ВОПРОС: Владимир Владимирович, я из Владивостока. Меня зовут Мария Соловьенко – газета «Народное вече».
Я хочу Вас порадовать, хоть что-то доброе сказать, хотя я Вас критикую очень жестко в своей газете, Вы это знаете, наверное. Да? (Смех.)
Знаете, спасибо.
В.ПУТИН: Знаю, все меня критикуют.
ВОПРОС: Вот Вы сейчас сказали, что Вы дадите поручение, чтобы ещё дешевле были билеты… А Вы разве не знаете, что сегодня из Владивостока до Москвы и обратно можно перелететь за 6 тысяч рублей? Так куда уже ниже? Наш «Аэрофлот» вообще…
В.ПУТИН: Нет-нет. Спасибо Вам больше за…
РЕПЛИКА: Но это разминка.
В.ПУТИН: А, вот оно как!
РЕПЛИКА: Конечно!
В.ПУТИН: Спасибо вам за то, что вы вспомнили про субсидирование перевозок с Дальнего Востока в Москву, в Петербург, в Сочи, и не только с Дальнего Востока. Это у нас из Сибири из некоторых точек есть, из Норильска. Мы будем продолжать это субсидирование. В этом году на цели субсидирования выделено, по-моему, 12 млрд. рублей. Но это касается ведь не всех граждан, это касается только определённых возрастных групп: молодых и людей пенсионного возраста. Это первое.
Второе. На такие дальние маршруты у нас ещё есть инструменты влияния. Но особенно сложно у нас с местными перевозками, где подчас люди для того, чтобы добраться из одного населенного пункта субъекта Федерации в другой должны летать через Москву. Вот что плохо, вот я о чём говорю.
РЕПЛИКА: Но сейчас, Владимир Владимирович, соберитесь и ответьте на очень серьёзный вопрос. (Смех.)
В.ПУТИН: Попробую.
ВОПРОС: У нас на Дальнем Востоке и трубопроводы строятся, и замечательные мосты построили, и всё остальное. Но для кого мы это строим?
В.ПУТИН: А АТЭС понравился вам, само проведение? Как вообще жители восприняли это крупнейшее международное мероприятие, которое мы провели во Владивостоке? Мы, кстати, вполне могли провести и в Петербурге, где инфраструктура готова, или в Москве.
РЕПЛИКА: Владимир Владимирович, меня как всегда не пустили на этот АТЭС, и пять лет не пускали на Ваши конференции. Но я не гордая, я сижу и пишу, поэтому и не пускают.
В.ПУТИН: Но сюда пустили, значит прогресс есть.
РЕПЛИКА: Прогресс есть, да, это так. Шутка!
По АТЭСу, действительно, мосты хорошие. Дороги, хоть и валятся, хорошие. (Смех.) Жить стало лучше, да, вверху. А внизу плохо живется все равно. Ну, там мэр и все, мы не будем о коррупции сегодня.
Я вообще не хотела о плохом, но придется. Вот границы наши Вы знаете, не очень они защищены. Для кого мы строим? И вот этот бывший Министр обороны – это такая боль. И мне кажется, Вы его назначали, и даже в последнее время по телевидению уже оправдывали.
Я бы хотела сказать, спросить, вернее, что Вы можете сказать по поводу вот этого руководителя и как вернуть эти деньги, которые они уворовали, «Славянка» эта и прочие. Что нам делать с обороной Российской Федерации?
В.ПУТИН: Что они уворовали там?
РЕПЛИКА: Уворовали. Миллиарды. Вы не знаете?
В.ПУТИН: Нет. (Смех.) Нет, не знаю. Я сейчас скажу почему.
РЕПЛИКА: Ответьте, пожалуйста.
В.ПУТИН: Как Вас зовут?
РЕПЛИКА: Мария меня зовут.
В.ПУТИН: Маша, садись, пожалуйста. Сейчас я отвечу.
РЕПЛИКА: Спасибо, Вова.
Д.ПЕСКОВ: Маша, будьте любезны, микрофон, пожалуйста.
РЕПЛИКА: Ещё маленький вопрос.
Д.ПЕСКОВ: Нет, давайте уважать коллег.
В.ПУТИН: Она уже не отдаст, нет.
По поводу того, что уворовали или не уворовали. Я уже пояснял свою позицию: я никого не оправдывал. Я действительно назначал Сердюкова в своё время. И он в целом, что касается реформирования Вооруженных Сил, двигался в целом в правильном направлении. Вопрос во внешних формах проявления, отношения к людям. Это отдельный вопрос. Человек в погонах заслуживает к себе уважения. Часто, знаете, большие руководители уже… Вообще любой человек заслуживает уважения со стороны начальника, а люди в погонах – это особая каста, и к ним нужно с особым уважением относиться.
Вот что касается стиля руководства, там действительно были вопросы. Но я его уволил не за это. А уволил за то, что у органов следствия возникли обоснованные сомнения в том, что правильно выстраивалась работа, связанная с реализацией имущества и по некоторым другим вопросам. Но я всё-таки хочу, знаете, чтобы мы всё-таки оставались … Я вот говорил про законность. И это было применительно к нашей радикальной оппозиции, но и применительно к властям это то же самое, то же и властей касается. Да, есть сомнения в корректности поведения и принимаемых решений министра обороны, поэтому он отстранён.
Но уворовали или не уворовали, как вы сказали, может решить только суд. И вот в чём я могу вас заверить, в том, что и следствие, и судебное разбирательство будут предельно объективными. Нет желания никакого кого-то выгораживать. Никто не будет выгораживаться и никто не будет этим заниматься. Вот это 100 процентов, и это вы можете быть уверены на 100 процентов. Но только суд может определить, виновен кто-то или не виновен, уворовали или не уворовали, и что с этим делать.
В том числе в некоторых случаях надо предъявлять и гражданские иски. Я думаю, что действующий министр обороны Сергей Кужугетович Шойгу, он в состоянии этим заняться, он человек опытный. Кстати, на мой взгляд, по моей информации, ведомство уже готовит некоторые иски в гражданско-правовом порядке. Всё будем восстанавливать и доведем это все до конца не только по Министерству обороны, но и по другим направлениям.
Вот вы вспомнили про Сердюкова. Но развивать систему ГЛОНАСС в свое время – это, знаете, это моё было решение. У нас ведь как принималось решение по развитию ГЛОНАСС? Я посмотрел в своё время планы развития ГЛОНАСС, мы бы тогда предложенными планами Правительства никогда эту систему не создали. Потому что у нас спутники не 15 лет, как там западные, эксплуатировались. Сейчас уже мы к этому переходим, а там 5, 6 лет, 7. И система финансирования по ГЛОНАСС была выстроена таким образом, что пока мы запускали бы следующие спутники, уже часть с орбиты должны были бы снимать. И тогда мы никогда бы не добились нужной нам группировки в 28-29 спутников.
Тогда я принял решение изменить систему финансирования, увеличить ее с тем, чтобы решить проблему создания необходимой спутниковой группировки, и, соответственно, сделать следующий шаг по развитию наземной инфраструктуры, что для нас достаточно сложно, имея в виду отсутствие национальной компонентной базы в области электроники. У нас сейчас отдельная программа есть по развитию электроники. Мы привлекли и частный бизнес, и государственные ресурсы увеличили.
Знаете, как мне было неприятно услышать, что там тоже есть подозрения в воровстве, в коррупции. Мы сосредоточили такие деньги туда, опережающим порядком направили в высокотехнологичную сферу, я смотрел, как этот проект развивался. Мы, кстати, сделали это быстрее, чем наши европейские коллеги, я уже тоже говорил об этом, я предлагал им когда-то совместно эту работу осуществлять. Это одна из высокотехнологичных областей, где мы опередили наших конкурентов и партнеров. А у них ещё там на орбите, по-моему, десяти спутников нет, а у нас целая группировка, работающая. И я с такой гордостью смотрел на этих людей, которые это все делали, и думал про себя: как здорово, что у нас есть такие ребята умные, эффективные, честные. Оказалось, что и там есть проблемы. И мы и это доведем до конца, так же, как и в других отраслях.
Стенограмма с сайта президент.рф