Я не раз наблюдал, как иные жреца да волхвы, приходя на капище разбивают лагерь, отдыхают, общаются, едят и всякое прочее разное.

Но вот мне как-то не встречалось, чтобы, придя на капище или просто зайдя в лес, кто-нибудь начал с того, чтобы обратился к местным духам, поднес им жертву в благодарность, что пустили в свой дом.

И когда-то давно я видел, как одна деревенская бабушка, придя в лес для сбора трав, сначала обратилась к земле, и затем к духам леса. Для нее земля была живая. И лес живой, и духов она воспринимала непосредственно как живых существ.

В чем тут дело? Пожалуй, в том, что для нее все это было не информацией, прочтенной из книг, но именно живая непосредственная реальность.

Когда вы входите в дом к своим друзьям, или там соседям, вы же не игнорируете их. Так и здесь: для тех, кто воспринимает духов по настоящему, чувствует и видит их, вполне естественно заходя в их дом (будь то лес, река или степь) сначала обратится к ним, к здешним хозяевам, а затем уже заниматься другими делами.

Получается, для многих считающих себя жрецами и волхвами, то есть, в общем, вроде бы как людьми ведающими, духи - лишь голая нежизненная информация из прочитанных книг про обычаи да обряды предков. Они не видят духов. Значит все обряды для них что-то вроде ролевой игры в язычество. Городские интеллектуалы, начитавшиеся умных книг.

Могут ли они в таком случае в действительности быть жрецами и волхвами, могут ли обращаться к Богам? Будет ли толк от таких обращений и обрядов, если человек по-настоящему не чувствует даже духов, что уж тут говорить о Богах?