В воскресенье я стал свидетелем последнего дня съемок фильма «Жизнь и судьба». Происходило это на танковом полигоне «Алабино». Было много танков, снега и всякого интересного.


Полигон оказался очень большим, после КПП до места съемки мы ехали еще минут 20. На площадку мы приехали очень рано, еще в темноте. Но танки уже во всю готовили к съемкам.


Мы приехали до того, как на площадку прибыла основная часть съемочной группы. Я пошел снимать танки. Танки в снегу – это очень красиво.


Подкрадываюсь к открытому люку танка, чтобы сфотографировать что там внутри, вдруг слышу сильный удар рядом с собой, подпрыгиваю от неожиданности – это механик-танкист долбанул гаечным ключом по борту танка, улыбается: «Что, страшно?». Молча иду сушить штаны.


Минут через 20 после нашего приезда появилась автоколонна съемочной группы. Она напомнила новогоднюю рекламу Кока-колы «Праздник к нам приходит»:


А еще через полчасика рассвело.


Танк со всех сторон.





Непонятный девайс.


Жизнеутверждающая надпись.


Другой танк. Кстати, какой?


Сначала танки стояли колонной.


Но потом приехал режиссер и сказал, что танки должны стоять по-другому и их начали переставлять.


И поставили в шахматном порядке.


Потом на компьютере из шести танков сделают семьдесят шесть.


Первая сцена была чисто актерской. На вот таком раритетном автомобиле на позиции приезжают полковник Новиков с комиссаром полка и имеют беседу с танковым офицером помладше.


Машина ГАЗ.


Полковник Новиков (он же актер Евгений Дятлов) отчитывает офицера.


Комиссар полка (актера не знаю) поспокойнее.


Офицер.


Водитель Новикова. Машина, кстати, на ходу.


А пока актеры репетируют, гримеры делают свое «грязное дело».


А именно делают из актеров-танкистов – натуральных танкистов :)


В результате получается так.


Или так.


Как настоящие.



А в то время, как режиссер Сергей Урсуляк ставит актерскую задачу в своей неповторимой иронической манере.


Администратор группы решил размяться и жонглирует бутафорским танковым снарядом


Поймал!


Те же самые снаряды в ящиках.


Очень легкие.


И началась съемка.


На дублях я ушел греться в автобус. А потом мне сказали, что танкисты (настоящие) разрешили после того, как закончат снимать сцену, залезть в танк и поснимать внутри, что я с радостью и сделал.


Танки старые и если снаружи они выглядят прилично, то внутри изрядно раздолбаны.


Танкист.


Люк открыт.


- Чего так долго не едем? – спрашивает танкист у товарищей.


Оказалось, что не едем, потому что один из танков заглох и его пытались вытащить на дорогу и завести с толкача.


В конце-концов к нему подцепили еще один танк и вытянули.
А потом и завели. Но это уже было без меня, я вместе со съемочной группой переместился на место съемки второй сцены.


Здесь бывает опасно.


У группы начался обед, а я начал смотреть, что еще интересного поснимать. На одном из танков заметил вот такой «гаджет».


Посмотрел, как массовка экспериментирует с оружием :)


Один в поле воин.


Последняя сцена называется «танковая атака». Орава танков выстраиваются в боевой порядок и мчатся на врага. На фотке еще не все подъехали.


Сцену готовили очень долго. Танки все старые, заводятся не всегда сразу, да еще и на морозе. В общем синхронизировать их было не легко. Но вроде удалось. Вперед!


Пришлось таки снять второй дубль.

то была последняя сцена. Больше года шли съемки этой тяжелейшей многосерийной кинокартины. Режиссер в рацию сказал: «Всем спасибо! Съемка окончена!» и вся группа начала кричать и аплодировать. Потом Сергей Урсуляк вышел из автобуса-плейбека и начал жать всем руки. Я тоже попал под раздачу. Это он с главным художником картины.


И, наконец, групповая фотография на память.


Даже мне стало немного грустно, а чего уж говорить о людях, которые провели на съемках этого фильма больше года. Впереди еще монтаж, озвучивание и прочие радости постпродакшна.