[378x372]
Настроение сейчас - хорошее

Слепая вера – геопатогенная зона церкви II


А теперь коснемся такого аспекта насаждаемой христианской церковью слепой веры – веры в чудеса. К способности обращать народ в свою веру с помощью чудес христианские пастыри прибегали еще с апостольских времен. До наших дней дошли описания состязания апостола Петра с учеником школы танаимов1 Самарии Симоном Волхвом. Сопоставимые с деяниями Иисуса, чудеса Волхва производили на массы столь сильное впечатление, что за ним прочно закрепилось прозвище «Великая сила божья». В ряде апокрифических источников «Деяния апостолов Петра и Павла», «Признания Клементина», «Прения апостола Петра и Симона», в признаваемой греческой церковью рукописи «Philosophumena» ему приписывают способности летать по воздуху, освобождать себя от цепей, воскрешать мертвых, принимать различные облики, вопрошать духов, приказывать статуям ходить. Но Симон, общаясь с апостолами, предпочел сохранить независимость, став, по сути дела, их соперником. Нарождавшаяся церковь никогда не простила этого посвященному. На протяжении долгих столетий христианские писатели всячески умаляли его облик, обвиняя в неприглядных вещах, вплоть до дара, полученного от дьявола. Так, Епифаний в своем труде «Против ересей» пишет: «От времен Иисуса до наших дней первой ересью была ересь Симона Волхва…».2
Через четыре века, в Александрии, чудеса вновь послужили яблоком раздора между христианами и язычниками. На этот раз угроза оказалась столь серьезной, что церковь инициировала физическую расправу над соперником. Точнее, соперницей, потому что таковой на этот раз выступала женщина-философ Ипатия3. Умница и красавица, уважаемая за огромные познания во всем эллинском мире, она славилась такой чистотой жизни, что обвинить ее в связях с нечистым было делом заведомо проигрышным. И, однако, она была приговорена, потому что имела несчастье пересечь дорогу Кириллу, епископу Александрийскому, мешая тому набирать прозелитов из числа невежественных масс и тем самым пополнять казну епархии. В свое время Ипатия изучала тайны теургии у Плутарха, главы знаменитой Афинской школы. А потом возглавила кафедру философии в александрийской школе неоплатоников, девиз которой гласил: «Испытывай все и крепко удерживай то, что хорошо». Творить «божественные милости» в присутствии ученого, который знал их истинный механизм, никакого отношения к «Святому Духу» не имеющий, Кирилл не осмеливался. Ведь Ипатии ничего не стоило выйти на Агору и в присутствии большого скопления народа продемонстрировать то же самое. Да еще и доходчиво объяснить, что никакое чудо невозможно в принципе. В противном случае это означало бы, что вселенной вместо фундаментальных законов, действующих как в физическом, так и в духовном мире, управляют законы индивидуальные. Нет ни чудес, ни феноменов, ни артефактов. Но существуют естественные причины, их вызвавшие, к пониманию которых и надо стремиться. Для чего потребен несколько иной уровень знаний, требующий смены привычной парадигмы. Собственно, именно этому и обучали в школе неоплатоников.

Но… Христианское вероучение, как известно, зиждется на массе тайн, недоступных для понимания обыкновенного верующего. И церковь с момента своего зарождения не поощряла своих членов к их изучению. Ну, а техника сотворения чудес, поражавших воображение экзальтированных масс, оберегалась отцами с особым тщанием. Так что в данном случае интересы церкви и науки находились в диаметрально противоположных направлениях. Выждав подходящий момент, в марте 415 года Кирилл руками фанатиков-монахов инспирировал убийство девушки, обожаемой в городе за ее «достижения в литературе и науке, превосходившие всех философов ее времени».
Эта подлая расправа, послужившая толчком к дальнейшим масштабным гонениям на инакомыслящих, имела печальный результат. Преданные искатели истины покинули суетный мир городов, затаившись в лесах и пещерах. И Европа в эпоху раннего средневековья погрузилась, за редким исключением, в интеллектуальный мрак. Да и христианство, раздираемое бесконечными внутренними раздорами, сильно пострадало от безмерного властолюбия своих пастырей. В результате в 1054 году произошел неминуемый раскол, после чего каждая церковь взяла себе название, отражавшее суть ее устремлений. Так появилось католичество, стремившееся к власти во всемирном масштабе, и православие, объединившее людей, стремящихся правильно славить Творца.
С этого момента католическая церковь никогда больше не знала покоя. Тамплиеры, катары, розенкрейцеры, и позже теософы, «Золотая Заря» и другие образования, один за другим возникавшие на территории Европы, – все предъявляли счет за допущенное некогда удушение свободы мысли. Не в малой степени благодаря многочисленным тайным обществам разразилась Великая Французская революция. После такой капитальной встряски установилось нормальное положение вещей: в частности, в ряде стран церковь отделили от государства. И представители нарождающегося научного мышления получили, наконец, возможность свободно исследовать любые стороны жизни, не опасаясь дамоклового меча инквизиции над своей головой.…


1. Танаимы – еврейские мудрецы, высокоученые каббалисты древних времен. «Талмуд» содержит различные легенды о них и приводит имена главных из них.
2. G.R.S Mead, Simon Magus. An Essay, London
3. http://digest.subscribe.ru/style/religion/n138739862.html