Я просто стреляю из пневматического оружия. Предпочитаю винтовку, но пистолет тоже подойдет. Я попадаю в цель максимум девяносто из ста. Я действительно чувствую умиротворение. Мне плевать на стереотипы, я борюсь со своими демонами как могу. Я спасаюсь звуками выстрелов от одиноких престарелых киллеров, которых нужно учить грамоте и любви, и вместо любви предпочитаю тушить свечки в тире, с плеча. Я ненавижу сравнения с героиней одного из моих любимых фильмов, потому что я никому ни за что не мщу, я не маленькая девочка и в прицеле я вижу только свои собственные фантомы. Меня не интересует, что у кого-то встает при виде женщины с винтовкой, потому что дерьмовая природа у этого стереотипа: раз она такая сильная, значит, она такая хрупкая, раз она готова защитить себя сама, значит, ее не защищает никто, и вот пришел я, и я ее спасу. Я пишу стихи, чтобы потом иметь право заявить, что я дура, и чем лучше у меня секс, тем точнее мои выстрелы. И я никогда, никогда и никому не разрешаю заглядывать мне в глаза, когда я целюсь в очередную мишень, потому что это мое личное спокойствие, мой интим, и только мои персональные демоны, которые смотрят на меня в тот же прицел, но с другой стороны винтовки, имеют право знать, какими становятся мои глаза. Потому что только они знают причину этой перемены взгляда.