Это цитата сообщения Людмила_Есипова Оригинальное сообщение

Может хватит бороться за первенство?

Если проанализировать результаты по ДНК, то оказывается, что многие роды, относящиеся к индоевропейцам и многие роды, относящиеся к тюркам, имеют одного предка. Путаница произошла из-за лингвистических искусственных объединений в группы, во временной шкале и оценки археологических культур.

Слово Клёсову.



ДНК наших современников показывают, что самые древние корни ариев, рода R1a1, давностью 12 тысяч лет, находятся на Балканах – в Сербии, Косове, Боснии, Македонии. Через 6 тысяч лет этот род расширится на северо-восток, на Северные Карпаты, образовав праславянскую, трипольскую культуру и положив начало великому переселению народов в четвертом-третьем тысячелетии до нашей эры. Род R1a1 продвинулся на запад, до Атлантики и Британских островов, и на север, в Скандинавию. Этот же род пришел на ближний север и восток – на земли современных Польши, Чехии, Словакии, России с общим праславянским предком, жившим 4500 лет назад. 4500 лет назад появился предок современных русских и украинцев рода R1a1. Затем его потомки вышли на южный Урал, ещё через четыреста лет отправились в Индию, где сейчас живут примерно 100 миллионов их потомков, членов того же рода. Ещё одна ветвь этого рода с той же гаплогруппой отправилась из Средней Азии в Восточный Иран Этот же предок дал выжившее потомство, живущее в настоящее время по всей Европе, от Исландии до Греции и Кипра, и распространившееся до юга Аравийского полуострова и Оманского залива. Сейчас в европейских странах представители рода R1a1 составляют от 4 до 20% населения, носителями той же группы является половина высших каст Индии (16% населения).
. Наука долго не знала, как обозначить этих людей в «научных терминах». Согласно огромному массиву данных, накопленных лингвистикой, сравнительному анализу языков – это некие «индоевропейцы», пришельцы с севера, которые знают снег, холода, березу, ясень, бук, волков и медведей. Сейчас стало известно, что это люди именно рода R1a1, к которому принадлежат до 70% населения современной России. А далее к западу, к Атлантике, доля рода R1a1 неуклонно падает, и у жителей Британских островов составляет лишь 2-4%.

Трудности стыковки данных археологии и ДНК-генеалогии могут заключаться и в том, что эти дисциплины оперируют разными признаками. В археологии это «цепная передача» материальных и культурных признаков, которую археологи часто (или даже обыкновенно) не связывают с миграциями, с передвижениями людей. Как отмечает Антони (Anthony, 2007), каждый студент в археологии с 1960-х годов обучается под знаком лозунга «горшки – это не люди», и понятие миграций вообще практически исчезло из археологии с 1970-1980-х годов. В ДНК-генеалогии – это миграции, направления, регионы и времена. Поэтому с точки зрения (российской) археологии «евразийский индоевропейский континуум» выглядит как катакомбная-срубная-петровская-андроновская-синташтин-ская культуры, причем это отнюдь не миграции, а «цепная передача культурных признаков» вместе с языком. Причем археологи отмечают, что в антропологическом отношении эта цепочка практически однородна.

Но этот подход с точки зрения ДНК-генеалогии принципиально дефектен. Здесь у археологов смешаны, перепутаны два встречных потока миграции двух родов – тюркскоязычного R1b с востока на запад, и ариеязычного, «пра-индоевропейского» R1a с запада на восток. Антропология этих двух потоков действительно близка или практически одинакова, поскольку это два родственных рода, оба европеоиды, оба образовались из одного рода R1. Вот у археологов и получается, что культуры одного рода, тюркскоязычного R1b, из хвалынской, среднестоговской и древнеямной и далее катакомбной культуры, с общим движением на запад, вдруг перескакивают на «пра-индоевропейские» андроновскую и синташтинскую культуру, образовавшиеся движением будущих ариев (гаплогруппа R1a1) на восток.

Иначе говоря, там имела место не некая «цепная передача культурных признаков» без миграций, а именно миграции. Об этом свидетельствует и обнаружение гаплогруппы R1a1 в раскопках в Германии с датировкой 4600 лет назад, и в андроновской культуре в южной Сибири с датировкой 3800-3400 лет назад, и та же гаплогруппа (и те же гаплотипы) к западу от Урала, на Русской равнине, с датировкой 4800 лет назад, и те же гаплогруппы (и те же гаплотипы) в Индии и Иране, причем с датировками Русской равнины, только на 800-1000 лет позже. Это были именно миграции, а не просто бестелесная «передача культурных признаков». Надо признать, что это – слабое место археологии.

ДНК-генеалогия помогает решить, или во всяком случае подсказать решение многих вопросов, которые пока не под силу решить археологии и лингвистике. Например, вопросы «этногенеза древних кельтов, время появления в Западной Европе которых, как и пути расселения, наиболее «традиционные» теории не могут объяснить» (Рубин, «Проблемы локализации индоевропейской прародины: критический обзор современных концепций», стр. 84-92), при том, что «миграции кельтских племен фиксируются только в направлении с запада на восток, а не наоборот» (Alinei, 2004a,b). ДНК-генеалогия дает на это немедленный ответ: пра-кельты, гаплогруппа R1b1b2, прибыли на европейский континент кружным миграционным путем - с Русской равнины через Кавказ, Ближний Восток и Северную Африку, на Пиренейский полуостров и далее в континентальную Европу, 3800 лет назад (см. выше). Естественно, движение с Пиренеев (и с Британских островов, следующего этапа продвижения R1b1b2 c Пиренеев) в Европу шло с запада на восток. С собой кельты несли по Европе тюркские языки.

В заключение кратко остановимся на скифском вопросе. Из изложенного выше ясно, что скифские народы – на самом деле собирательное понятие – были и тюркоязычными, и «ираноязычными», точнее, ариеязычными. Они были и кочевниками-скотоводами (что характерно для тюркоязычных племен), и земледельцами (что часто характерно для ариев). Они имели как гаплогруппу R1a1, так и R1b1. Они жили как в войлочных юртах (многие из тех, кто в них жили, были носителями R1b1), так и в стационарных постойках (многие из тех были земледельцами, R1a1). К сожалению, ни специалисты по индоевропейским языкам, ни тюркологи не желают признать дуализм (по меньшей мере) скифов, сарматов, и многих других степных (и не только степных) племен 1-го тысячелетия до н.э. и начала нашей эры. Более того, у этих племен определенно были и другие гаплогруппы, в первую очередь – G, Q, N, С. Носители гаплогруппы G в сарматские и скифские времена были скорее всего «ираноязычны», и обитали на Иранском нагорье намного раньше арийских времен. Тогда, конечно, они не были «индоевропейцами». Q, N и C были, скорее всего, тюркскоязычны.

И чем скорее обе стороны, «иранисты» и тюркологи, признают эти факты, или пока соображения, тем скорее лингвистика обогатится новыми находками и открытиями. Особенно если, к тому же, они примут в свой научный арсенал ДНК-генеалогию. Смею надеяться, данная статья будет этому способствовать.
Итак, как неизбежно следует из изложенного выше, носители гаплогруппы R1a1, они же арии, они же «пра-индоевропейцы» двигались из Европы, наиболее вероятно с Балкан, на восток с начала 3-го тысячелетия до н.э., заселяя европейскую равнину (возраст общего предка ариев на Русской равнине примерно 4750 лет), и далее, с основанием андроновской культуры 4000-3200 лет назад, которая наложилась на ареал обитания гаплогруппы R1b1 за полтора-два тысячелетия до того (ботайская археологическая культура 5700-5100 лет назад), с последующим заселением южного Урала и Зауралья, южной Сибири и Алтая вплоть до северного Китая.

Гаплогруппа R1b двигалась встречным курсом, но задолго до того – на Русской равнине как минимум 8-5 тысяч лет назад, частично заселив Кавказ уже 6 тысяч лет назад, и в те же времена перейдя в Анатолию и далее на Ближний Восток. То есть они практически не пересеклись с «пра-индоевропейцами», носителями гаплогруппы R1a1 во времени, но пересеклись на тех же территориях, в особенности средневолжской, самарской, хвалынской, древнеямной, срубной, андроновской культур. Это и вызвало недоразумения археологов и лингвистов в отношении локализации «индоевропейской прародины» как в южных степях России, так и в Причерноморье и в Анатолии.