Мир изменился: загустел и стал тобой -
солнечной каплей смолы.
Я уже не чувствую боли,
входя в прозрачный монолит.
Замедлены ... и дыхание и движения.
Замедлен ... часовой ход.
Густеет пленка. Я уже не муха,
я - любовь позднего реликта.

Думала: жизнь - лестница вверх.
Думала: жизнь - падения и взлеты.
Думала, в счастье и в горе ...
А она - надежная, бесхребетная.

Говорят, что жизнь - борьба и труд,
а она - медлительность, полнота.
Спаянные живицей любовники
могут мир воспринимать только так:
сладко, безболезненно, медленно,
одновременно в смерти и в бессмертии.
И не скажешь, будто кто несвободный
неотделим, скорее неотъемлемый ...

Впрочем, теперь позволила наука
с древних смол и камней извлекать
и оживлять, возвращать в мУку
тех насекомых, которые привыкли не летать.