Здравствуй, мама.
Опять у меня всё из ряда вон.
Мой мир строится/рушится/снова строится, как Вавилон.
Карета становится тыквой, а небо дном.
И чёрт его, что потом.
Мама, правда, не говори мне «ищи, ищи».
Я б и рада ждать «того-самого-принца» с работы, варя борщи.
Я пыталась быть с тем, кто не чаял во мне души,
Но попытки мои неискренни и смешны.
А судьбу грех гневить мне она, как знатному богачу.
Преподносит на выбор вина, хорошей выдержки и парчу.
И так много вариантов, которые по плечу,
Но, извольте, я не хочу.
Иногда я кажусь себе неудачно отлитым замком от дверей,
Для которого не потрудились придумать ключей.
Как щенок у бистро накормленный, да ничей.
И забрали б его, да не льнёт к рукам хоть убей.
Мама, правда, сама не знаю, что за напасть!
И не надо мне «ну и дура», да «зажралась».
Кости в число не попали, а карты в масть.
Где-то не приняли. Где-то не прижилась.
Так все чувства мои превратились в ненужный хлам.
Так я стала немного выше любовных драм.
Всё по полкам, по чувству меры и по местам.
И я этому рада, мам.