«Он - как чемодан без ручки: и выбросить жалко, и тащить тяжело» ... Так говорят обычно о мужчине, супруге или любовнике, с которым иссякли чувства, и взаимоотношения продолжаются скорее по инерции. Но я бы так не сравнивала. Ибо для меня мужчина никогда не ассоциировался с чемоданом, который я должна таскать. Скорее, я бы сказала, он подобен выбранному на мой собственный вкус и исходя из моих «морально-материальных» возможностей зонту.

Практический или изысканный, элегантный или кричаще-яркий, будоражащий воображение или нейтрально-сдержанный, он может приютить от дождя и жары, пока я даю ему ощущение его значимости, превосходства надо мной и необходимости в нем, и ... не позволяю ему упасть в грязь. Мне держаться за него - легко, потому что хочется и приятно. Ему -давать мне защиту - хочется, потому что это естественно и почетно. Мы друг для друга в определенной степени приятная необходимость и добровольная зависимость.

Конечно, этот взаимный комфорт непрочный: бывают и сложности, взаимонедорозумения, и взаимоусталости, и временные взаимобегства. А бывает и внезапное желание- одного - изменить «модель зонта», а другого - тип «подзащитного». Но ... отношения продолжаются, потому что мы не можем друг без друга - срослись ... (По критичности состояния отношений - а об этом дальше речь не пойдет - наступает тяжелое прозрение: «Мы могли бы существовать и поодиночке, так кем мы собственно есть друг для друга, разве как небольшой роскошью? »Тогда руки и зонты расстаются.)

Именно так, по-моему, выглядят цивилизованные взаимоотношения в современном феминизированном, урбанизированном, индивидуализированном и стратифицированном мире (во как завернула- умная-сама себя боюсь))))). Отношения дружбы, необходимые, удобные, стабильные и теплые, любовные, но без «неистовой и вечной любви». Ведь любовь - это субстанция неконтролируемая, какой-то динамический инь-янь, единство и борьба взаимосвязанных противоположностей, предпочитающих достичь полного слияния, и поэтому согласных притираться друг к другу полностью, доверчиво, самоотреченно, вдохновенно, влюбленно. А мы об этом речи не ведем.

Почему? Ибо, во-первых, для подобных процедур, наверное, не выпускают уже подходящую модель современных мужчин и женщин. Во-вторых, потому это самое цивилизованное современное общество не нуждается в оной, снятой с конвейера модели людей и подобных взаимоотношений. Ему, обществу, не нужны личности, способные образовать друг с другом наполненную гармоничную и самодостаточную пару, которая живет ради постоянного созидания собственного мира. Оно требует человеческого материала в виде самодостаточных унифицированных «муравьишек», не способных доверять и верить, а потому способных и желающих создать только некий социум для умеренного общения.

Да, собственно, дело не об этом. Вернемся к чемоданам и зонтам.

Если рука и зонт-современная пара, то чемодан, на мой взгляд - родная семья, из которой под силу выкарабкаться только способным для самостоятельной жизни и жаждущим этого мужчинам и женщинам. Множество кровно-родных, близких и приближенных так долго наполняли свои отчаявшиеся жизни твоими событиями (о, первый зуб!, Первый шаг, первое слово и т.п.) и надеждами на молодого и свежего тебя, что теперь, волей-неволей, требуют наполнить ними - тебя, твою душу, мысли и сердце, пустить в твои перспективы и дать им прожить тобой до конца жизни. Поэтому придется, входя во взрослую жизнь, набить ими, их мечтами и предрассудками, ценностями и принципами, запретами и желаниями целый чемодан и тянуть его изо всех сил в собственное светлое будущее.

Правда, в один прелестный день долгожданный кризис все таки разразится и нагрянет: отяжелевший от души чемодан с родственниками сам выпадает из рук - не выдерживают и лопаются ручки, содержимое рассыпается. Тут бы, расставив всех и все по местам, очертить собственные направления и ориентиры, и уйти. Уйти, сохранив теплые воспоминания в себе и в их сердцах, уйти, оставив себе и им - радость ожидания и возвращения ... Пойти благодарным ! Так нет, какая то непостижимая сила инерции долга заставляет быстро - и так небрежно! - Упаковать чемодан снова, обхватить его обеими руками и продолжать тянуть это страшилище, проклиная тяжелую жизнь, самого себя и тот день и час, когда появился на свет.

Особенно интересной в таком разрезе есть предложение стать парой. О инь-янь, напоминаю, речи нет. Но когда двое договариваются стать «рукой для зонта» и «зонтом для руки», они произносят примерно следующее: «Давай жить вместе, приобретать общий чемодан новой семьи и имущество, а также совместно хранить наши семейные чемоданы твой (супруги) и твой (мужчины ) в горе и радости, достатке и бедности, здоровье и болезнях, пока смерть не разлучит нас ». И оба радостно соглашаются.

Какая спросите, радость? Что за чудо-перспектива? Объясню. Выпадает возможность «посменно заботиться» о унаследованных чемоданах: одному из пары иногда брать тайм-аут, а другой - будет присматривать за обоими. Тоже неплохая перспектива, согласитесь.

И как бы не так.. как бы не так.. ... Как правило, зонт, тобишь - муж, облегченно вздыхает, и отстраняется. Так у зонта появляются крылья, а у руки - 2 постоянно действующих чемодана. В последствии от свысока-отстраненного возвышения над проблемой, окрыленный и не обремененный зонт теряет гибкость и приобретает неудобную ломкость. Рука же от постоянного отгребания за один унаследованный и один приобретенный чемоданы- грубеет и грубеет, приобретает длинные, крепкие и цепкие когти. Но даже они не помогают удержать ей зонт, у которого упала с глаз пелена и он понял - КТО ИМЕННО его пытается удержать.

Зонт гордо выпадает из оскорбленной и уставшей руки и находит себе «ту, которая достойна его держаться» - если честно, то чаще всего (хотя исключения и бывают - но это прорыв в сферу «неистовой любви, а она, повторюсь, не является темой нашего весьма авторитетного бреда ») действует он по принципу« Пусть хуже, но другое », чтобы моложе и ярче. И этой яркости и новизны ему хватает на лишь на некоторое время - он чувствует себя свободным без чемоданов, счастливым и возвышенным.
Со временем он понимает всю глубину роковой ошибки! Теперь вместо двух чемоданов, которые он тащил вместе с предшественницей (с которой, оказывается, хотя и без прежних удовольствий, но заодно жить и таскать было все-таки можно!), Он остался один на один с четырьмя новыми и даже пятью чемоданами. Считаем вместе: частично - 2 старых чемодана, о которых велось в старом брачном контракте; третий - совместно-нажитой там же, четвертый - унаследованная ручка преемника, который не желает (нет, не хочет!) Грубо, пятый же чемодан может нажиться с той же чистюлей ручкой и заботиться о нем будет тот самый стареющий зонт. А впоследствии, если зонт продержится долго и счастливо, чемоданы будут расти в геометрической прогрессии - потомки, что поделаешь.

Представляете, как ему тяжело? Его попытка найти СВОБОДУ обернулась каторгой с принудительными работами и без права восстановления, простите за повторение, в правах. Однако он же делает титанические усилие поднять на себе вот то все и ... ломается. А что поделаешь?

Именно поэтому мужчины в нашем обществе живут так мало . А женщины ... Женская ручка, превратившись в куриную лапу, что гребет и гребет добро то к одному, то к другому, то к третьему чемодану, теряет вкус, теряет чувство реальности, теряет тормоза и усталость и ... живет долго (если это «гребет и кудахчет » можно назвать« живет »). Курицы редко умирают от старости - им рубят голову, а смертная казнь у людей отменена. Хотя так ... было бы гуманнее при определенных обстоятельствах.

К чему все эти разговоры? Точнее бред? Да так... подумалось, что:

1. Жаль, что люди забыли истинный смысл слов «воспитать» и «присмотреть» . А первое действительности означает не что-то пространное, к чему мы привыкли, а просто «Выкормить до возраста физической способности самостоятельно добывать себе пищу + не отбить желание сделать некогда тоже самое для своих потомков». Вот и все. И никакого там «привить, подтолкнуть, сформировать, вдохновить, сориентировать» и другие. То есть вос питать («воспитать») - и все, и облегченно отпустить, снова становясь на собственную колею в достижении собственного жизненного смысла, к которого другому - вы уж поверьте - не дойти.

Относительно же «присмотреть» - поддержать человека, воспитавшего тебя, а теперь потерявшего объективную способность заботиться о себе самому. Поддержать - и благодарно, тепло провести в мир, о котором мы ничего не знаем, как верим что он таки есть, как должно быть и истина.

Это не значит, что в мире «ручек» и «зонтиков» кроме любви не нашлось места теплоте и общению. Это значит лишь, что человек, о котором ты заботишься, имеет право остаться собой, как и ты обязан не потерять лицо. Только так вы будете общаться, составляя друг другу интерес, а не по принуждению семейного клана и навязанного кем-то «супер-эго».


2. Жаль, что сейчас люди, такие самодостаточные и самоуверенные, разучились беречь собственную и чужую индивидуальность, а потому и доверять и верить, общаться и любить, наполнять свою жизнь ЦЕЛЯМИ.

Услышав в себе силы, люди наполняют свою жизнь всем, что можно накопить - мебелью, техникой, посудой, вещами, едой, деньгами, книгами, знаниями, трофеями и сувенирами, прихотями и капризами, ... людьми, которых могут заставить быть рядом - чаще всего, своих близких. Именно для этого так непостижимо усложняются выше обозначенные понятия «воспитать» и «присмотреть».
Вместо «воспитать» в голову и душу прется все, чего хотел и не впихнул в горсть сам, другими словами - себя самого. Ибо, потеряв старую цель, теряешь себя, не имеешь чем наполниться, становишься от близких зависимым и учишься бояться стать без них одиноким, ненужным, беспомощным и ничтожным. Это так, даже когда думаешь, что это они без тебя одинокие, ненужные, беспомощные, ничтожные. Даже когда втолковываешь им это в голову день и ночь. Даже когда они тебе верят и боятся оказаться без тебя.

Вот и думается мне, что чемоданы без ручек - изобретение именно таких людей: слишком «заботливых и толковых» ОТЦОВ и слишком «преданных и беспомощных» ДЕТЕЙ. Вопрос: почему одним не надоело быть «чемоданом»? почему другим не надоело быть «багажным носителем»? Ответ на удивление прост. Чемодан не должен «уважать» носителя , -достаточно, что он является его смыслом, а носитель не должен «считаться» с чемоданом, - достаточно, что он ее несет. Тем более, если снова стать людьми, придется не только учиться друг друга уважать («уважать», «внимать» - кому как хочется), а это постоянная душевная работа. Придется снова стать собой и искать собственный смысл. А они же не умеют делать все это, поэтому и не могут стать людьми, и животными, к сожалению, стать не могут.