Это цитата сообщения Lan_ka_k Оригинальное сообщение
Великая скупая королева - Хелена Рубинштейн
Нью-йоркским утром 1964 года трое грабителей ворвались в пентхаус 94-летней Рубинштейн с целью ограбить эту сказочно богатую старушку. Хелену они застали возлежащей в спальне и полистывающей журнал. Приставив к виску мадам револьвер, воры потребовали ключи от сейфа. "Вы можете меня убить, – произнесла Хелена, невозмутимо переворачивая страничку, – но ограбить себя я не позволю". Уникальная выдержка! Именно она помогала Рубинштейн брать не просто города – материки!
Хелена Рубинштейн родилась в 1870 году в Кракове, в семье еврея-предпринимателя, и некоторое время жила спокойно. Но когда у Рубинштейнов появилась восьмая дочь и мечта о сыне испарилась, отец решил вырастить "наследника" из старшей – из Хелены. В ней без труда прощупывался властный и напористый характер – не зря сестры прозвали девочку "ястребком". Отец желал видеть Хелену врачом, и послушная дочь становится студенткой медицинского факультета Краковского университета, одного из самых старинных в Европе. Двух курсов было достаточно, чтобы анатомичка и больничные палаты с их тяжелыми запахами и картинами человеческих несчастий стали непереносимыми для нее. Ну почему в этом мире прекрасное должно соседствовать с болезнями, немощью и смертью?! И вот, поначалу радовавшая родителя цепким умом, упорством и трудолюбием, Хелена вдруг бросает университет. «Ах, ты отказываешься учиться, — воскликнул отец, не привыкший к возражениям кого-либо из домашних. — Тогда выйдешь замуж». И как в классической мелодраме, через несколько дней на пороге дома скромного торговца яйцами стоял толстоватый и лысоватый жених, воплощение надменности и состоятельности. Но для Хелены годы отцовской муштры не прошли даром: уже своевольная, уже несгибаемая, она отвергла 35-летнюю лысую кандидатуру в мужья. И сбежала из дома...
...В Австралию. Она бежала не от гонений, а от отцовского деспотизма. Без образования, знания языка и представления, чем займется в столь далекой стороне. Ехала 18-летняя Хелена к дяде, которого никогда не видела, но его быстрый отклик на взволнованное письмо племянницы содержал теплое приглашение. И вот, летом 1890 года девушка стояла на борту парохода, отправлявшегося из Гамбурга в трехмесячный путь в Мельбурн, через Суэцкий канал и Индийский океан. В маленьком сундучке уместился весь ее скарб: белое плиссированное платье, шляпа с белыми перьями, материнское жемчужное ожерелье (первая драгоценность в несметной будущей коллекции) и двенадцать баночек с ночным кремом доктора Ликуского — весь домашний запас. Этот крем, основанный на вытяжках из целебных трав и вечнозеленого дерева, подарила ей мама, всегда внушавшая дочерям, что красота – та сила, которая позволяет женщинам самим вершить свою судьбу. Тогда Хелена еще не ведала, до какой степени мама окажется права…
Первые месяцы в Австралии шли безрадостной чередой. Дядюшка Луис оказался хорошим родственником, но никудышным советчиком. Собственно, ничего, кроме призывов к замужеству, он ей так и не предложил. Ну не для этого же, в самом деле, пересекла Хелена моря и океаны. Она бесстрашно окунулась в незнакомую жизнь, не чураясь никакой работы: помощница фармацевта, гувернантка в богатых домах, преподающая барчукам французский и немецкий, вынесенные из краковской гимназии. А вот английский так и не стал ее сильной стороной, до конца жизни она сохранила заметный польский акцент.
С самого начала Хелена обратила внимание на внешность австралийских женщин: постоянные ветры и обжигающее солнце основательно поработали над кожей их лиц, сделав ее не только густо-веснушчатой, но и достаточно темной. Вот тут то матушкины баночки с кремом сильно и пригодились! А эффект от их применения – нежная белизна лица – заинтересовал новых знакомых полячки. И хотя и начиналось все с родственниц и приятельниц, но весьма скоро в Краков полетели (точнее, поплыли) письма о срочных посылках. Круг осчастливленных клиенток расширялся со скоростью звука — имеется в виду звук речей дамского общения. Хелена продавала каждую баночку за двадцать два шиллинга, имея собственный доход двенадцать пенсов. Вовсе не мелочь по тем временам, если учесть, например, что ее недельный заработок официантки в кафе составлял двадцать шиллингов. Это же кафе было выбрано судьбой для решительной перемены ее участи. Сюда заглядывали не только барышни из офисов по соседству, но и респектабельные дамы, которых их состоятельность, замечала Хелена, не избавила от скверной кожи лица. И она помогала им всем без устали - Хелена уже поняла, что нащупала золотую жилу…
Одна из городских знаменитостей была так покорена чудодейственностью крема, что не отказала девушке в просьбе ссудить денег для открытия собственного парфюмерного магазина. Половина из полутора тысяч долларов была отправлена в Краков для оптовой закупки «баночек», а остальная пошла на оплату целого этажа в центре Мельбурна, на фронтоне которого появилась сделанная от руки надпись: «ЕЛЕНА РУБИНШТЕЙН, КОСМЕТИЧЕСКИЙ САЛОН». Не заурядные «магазины», а романтические «салоны» станут ее фирменным знаком, который вскоре украсит столицы многих стран мира. А пока мельбурнские женщины потянулись к ее Дверям, за которыми обнаруживали чудеса: большое помещение было разделено на несколько уютных, сверкавших белизной стен и мебели кабинетов. В каждом из них посетительницу ждали внимательный осмотр, индивидуальный массаж и, конечно, крем «на вынос».
В салоне предприимчивая Рубинштейн была и швец, и жнец: встречала, продавала, убирала. Вскоре беспрестанный труд и упорство дали результаты: салон снискал неслыханную популярность. Посылочный ручеек перестал отвечать спросу. Доктор Ликуский получает письмо от Хелены-путешественницы с приглашением приехать. И он принимает его. В Австралии начался подлинный парфюмерный бум. Теперь в кухне при салоне, превращенной в лабораторию, в четыре руки готовился не только «классический» крем, названный «Утренняя прохлада», но и десятки других мазей и лосьонов. Их ингредиенты, от природных масел до огуречных, лимонных и виноградных соков, учитывали тончайшие особенности женской кожи: сухой или жирной, гладкой или морщинистой – эта находка закрепила авторитет Рубинштейн в косметическом мире.
Таинство "баночек"
Ни одна из покупательниц, простолюдинка или буржуа, актриса или светская львица, не уходила без личного рецепта или совета, а сама Хелена Рубинштейн уже через два года после своего прибытия в Австралию могла считать себя богатой женщиной. Однако это было только начало. Хелена давно рассчиталась с долгом, наняла штат профессиональных гигиенистов и решила открыть второй салон — в Сиднее. Поскольку ничего более надежного, чем родственные узы, еще не придумано, она выписала из Кракова двух сестер и, оставив на них свои элегантные детища, отбыла в Европу.
На борту парохода, который, на сей раз, плыл вслед за солнцем, стояла не хрупкая девица с сундучком, а тридцатилетняя владелица налаженного бизнеса, уже принесшего ей сто тысяч долларов. Начало нового столетия она встретила в лучших школах и клиниках дерматологии Берлина и Дрездена, а затем Вены и Парижа. Таинства прелестей женского лица перестали быть для нее загадками. Она, кажется, изучила все, вплоть до пластических операций и электролизного удаления волосков. И еще, и еще: сохранность рук, пышность волос, белизна зубов, диета и ожирение, гимнастика. Ее возвращение в Австралию стало триумфальным, но сама-то она подумывала о косметической экспансии в Европу.
"Бизнес вумен" Хелена
Парадоксально, но закладывая империю красоты, сама Хелена даже не думала прихорашиваться. Она точно забыла, что такое "свидания". И вспомнила об этом лишь в 30 лет, когда в ее салоне появился изящный, изысканно одетый господин, представившийся Эдуардом Титусом. Он был американским журналистом с польскими корнями, объехавшим мир и привезшим Елене поклон из родительского дома. Его визиты стали частыми, и вскоре обаятельный путешественник и литератор шепнул женщине: "Хелена, а давайте делать бизнес вместе. Как муж и жена". Хелена испугалась, всполошилась, пообещала задуматься над предложением и сбежала в Лондон – продвигать косметику и прятаться от Титуса.
В 1907 году Хелена прибывает в Лондон в надежде покорить этот чопорный город, в ресторанах которого тогда можно было встретить Бернарда Шоу и Сомерсета Моэма, а на сцене — великую Айседору Дункан. Долгие поиски подходящего здания привели к покупке четырехэтажного аристократического особняка в самом центре. С тех пор всегда ее личные апартаменты будут располагаться над салоном, позволяя руководить «без отрыва от дома». Она сама продумала каждую деталь декоративного убранства и, оставив мастеров выполнять замысел, упорхнула в Париж, столицу красоты, моды и женственности. Здесь она наняла самых квалифицированных дерматологов, не упустила ни одного из парфюмерных новшеств, включая набиравшее силу явление, позднее названное макияжем: цветные пудру, тушь, румяна, помаду всех цветов радуги. А когда вернулась в Лондон, то первым, кого встретила в своем пустом офисе, был Эдуард Титус. «Все замечательно, — заметил он, — кроме этой стерильной белоснежности. Пойдем сегодня в театр, и ты увидишь, что такое цвет!». В Лондоне гастролировала антреприза Дягилева «Русские балеты», оформленная знаменитыми художниками Леоном Бакстом и Александром Бенуа. На сцене царствовал волшебный мир изящества и вкуса, выдержанный в сине-голубых тонах. Их оттенки навсегда станут для нее излюбленными…
…Салон Хелен Рубинштейн превратился в лондонскую достопримечательность. Хозяйка трудилась в нем по восемнадцать часов в сутки, и Эдуард старался не отставать от нее.
Их сплоченный труд увенчался скромной свадьбой и прелестным путешествием на юг Франции. В 1909 году родился первенец Рой, через два года — Гораций, названный в честь ее отца. Однако меньше всего она собиралась погрузиться в материнство. Париж! Именно там она откроет свой следующий салон!
Парижские женщины с их легендарным шармом и изыском требовали корректировки лондонского опыта, но Хелена была готова к этому. Вскоре она становится частью столичной моды. Она могла похвастать, что в списке ее клиенток были герцогини и графини (например, Великая княгиня Мария Павловна), гордость Франции актриса Сара Бернар, балерина Ида Рубинштейн (однофамилица и соплеменница). На элитных вечеринках и приемах она познакомилась с кумирами художественного Парижа, ее друзьями стали «старики» Ренуар и Дега, «молодежь» Жорж Брак и Пикассо.
Мировая война спутала все планы. Эдуард, будучи американским гражданином, настаивал на немедленном отъезде в США. Хелена сопротивлялась до последнего. В Европе она познала деловой успех, здесь были ее салоны, ее друзья. И лишь когда немцы, пройдя Бельгию и Эльзас, Лотарингию, подошли к Марне, она решилась. В январе 1915 года Хелена Рубинштейн с семьей направилась через кишевшую немецкими подлодками Атлантику к третьему в своей жизни континенту. От ее острого взгляда не укрылась бледность лиц американских женщин без следов косметики, их скованность, невыразительность одежды. Чему было удивляться, ведь за ними тянулся шлейф социальной второсортности: в то время в США женщины не обладали легальными правами, даже правом голосовать. Перед Хеленой открылся безбрежный американский рынок, и она им умело воспользовалась.
Первый свой салон в Нью-Йорке она нарекла “Дворцом косметики” и сделала все возможное, чтобы название не было просто банальной метафорой. Посетительница приобретала билет (за 100-150 долларов!) на 8-часовое пребывание в чертогах красоты и, сменив уличную одежду на спортивный костюм, попадала на целый день в нежные руки врачей, медсестер, массажистов.
салон Хелены
Самые современные диагностические приборы регистрировали уровень обмена веществ, склонность к прибавке веса, а гимнастические упражнения, души и ванны, сеансы ультрафиолетовых лучей сменялись отдыхом и овощными блюдами с соком. Парикмахеры создавали из волос посетительниц настоящее чудо в соответствии с последней европейской модой, бригады девушек трудились над маникюром, педикюром. Апофеозом дня становилось пребывание перед туалетным столиком с особым трехстворчатым зеркалом, поворот выключателя на котором создавал иллюзию дневного или вечернего света. Здесь косметолог преподавал подробные уроки «научного» макияжа. В конце концов, преображенная женщина с немного кружащейся головой и с сумочкой заполненной помадами, пудрами и тенями, покидала этот волшебный мир с твердым намерением вернуться.
Вскоре цепь салонов Рубинштейн охватила всю страну: Бостон, Филадельфия, Чикаго, Сан-Франциско, Вашингтон... К ней начали обращаться крупные универмаги, предлагая организовать продажу косметики, поначалу Елена решительно отказывалась, полагая, что ее «товар» слишком деликатен и индивидуален, он не может «молча» лежать на полках, как обувь или какая-нибудь посуда. Но зарождающиеся супермаркеты было невозможно игнорировать. В кратчайшие сроки она приобрела цветочные и травяные плантации, построила несколько перерабатывающих фабрик, первой в мире поставив производство парфюмерии на поток. Сотни молодых продавщиц прошли обучение премудростям сохранения женской молодости. Лекции для них читала сама владелица, без устали перемещавшаяся из города в город. Лишь после этого были подписаны контракты с оптовыми покупателями. Постепенно косметическая индустрия в США вышла на одно из первых мест.
В 20-е годы Хелена с семьей возвращается в свой любимый Париж. И здесь, по ее возвращению рождается имя, которым затем называли Хелену коллеги, подчиненные и многочисленная челядь, а также журналисты и авторы книг о ней: Мадам (Madame) — именно так, с большой буквы и зачастую без фамилии. Имеются даже воспоминания о разговоре Хелены со своей приятельницей, известным модельером женской одежды и парфюмером Габриэллой Шанель: «Говорят, вы отклонили предложение английского герцога о замужестве. Почему?» - спросила Хелена. «Что? — вспыхнула создательница самых известных в мире духов «Шанель №5». — Быть какой-нибудь третьей герцогиней Вестминстер? Никогда! Я была и остаюсь Мадемуазель Шанель, так же, как вы навсегда — Мадам Рубинштейн. Это наши фирменные имена»!
Ставшая популярной в богемных кругах Парижа, Хелена обожала заводить связи среди творческих знаменитостей точно так же, как и терпеть не могла ходить на официальные встречи, не сулящие лично ей никакой выгоды. И не ходила!
Но владеющая колоссальным состоянием, Хелена прославилась и своей бескомпромиссностью и деспотизмом, а также своей скупостью – она была просто отъявленной сквалыгой! Таксисты, если им выпадала "удача" подвозить эту даму, редко получали вознаграждение за свой труд – Рубинштейн торговалась за каждый грош. И никогда не ела в ресторанах – заявляла, что те, кто так делает, просто выставляют себя напоказ. Она же нарезала дома бутерброды и брала их с собой на работу. Персоналу, работавшему в ее салонах, деспотичная хозяйка то и дело урезала зарплаты. Стремящаяся контролировать каждое действие подчиненных, неутомимая и не способная лениться, мадам Рубинштейн не прощала не малейшего движения в сторону. "Или по-моему, или никак", – таков был ее девиз. Измученные непомерными требованиями работники прозвали начальницу "женщина-смерч" и "тиран-истребитель". Неудивительно, что вечная конкурентка Рубинштейн, Элизабет Арден, всю жизнь обозначавшая ее не иначе как "та, другая", без труда перекупала у Хелены продавцов – они были отлично обучены, нетребовательны и голодны.
[230x274] 
[230x276]
"Или по-моему, или - никак!"
Зато на предметы искусства Рубинштейн тратилась, не считая средств. Ибо это было модно и выгодно. Не обладая изящным вкусом, она нанимала себе консультантов и по их наводке скупала картины, мебель, антиквариат. Предметом же особой гордости Хелены были 27 ее портретов: Берар, Дали, Сазерленд – она позировала только лучшим! В ее роскошном загородном доме гостят Шагал и Модильяни, Сальвадор Дали и старый приятель Пикассо…
Оригинал
Работа Пикассо
Наиболее известный портрет работы Дали, на котором гениальный дон Сальвадор изобразил Хелену в виде женщины-Прометея, прикованной к скале
Тем временем, мужа Хелена совсем забросила. В светских кругах вообще удивлялись, как она умудрилась родить от него двоих сыновей, ведь Рубинштейн жила одной работой. Титус, лишенный всяческого внимания, начал ей изменять. И, в конце концов, потребовал развода. Хелена не удивилась – скорее всего, она давным-давно забыла, что является замужней женщиной.
Тем не менее, спустя восемь лет после развода, Хелена Рубинштейн еще раз вышла замуж – за принца, который был моложе ее на 23 года. Его представили ей в Париже в 1938 году, на одном из званых вечеров: «Князь Арчил Гоурелли-Чокония». Звучало таинственно и экзотично. Обаятельный господин оказался эмигрантом из России, успевшим сменить немало профессий, в том числе таксиста. Известен он был в кругах богемы как блистательный карточный игрок, а любимым занятием Хелены, помимо коммерции, был бридж. Их «карточные» встречи постепенно переросли в нечто большее, чем взаимная симпатия, но когда князь Арчил предложил соединить судьбы, осторожная Мадам задумалась. С одной стороны, разница в возрасте не в ее пользу, а с другой очаровательно будет звучать ее новый титул «княжна Хелена», особенно на английском — Princess...
Прежде чем произнести «да», она наняла бригаду юристов, тщательно проверившую подлинность родословной князя и подготовившую брачный контракт, в котором содержался странный на первый взгляд (с учетом соотношения возрастов) пункт: все деньги в случае его смерти возвращаются вдове. Над этим пунктом смеялся весь Париж…
Princess Хелена
С удвоенной энергией «княжеская чета» принялась за дело. За почти двадцать лет супружества их косметическая держава еще более выросла и окрепла, сокрушая конкурентов. Перед Второй мировой войной были открыты салоны в Буэнос-Айресе, Риме и Торонто. А сразу после освобождения Европы от нацизма в еще непривычно тихом Париже и разрушенном бомбардировками Лондоне уже возродились ее чудо офисы, дарящие красоту и умиротворение. По инициативе Арчила в Нью-Йорке на 5-й авеню заявил о себе «Дом Гоурелли» - царство мужской элегантности. Все, от белья, костюмов и галстуков до тончайшей парфюмерии, доказывало, что и сильная часть человечества тоже имеет право на милые «слабости», если о них заботятся профессионалы.
Продукция фирмы Рубинштейн продавалась уже в ста странах мира…
Любимые сине-голубые тона
[445x486]
Два несчастья постигли Хелену одно за другим. В 1956 году от сердечного приступа скончался верный Арчил - Рубинштейн оказалась провидящей, она действительно пережила своего молодого мужа! Примечательно, что когда супруг умер, Хелена не потрудилась даже прервать свое путешествие, ответив на скорбную весть: "Он мертв. Что теперь толку? Зачем выбрасывать деньги на ветер?"… В этом была вся Рубинштейн: деспот, скряга и хитрюга…
А через два года не выжил после автомобильной аварии сын Гораций, ее любовь и деловая надежда. Горе было огромным, но не убило ее. И тут спасение Хелена нашла в работе и в своей давней страсти — путешествиях. В сопровождении секретаря, какой-либо из многочисленных племянниц и медсестры (Мадам приближалась к девяностолетию!) она прокладывала все новые маршруты: Гонконг, Новая Зеландия, Япония. Дважды посетила Израиль, где работала ее парфюмерная фабрика.
Постепенно Мадам обступали болезни, но ни на минутку она ни отпускала нити управления своим королевством, насчитывающим уже более тридцати тысяч подданных и принесшим ей состояние, оценивающееся в более чем сто пятьдесят миллионов долларов. Часто совещания ее администрации проходили прямо в роскошной спальне, где на огромной кровати, принадлежавшей когда-то французской императрице, в скромном пеньюаре возлежала принцесса Хелена. Только самые приближенные знали, что под этой знаменитой кроватью покоится стальной сейф со всеми драгоценностями…
И вот тогда-то, за год до кончины Мадам, утром, незадолго до начала традиционного совещания, трое грабителей под видом разносчиков цветов вошли в дом. Они связали дворецкого и двух растерявшихся слуг и ворвались в спальню, где и застали хозяйку лежащей в постели и просматривающей прессу. Ответ Хелены мы уже знаем: "Вы можете меня убить, но ограбить себя я не позволю"…
Пока троица переворачивала спальню вверх дном, Мадам незаметно открыла сумочку, прикрытую газетой и, вынув из нее ключи, спрятала их под пеньюаром на груди. Воры приподняли хрупкое тело, перенесли в кресло и связали простынями. Обнаружив сумочку, они высыпали ее содержимое на одеяло, но ничего, кроме ста долларов, не обнаружили. В эту минуту 94 – летняя Мадам подняла такой крик, что им не оставалась ничего иного, как бежать со скудным уловом. Прибывшим полисменам и репортерам стойкая леди, переодевшаяся в строгое платье, с аккуратным, известным всей стране черным шиньоном, без тени переживаний на лице игриво указывала то место на груди, где ей удалось спрятать ключи…
… В своей книге мемуаров «Моя жизнь ради красоты» Хелена говорила: «Нет некрасивых женщин, только ленивые». А о деле своей жизни, что "в этом бизнесе вы должны работать 24 часа в сутки и при этом жить 300 лет". Она бы столько с удовольствием и прожила, но получилось несколько меньше – в возрасте 95 лет Мадам умерла, открыв дорогу целому поколению успешных созидательниц красоты. Мимо ее rpоба прошли шесть тысяч человек. Кто знает, сколько среди них было женщин, которых она сделала хоть чуточку прекраснее и счастливее?..
[700x525]
Отсюда...
Статья Иосифа Богуславского «Королева косметики Елена Рубинштейн, или деньги пахнут»
Серия сообщений "мода, косметика, парфюм":
Часть 1 - Чарльз Фредерик Ворт - родоначальник высокой моды - ч.2
Часть 2 - Легенды эпохи. Настоящая женщина Коко
...
Часть 11 - Хулиганка Скиап
Часть 12 - Огненная леди – Соня Рикель.
Часть 13 - Великая скупая королева - Хелена Рубинштейн
Часть 14 - Красота в изгнании Валентины Саниной-Шлее
Часть 15 - Мода: очарование "дьявольского хвоста"
...
Часть 20 - Королевская свадьба - парад шляпок!
Часть 21 - Воздушность и эфемерность женского образа 1900-х
Часть 22 - Инес де ла Фрессанж... ~ Парижский шик: Гид по стилю.