.
- Вот как?
- Отбросьте эту вашу сентиментальность, или как ее там.. лучше скажите, как вас зовут?
- Николай, - соврал я.
- Понятно. Коля... я хочу убить себя.
Я глубоко выдохнул и даже ругнулся внутри себя.
- Зачем вы мне это рассказываете?
- Не знаю. Я думал, вы меня поймете, а вы.. вот.. так вот.
- Как так?
- Ну...
- Подождите, я не сказал.
- Ах...
- Да нет, просто...
- Все со мной так говорят. Я никому не нужен.
Говорить с этим человеком становилось все труднее и труднее. Он, видимо, забыл, что я сижу рядом, и продолжал:
- Меня никто не любит. В группе, на факультете, в доме. Везде. Мне очень одиноко. Как жаль, за мной никто не ходит, мной никто не интересуется, не смотрит вслед, не думает обо мне.. я хочу продать телевизор, но никто и внимания не обращает.. почему, почему?
- Ну, успокойтесь. Попробуйте устройтесь на работу. Может, вас там примут.
- Думаете?
- Нет, я это сказал, чтобы вас успокоить.
- Блин!.. ну вот видите!
- Да ладно вам. Успокойтесь. Сколько вам лет?
- Девятнадцать.
- Вот видите. Вы еще слишком моло...
- А сколько вам?
- Какая разница?
- Большая. Хочу знать, сколько лет моему советчику.
- Слушайте, у вас все еще впереди. У вас будет работа, потом новая работа, вы с кем-нибудь обязательно познакомитесь, уверяю вас.
- Думаете? - он скривил лицо.
Я хотел повториться, но решил все-таки успокоить его:
- Да.
- Ну ладно. Извините, что вам помешал. Кстати.. не хотите купить телевизор?..
Я тут же понял, для чего была разыграна эта сцена, и встал. Незнакомец, видя, что поторопился с предложением, сделал умиляющее лицо и, закусив губы, громко и четко сказал:
- За пять тысяч! Ну пожалуйста!
- Не-ет!
Я зашагал дальше, не оборачиваясь, ибо люди всегда найдут причину для того, чтобы заставить человека сделать что-либо. Они готовы придумывать что угодно - что у них умерла мать, что болеет младшая сестра - все, лишь бы заполучить свое. И настоящие манипуляторы со своими психическими методиками для таких случаев остаются в стороне.