Вот чтобы проникнуться картиной любого художника, нужно как-то соскрести с себя корку обыденности, снять свой защитный слой бесчувственности, и тогда-то изображённое и произведёт неизгладимое впечатление, проникнув в душу.

Борис Григорьев. Портрет Рахманинова


(Пишу я об этом поскорее, потому что начинается учебный год, и времени у меня не будет потом)))
Вот летом пошли мы с подругой Мариной на выставку книжной иллюстрации в Музей изящных искусств имени Пушкина на Кропоткинской. Выдался жаркий день, мы с трудом дотащили каждая по свои 100 кг от метро до главного здания музея и решили передохнУть на одной скамеечек, стоявших по обе стороны от дорожки, ведущей от ограды к ступеням, в тени голубых елей. С облегчённым вздохом "Уф!" мы плюхнулись на деревянную скамейку на чугунных лапах. Скамейка сломалась. Марина поднялась первой и стала тащить меня. Я смотрела над собой и спросила: "Маринк, а что это за дерево?" - "Где?" - "Вот, высоченное такое, выше елей, с жёлтыми ягодками?"
Марина поправила очки, присмотрелась: "Это черешня!" - "Да ладно, черешня - в Москве? И такого размера, выше здания?" - "Черешня-черешня, вон дрозды ходят, клюют упавшие ягоды!" - "Да не может быть!"
Я подошла к дереву, сорвала ягодку и попробовала её. Да, действительно, жёлтая черешня! Я сказала: "Маринк, у меня предложение отпраздновать твой день рождения здесь! Залезем на черешню и будем, размахивая лифчиками, громко петь какую-нибудь песню. Исполнять будем только высокохудожественные произведения, типа "Комбат-батяня, батяня-комбат" или "В Кейптаунском порту..."
"Лифчики купим поярче, оранжевые", - деловито добавила я. "Петь будем до приезда полиции - сколько успеем. Пусть нас снимут, а то вниз - всегда труднее!"
Марина сочувственно осветила меня своими светло-голубыми глазами и мягко спросила: "Ольк, ты сильно ударилась?" - "Да нет, ну согласись, что после второго августа лезть в фонтан в Парке культуры как-то уже не очень креативно!"
"Понятно, пойдём смотреть выставку!" - Марина решительно взяла и повела меня за собой в здание частных коллекций.
Выставка произвела на меня оглушительное впечатление. Боже, как прекрасны были эти книжные иллюстрации, я опять оказалась в своём детстве, а если не в детстве, то всё равно все иллюстрации были удивительны!

А вот как я ходила некоторое время назад на выставку русского авангардиста-эмигранта Бориса Григорьева:
Выставка была в Третьяковке, в Инженерном корпусе. Была она долго, и это и расхолаживало - ещё успею, думала я. Вот так и дождалась я последних дней выставки - последней субботы и воскресенья, в понедельник выставка уже закрывалась.
Ну что делать, я понимала, что народищу будет очень много, но можно попытаться приехать сразу к открытию - ну кто в Москве в выходные готов где-то нарисоваться в 10 утра!
Легла я не рано - припозднилась с делами. Ночью я почти не спала - орала сумасшедшая бабка из соседнего подъезда. Вот голос Бог дал, чистый диктор Левитан! Орёт она таким хорошо поставленным голосом на два дома - у нас пятиэтажки стоят рядами, довольно близко. Причём орёт непредсказуемо, только проваливаешься в сон, когда она замолчит, надеясь, что она устала и оторала своё - а она опять тут как тут: "Продали Россию, Россию продали!" Ну и дальше с тем же содержанием. В шесть она устала, и я провалилась в сладостное забытьё с мыслью, что не увижу я Григорьева утром, ой, не увижу))))
А ровно в семь у меня из-под кровати громко и жутко завыла огромная трёхглазая собака, охраняющая вход в жилище демонов. Я в миг оказалась уже сидящей на постели, с открывшимся от ужаса третьим глазом во лбу, жутким оскалом с неизвестно откуда взявшимися клыками, с шевелящимися как змеи волосами и с остановившимся сердцем и дыханием, от чего приобрела совершенно зелёный цвет. Я пыталась осознать, что происходит - и не могла. Душераздирающий вой продолжался, даже с какими-то восточными руладами. В это время рядом зашевелился спящий муж, увидел моё новое лицо и, доставая из-под кровати свой телефон, сказал: "Оль, я сменю мелодию будильника!"
...
Мой муж - он же эстет. Он не любит сладенькие там и гармоничные мелодии! Он предпочитает экзотику, например, японскую музыку. Хотите узнать, что это такое - найдите в интернете. Моя нервная система уже не выдержит вторичного прослушивания, чтобы скинуть ссылку.
В общем, спать мне больше не хотелось и я решила пойти на Григорьева. На каких-то не своих ногах, а больше похожих на пружины, с остекленевшим взором и никак не укладывающимися волосами я потащилась в Третьяковку. И я была поражена - никогда, никогда картины не производили на меня такого впечатления! Злые и жадные женские лица, часто глупые. Только два добрых женских лица - жена какого-то художника с мужем и проститутка из Марселя. Да какой же это авангард? Это абсолютно реалистическое изображение действительности авангардными способами. Вот мужчины были разными, потряс портрет Рахманинова. Лучше и душевнее всех были животные. Да, Григорьев - мощА! Даже его побег из России, когда он сначала остался, а потом, въехав в картину, с женой и младенцем сел в лодку и на вёслах рванул в Финляндию. Люди с такими поступками всегда вызывали у меня особое чувство. Ну, например, один австриец, барон Фон... не буду уточнять, так вот он, родившись в городе Граце, стал русским казачьим атаманом, участвовал в Первой мировой войне, имел все мыслимые русские военные ордена, пОходя освободил со своим отрядом Монголию от китайской власти, принял буддизм и женился на последней принцессе последней китайской династии, оставаясь преданным русским монархистом, был расстрелян на Дальнем Востоке большевиками как один из предводителей Белого движения. Вот это я понимаю - разрыв шаблона! Таким только к нам и надо, больше им и развернуться негде!
Но вернёмся к картинам Григорьева. Я понимаю, почему он и на Западе был вполне успешным - такое вИдение мира, такое умение передать это зрителю - картины запоминаются навсегда.
Так что спасибо провидению, которое меня ТАК подготовило к восприятию искусства!)))

З.Ы. Скамейку починили - я видела))))

З.Ы. З.Ы. Это называется музыка гагаку, если не ошибаюсь.