Он дает ей советы, говорит, что она на себя слишком много взяла. Она прячется от него, и как кошка, виновато выглядывает из-за угла: дескать, она и хотела бы меньше, но попросту не смогла. Он смеется, мол, она его снова неправильно поняла. А она начинает плакатьплакатьплакать. Такие дела.

По ночам у нее бессонница, и бессмыслица по утрам. Она за неделю в среднем худеет на килограмм. Он куда-то все время уходит (Зачем и куда) , возвращается по четвергам-на час и гладит ее по теплым щекам. И она за секунду заново привыкает к его рукам. Его любимым рукам.

И стоит ей взять на себя чуть меньше, как он исчезает совсем. Она не скучает, ложится в одиннадцать, крепко спит, просыпается в семь, и, встречаясь с людьми, одинаково вежливо улыбается всем.

У нее практически нет подруг, у него почти нет друзей. Он или вовсе отсутствует, или все время проводит с ней. Он считает, она добрее его — она думает, он умней. Он старше ее на девять лет и двадцать дней.

Он приходит всегда ожидаемо, говорит-ничего не знает, он же ведь не "ткачи". Она его не допрашивает, она никогда не кричит. Она уверена — он перед нею чист. Поэтому обнимает его, целует руки и молчит.

И потом она признается (хотела сдержаться, но не смогла): ей без него нормально, такие дела. Он уходит, но если бы не возвращался, она бы давно умерла. Слишком уж много она на себя взяла.

И он возвращается, чтобы она жила.