Зима приходит вздохом
струнных:
"Всему конец".
Она приводит белорунных
Своих овец,
Своих коней, что ждут ударов
Как наивысшей похвалы,
Своих волков, своих удавов,
И все они белы. Белы.
А автор кто...мы промолчим. Хочется его одежду отдать в стирку и вообще новую купить. А самого в баню, к мойщикам, брадобреям и санитарам. А то нам брезгливо.
Ни-ни: сначала в забег. Годков эдак на двадцать. И вовсе мы не злые, мы, напротив, гуманные: не под срез, заметьте, а всего лишь в забег. Потом можно и мыть. Щёлочью.
Оно и молодое было не менее гротескное. И не менее противное. Просто более отмытое.
Ответ на комментарий Лигейя_Эдгара #
Нда...Как у нас -старых солдат говорили: рядом ср--ь не сядешь),простите,барышни, а вы всё стихи,да куплеты...В сад,все в сад, на воздух!
Аккурат на воздухе мы, помнится, того врага и нажили. В середине девяностых. На чьём-то загородном не то вылуплении, не то издании, но уже непосредственно в саду.
Стоим мы, то есть, себе тихо под смородинным кустом, ни гу-гу по причине мигрени и желания оказаться где-нибудь, а оно, понимаете ли, вошло в изящный словесный азарт и разглагольствует о куртуазном маньеризме. И о себе, соответственно, как о мессии возрождения того маньеризма прямо в массы. Мы прикинулись массами и, заметьте, молчим, но со скрежетом. Тут кого-то и дёрнуло поинтересоваться мнением куста. Напрасно дёрнуло, потому как кусты по определению разумнее обходить стороной: куст - явление непредсказуемое. Мы и непредсказнулись. Громко.
- Даже если допустить, что изначальные фрагменты надстройки здесь имелись, то сейчас, согласитесь, за таким объёмом базиса, разглядеть их возможным не представляется...
Искусство наживать врагов, ага. Закомплексованных и крайне злопамятных.