Занятие в Ашраме 8.03.2010 

Описание: Бывает вера суррогатная, основанная на убеждениях, но бывает вера истинная, основанная на любви.

Учитель. Итак, мы с вами говорим о том, что великий Иешуа, Великий Путник, Христос некоторые из сокровеннейших доктрин и правил ученичества, которыми пользовались в храмах, чтобы подойти в посвящению, он выдал их людям, приноровив их для человеческой жизни. Одна из доктрин которую мы еще не рассматривали – это доктрина о Вере. Он говорил, что если Вера будет хотя бы с горчичное зерно то…

Сергей. Если скажете горе: перейди, то она поднимется и перейдет.

Учитель. Поэтому Вера - это некое такое понятие, которое является грандиозной силой, архимедовым рычагом, который надо знать, как применить. И если ты будешь знать, как этой верой пользоваться, то ты будешь подобен Адепту, собственно говоря. Потому что тот человек, который говорит горе: перейди с этого места на другое, наверно, Адепт. Мне так кажется. Это сила, которую он использует – это божественная сила, Великий Путник назвал её Верой. Мы с вами говорим о том, что как Вера является силой, так безверие является бессилием. А раз так, то мы должны научится пользоваться Верой, как самым настоящим механизмом, инструментом, методом для достижения благих результатов.

Ирина. Наставник, извини, что я тебя прервала. Мы просто договаривались, что я буду спрашивать заранее, нужна ли моя помощь перед тем, как я буду приходить на занятия.

Учитель. Теперь, Иришка, давай, во что мы должны верить? Какой наш удел?

Учитель. Васька пролил горькие слезы, пошел высморкался, умылся.

Вася. Еще нет.

Учитель. Нет еще, слезы только копятся?

Вася. … наша задача.

Учитель. Вась, ну, понимаешь, я ж рассказываю вам конкретное положение вещей, а не фантазии какие-то. Если бы я все время вам рассказывал бы иллюзии, то, наверно, вы не стали бы учениками, правда? И теперь, когда вы стали учениками, ты должен понимать, что усилие, которое вы стали прилагать, должны прилагать, они должны быть в 10 раз больше, а может быть и в 100. А вы продолжаете жить прежней жизнью и думать, что все хорошо. Притом что дадено вам было авансом. И когда мне Учителя говорят, что я должен сделать из вас, я сразу понимаю, что это невозможно. Я заявляю: «Удрая, Ясон, Великий Владыка, это невозможно, они балбесы». Они говорят: «Ну, как бы, мы верим не в них, а в тебя. Кто у нас Наставник? Ты. Действуй!» Вась, и я начинаю плакать, видишь? У меня слезы. Слезы от того, какие вы балбесы!

Вась. Ты убеждаешь себя, и

Учитель. Вась, ты знаешь слезы совершенно искренние, понимаешь вот. Влад, я оплакиваю то, насколько вы большие балбесы. Видишь я даже плачу сижу. Заметь, Ирочка, слезы мои настоящие. Слезы мои настоящие, потому что я абсолютно убежден в том, что те идеи, которые дал мне Великий Владыка, Ясон, Удрая, они - Истина. Я в этом ни капельки не сомневаюсь. Мне себя в этом убеждать не надо − это моя вера.
Записываем: вера в то, что Великие Учителя вам говорят – это правда. Да? Я понимаю, что я ничего не смогу с вами сделать, и тем не менее, если Великий Владыка сказал, что я смогу, то для меня это такое же чудо, как сказать горе: перейди с этого места на другое, она возьмет встанет, как избушка на курьих ножках, так кгкгкгкг и перейдет. Для меня это будет таким же чудом, если из вас получится толк. Я понимаю, что это невозможно, потому что то, что вам дадено, это дадено авансом. Но при этом если мне говорят, что это надо сделать, я верю в то, что я не могу этого не сделать.
Пишем: вера номер 2. Если указ дан, то есть, есть все возможности к его исполнению и, значит, я должен поверить в то, что его надо сделать, то есть вера в указ.
Из этого сходит вера третья - такие постулаты - вера в себя. Если мне это дали, значит, я это могу. И эта вера заставляет меня шевелиться, просто метаться, как мячик для пинпонга. Я не знаю там, суетиться, как огонь в печке. Понимаешь, или даже, как порох в снаряде в момент взрыва. То есть надо делать вообще всё, что от тебя зависит, задействовать все, что от тебя не зависит, что ты можешь и чего ты не можешь, и чего ты никогда не сможешь, и все равно, даже это делать. Потому что если Великий Владыка тебе сказал делать надо, у тебя нет выбора. Не потому что тебя зажали в угол, а потому что любовь твоя настолько велика и вера твоя в него настолько грандиозна, что ты ею можешь подвинуть горы и можешь из обычного, не примечательного человека сделать Агни Йога в кратчайший срок просто потому, что в тебя верят, и потому что ты веришь, потому что ты любишь. Поэтому моя вера основана на любви, такой, о которой вы даже не помышляете.
Правило четвертое. Вера самая настоящая взрастает максимально быстро там, где есть любовь.

Татьяна. Вера основана на любви.

Учитель. Она взрастает там, где есть любовь. Не основана. Есть и бывает вера, которая основана на убеждении, но самое лучшее − это знаете, когда вы идете в магазин покупать масло, вы можете купить масло, которое вроде как бы сливочное, но сделано на растительных жирах, которое маргарин, но как бы улучшенный. Вы говорите: «Нее, нам нужно качественное масло»,- и смотрите, чтоб было написано «сливки». Так и здесь. Есть вера, которая суррогатная.
Пишем. Пятое. Бывает вера суррогатная, основанная на убеждениях, но бывает вера истинная, основанная на любви. Истинная вера, она всегда до слез, до рыданий. Она до соплей, и она заставляет тебя делать даже невозможное. А вера суррогатная, она не позволяет тебе делать даже там, где ты можешь.

Слушательница. Поэтому и получается, что нужно искать любовь сначала, вот эту настоящую любовь, для того чтобы

Учитель. Сереж, что Христос говорил про любовь? Она есть всё.

София. Агни Йога приравнивает веру к любви. То есть наличие веры, наличие любви

Сергей. Любовь, она как бы венчает уже, как это самое, самое высокое, явленное

Учитель. Я очень хорошо помню этот момент, когда Урусвати настолько сильно любила Великого Владыку и весь его мир, любила, что когда она стала в цветок лотоса, то он поплыл, а не утонул, приётом, что он не должен был выдержать её вес. Он поплыл. Причем это было не в реке, и он поплыл по течению, а это было на стоячем озере, где движения нет. И, тем не менее, её любовь была так велика и тяготение к Великому Владыке было столь грандиозным ….

Слушательница. Это в реале было?

Учитель. Да. ...что притяжение её любви было так сильно, что лотос поплыл в ту сторону, где на тот момент находился Великий Владыка, потому что любовь − это реально магнетическая сила. Вот так нужно любить.

София. Но с другой стороны, полюбить можно только то, что ты знаешь.

Саша. На физическом плане проявляется, как гравитация?

Учитель. Да. Это описано.

София. Полюбить можно только то, что ты знаешь в действительности, а не в своей иллюзии

Учитель. Именно так, потому что иначе ты будешь любить лишь свои иллюзии. Поэтому когда мы говорим о том, что ребята прикоснулись к действительности. Мало того что они к ней прикоснулись. Самый лучший способ поверить в эту действительность – это полюбить её больше жизни. Понятно, орлы? Другими словами: «Вау, действительность!» И первый самый вопрос, который должен возникать: «а люблю ли я её?». Ответ будет сразу: «нет». Я сразу говорю. Потому что если б вы своими ногами до нее дошли бы, то это была бы любовь с первого взгляда. Но так как вы не своими ногами до неё дошли, а я вас туда затащил практически насильно, то это контрабанда в некотором роде. И раз так, раз это достигнуто не вашими усилиями, но контрабандой, то, то чего не хватает, а именно любви, вы должны к этому относиться сознательно.

Слушательница. Вопрос встает полюблю ли я её?

Учитель. Теперь смотри. Что надо делать? Вот я прикоснулся к действительности. Она разбередила мою душу и удивила меня. Вот я думаю о ней. Что есть действительность для меня? Поверхностным ответом будет: то, что меня удивило, то, что меня воодушевило и то, что заставило меня крепко задуматься. Так, Вась? Что я сделаю во имя действительности? Ну, себе я говорю что все. Но ты не понимаешь, что я должен в первую очередь сделать. В первую очередь я должен очень сильно захотеть понять, что же я должен сделать во имя действительности. Если бы это была настоящая вера, горящая как угли и крепкая, как алмаз, то я бы в первую очередь захотел бы служить этой действительности, как служат объекту своей любви и подумал бы, а что я могу сделать, и что нужно этой действительности от меня, чтобы сделал я. Думая об этой действительности, я ходил бы и иногда даже плакал бы от того, что я не понимаю, от бессилия, почему я не могу этого сделать. И моя вера рвалась бы как птица в клетке, разбивая крылья в кровь. Ребят, только такими усилиями происходит продвижение. Все остальное это детский лепет. А все остальное неважно. Всего остального мира не должно существовать для вас, если вы выбрали действительно путь Сердца. Тут все слишком серьезно. Я, например, очень хорошо помню, когда после определенного периода обучения я вынужден был расстаться с Великим Владыкой. Мы стояли в пещере под сводами уже, ну, как бы на выходе из пещеры, и я просто рыдал. То есть я рыдал настолько громко, настолько навзрыд, просто слезы, сопли, всё вот это вот-вот всё текло по мне, и я рыдал, и я не мог успокоиться. Мне не было стыдно рыдать в присутствии Учителя, потому что любовь моя была столь велика, что я не мог себя сдержать. Я это помню очень хорошо.

Слушательница. Так это ты…

Учитель. На самом деле, нет ничего такого, что препятствовало бы вам так же любить, кроме: во-первых, вашего непонимания, что такая любовь необходима; вашей веры в объект вашей любви и ваших усилий, чтобы заставить все это работать.

Сергей. Подходят и прикасаются - это и есть дар. Приходят потом как-то разъясняют.

Учитель. Ты знаешь, Сереж, надо, наверно, в первую очередь, не относиться к этому спокойно, я бы так сказал. Потому что ты приходишь, вот сегодня тебе пришло, тебя потрясло. Да? а что дальше? Какие это чувства вызвало у тебя после того, как оно ушло? Вот твое потрясение…

Сергей. В момент, когда оно пришло, это был шок.

Учитель. Ну, я понимаю, да, хорошо. Оно ушло. Вот это чувство ушло. Все. Ты опять вернулся, стал прежним. Дальше, какие твои чувства по отношению к тому, что вот ты сейчас ощущал?

Сергей. Я как бы хочу научиться в этом прибывать и действовать.

Учитель. Ты понимаешь, что, во-первых, это чувство потребительское.

Сергей. Ну, это я понимаю. Я не знаю, что с этим сделать. Пытаюсь, но как… было озарение. Понятно, что хочется ради этого действовать. Я боюсь, что вот это вот чувства, они какое-то время живут, они отголосками, потом они становились все тише, тише, тише. Ты действуешь в этих чувствах, потом просыпаешься утром, хочешь: «вот я сейчас опять буду»…

Учитель. Хорошо, давай мы сделаем так. Давай мы сразу, вот эти чувства пришли, пришел некто, потряс тебя до глубины души. Он ушел и дальше оттуда издалека, как бы с высоты птичьего полета, может быть еще дальше, он смотрит на тот огонь, который есть в твоем сердце в этот момент, как ты относишься к этому, на твое послевкусие? И если он видит, что это чувство несоответственно ему, если оно не есть то, каким оно должно быть, то он потом либо не возвращается вовсе, либо возвращается с горечью, понимая, что все равно ты не отнесешься правильно. Как помнишь, Великий Владыка говорил, что Христос шел к тем, кто не поймет его. Понимаешь? Так и здесь. То есть, те высокие посещения приходят с горечью понимая, что идут к тем, кто не поймет. То есть они идут не как на радость, как к возлюбленным и любящим, а как на горечь, как к тем, кто не поймут. Пойми, Серж, что даже те отголоски чувств, которые ты имеешь, те переживания - это всего лишь бледная тень того, что должно быть на самом деле. Я тебе расскажу, как я это понимаю. Когда душу коснулось нечто священное, причем настолько мощное, что смогло потрясти её. После этого ты должен не находить себе места, ты должен ходить ошарашенный, потрясенный и думать, что ведь это то, ради чего надо жить и умереть. Ты должен не уменьшать силу этого накала, вслушиваясь в себя, а как минимум, держать на том же уровне, а то даже и увеличивать.

Сергей. Не, ну, нельзя же так держать весь день это, хотя бы возвращаться к этому пытаться.

София. Ищи созвучное в себе.

Учитель. Кто тебе запретил. Приехал в Ашрам. Сесть в комнату, где можно уединиться, Ашрам, есть вот роща, в которую можно сходить. Можно забраться на высокий и нарыдаться вдоволь. Никто не запретит. Это же не работа, на которой нужно скрывать чувства и не показывать. Ты просто поверь - это должна быть такая искренность, это должна быть такая сила чувств, как ураган, которая просто сметает тебя и не надо стеснятся этих чувств, они же ведь по отношению к высшему, которое реально перед тобой предстало. Давайте мы не будем стесняться испытывать чувства по отношению к высшему. Давайте мы будем знать, что это будет правильным отношением, и это будет укреплять нашу веру. Наверное, так, а? Мне так кажется. Это и будет той самой верой, которая может передвинуть гору.

Сергей. Ну, может, не при всех, а так… осознанно.

Учитель. Да при всех не надо. Потом тебе будет вообще пофиг.

София. Это не всегда получается. «Вот сейчас я отойду, и там в углу я поверю».

Учитель. Угу. То есть фактически думайте: вот сейчас это пришло, это настоящее, пусть у вас будет соизмеримость. То есть, Серж, я вижу еще одну причину того, что происходит, почему, нет у вас соизмеримости - вы не понимаете насколько вы песчинки, и насколько эти боги являются солнцами. И сам факт обращения солнца к песчинке - это нонсенс, это сострадание. И вся мера этого сострадания не понята вами, и вы считаете это нормальным. Это не нормально.

София. Спасибо тебе.

Учитель. И что у нас получилось?

Татьяна. Шесть пунктов, в которые должен верить общинник или ученик на испытании. Что есть истинные идеи и правды, которые говорят нам Великие Учителя. Если Они нам говорят, указ должен быть выполнен без обсуждения, он должен быть выполнен неукоснительно. Если они говорят тебе, и ты думаешь, что у тебя сил нет, вера в то, что ты раз дан указ, значит, силы у тебя есть, и ты должен его выполнить. Вера взрастает там, где есть любовь. Бывает вера суррогатная, но есть и истинная, основанная на любви. Суррогатная не позволяет делать там, где и даже ты делать можешь. Это все что я запомнила.

Сергей. Ну, если микрофон взять, ну, может там еще.

Саша. А может добавить веру в Новый Мир и победы добра над злом?

Татьяна. Это не то.

Сергей. Ведь есть еще такое понятие веры, как вообще не вера. То есть доверие, вот-вот на этом уровне, огням друг друга. Такая какая-то вера есть, с которой тоже нельзя ничего построить.

Татьяна. Ну, это и есть вера взращивается там, где есть любовь.

Учитель. Реки веры проистекают из озер соизмеримости. Это факт. Ну, вот, например, посмотрите, ну, вот яркий пример та же самая Майявирупа, которая от нас ушла. Ведь что было? Человек не верил. Почему не верила? Потому что она не видела истинной соизмеримости. То есть для него был Глеб, который хорошо говорит, он многое знает, он многое понимает, да, ну, и хватит на этом. Но есть, зато в ней, в её сердце жила соизмеримость, что: а вот индусы там её, там какой-то индус, вот он, да, действительно, представитель Иерархии, полубог там тудым-сюдым сюдым-тудым, вот он даааа. То есть соизмеримость. Притом, что он в принципе клоун, и не мыслитель никак. То есть ни одной мысли от него никто никогда не услышал. Просто, к чему я говорю, что вера начинается с соизмеримости. Когда ты понял истинное положение вещей, то, наверно, вот в этом месте может зародиться твоя вера в то, что это действительно так. Вот. Пока у тебя соизмеримости нет, до тех пор ни о чем речь идти не может. Больше того, мы говорим, что Махатмы, Они, вот да, это вот Учение, да. То, что здесь происходит, это восхищает и, тем не менее, истинной соизмеримости может так и не проникнуть в сердце человека, он так и не может понять, пред чем он присутствует. То есть с одной стороны, сердце его восхитится там, даже может сознание вместит какие-то понятия, но истинной соизмеримости, вот что есть ты, и что есть вот эти вот истины, которые сейчас были явлены. Даже часто может быть впадение в прелесть, которое, Серж, является антиподом соизмеримости, когда человек думает: ну, вот Бог он ко мне пришел, значит, я о-го-го. Ну вот.
- Ну, Бог, ну, ты это, давай, мы тут с тобой побратаемся что ли, в конце-то концов. Скоко ж ты приходишь, а еще ни одного стопоря вместе не выпили. Расскажи за жизнь, может, тебе совет дам какой, Бог.
Это очень распространенное явление на самом деле.

София. Танечка, там можно дополнить, что любить ты можешь только то, что ты знаешь, что ты знаешь действительность. Не в иллюзиях, а в действительности.

Татьяна. Я записала, что мне сказали. Вера взрастает там, где есть любовь.

София. А любить ты можешь только то, что ты знаешь в действительности.

Учитель. Ну, это да, потому что нельзя любить то, чего ты не знаешь, на самом деле. То есть это будет не настоящая любовь, такая игрушечная, и вера тоже будет игрушечная. Поэтому, например, задача Гуру – это показать неофиту те высоты, просторы, психологизируя пространство. И он увидит и убедится, и после этого сказать ему, что это достойно любви, так люби это всем сердцем, рыдай от того, что ты не можешь к этому прикоснуться, страдай от того, что этого нет в твоей жизни, и тогда она вернется. Искренне желай этого всем сердцем. Ну, то есть не самостью, Учитель должен видеть, что это не самостью свершается. То есть живи ради того, что ты увидел.
Мне очень понравилось то, как это описал, такую любовь Серафим Саровский. Вот уж, действительно, человек, которого нельзя заподозрить в самости и в эгоистичности. Когда его спросили, что такое дома божьи, он сказал что это настолько прекрасно, что если бы ему сказали, что ради того, чтобы еще раз их посетить ему пришлось бы жить в пещере, быть недвижным и его живого ели бы черви, и он испытывал бы непрестанные страдания на протяжении долгого периода времени, то он все равно согласился бы на такую ничтожную жизнь, лишь бы еще хоть одним глазком взглянуть на эти Небеса. Поверьте мне, это не метафора. Этот человек настолько любил эти Небеса. Он не хотел их увидеть, а он любил их настолько сильно, что ему было совершенно все равно какие страдания и лишения он при этом перенесет. И он не соотносил это к себе. У него не, было, что, ну, Небеса, вы меня любите? У него не было вопросов вообще к себе: кто я? Что я? То есть, это истинная соизмеримость. Поэтому люди обычно страдают либо отсутствием соизмеримости и присутствия самости, либо даже, когда они поражаются чем-то, то они страдают отсутствием веры в то, что видели. Например, когда на Селигере я вылечил этого Серёгу, капитана, я ему рассказал, я был потрясен тем, что я увидел. Он видел, насколько мощно было воздействие, что он, практически умирая, вдруг выздоровел, смог встать и вообще за 2 секунды никаких последствий болезни. И он понял, что это так. Его слова были, что «да, то, что ты мне сейчас рассказал, ради этого стоит жить и умереть». Он не сказал, если это так. У него не было сомнений, потому что он был свидетелем. И тем не менее, он все равно окунулся в свою прежнюю жизнь. То есть даже такое явленное чудо не помешало ему жить после этого жизнью обычного человека, пить водку там и вообще не думать о смысле жизни. То есть само явление чуда никого ни в чем не убеждает. Понимаете, да? Вот Наташа сидит на стиральной машине, тоже она столько видела чудес, она столько поражалась, она столько видела мудрости, и эта мудрость не сделала её счастливой. Потому что важно не те чудеса, которые человек видит, а важно то, насколько правильно он выстроит свою соизмеримость. И, наверное, настоящий Гуру должен научить этому. Если кто, конечно, будет хотеть у него учиться этому. Каждый должен понять, что он лишь песчинка, а мудрость - это огромное солнце. И не будет песчинка предлагать себя Солнцу в друзья, говорить: «Солнце, ты большое, и я большая песчинка, давай дружить. Давай, вот ты мне че-нибудь скажешь, и я тебе че-нибудь скажу». То есть, это не будет на равных никогда. И это не будет не то что на равных, песчинка не будет знать свое место, она будет настолько любить это Солнце, что не будет знать о том, что она песчинка, ей будет все равно, кто она. И вот в этом порыве самозабвения и будет истинная любовь.

София. Я знаю, как рождается вера. Когда ты говорил об Учителе в пещере и о том, что ты чувствовал, то в это время сердце воскликнуло: «Это правда!»

Учитель. А нельзя так описать, если это неправда. Я еле сдерживал свои собственные слезы.
Хороший урок сегодня. Про настоящую веру.