В годы оны студенты у нас приезжали исключительно курящие - это и Латинская Америка, и арабы, и даже Африка. Но это не главное. Главное - что они все покупали спички, потому что зажигалки тогда были редкостью, а спички стоили копейку. И вот эти самые спички до сих пор снятся мне по ночам.

Латины не заморачивались и называли их письки. Потому что начальное сочетание звуков "СП" они сказать не могли. Они же не акробаты какие языковые, их язык такое вытворить не может, на такое только русские способны. Мне повезло, мне, когда мои студенты бежали в кафе, удавалось туда не заходить. Поэтому как уж они выходили из складывавшихся там ситуаций, я не знаю.
А вот с Африкой был момент. Иду я кофе выпить, потому что устала, а впереди ещё несколько часов. А передо мной стоит мой студент-африканец. И он решил мне показать на практике, как хорошо он говорит по-русски. Когда подошла его очередь, он широко улыбаясь белоснежной улыбкой и поглядывая в мою сторону, громко спрашивает нашу фактурную буфетчицу: "Сиськи есть?" А она стоит за прилавком с халой на голове и вопрошаемым предметом прямо перед ним. И смотрит на него своими голубыми глазами с таким выражением, что я понимаю: она сейчас достанет из-под прилавка огромный столовский уполовник и треснет им моего промеж рог. И будет международный конфликт. А затаскают кого? Преподавателя. И я придвигаюсь поближе, внутренне собираясь быстро так нарисоваться между студентом и уполовником, принять, так сказать, удар на себя. Но она со стуком шмякает коробок на прилавок и, не отрывая ледяного взгляда от студента, говорит: "Одна копейка!" Мой достаёт своими длинными пальцами монетку, берёт спички и удаляется, совершенно довольный собой. Я, вытирая со лба испарину, с уважением спрашиваю: "Люба, как Вы их только понимаете?" Она мне даже не ответила, а только повела бровями с таким значением типа: "Если не мы, то кто же?"