Это цитата сообщения OtherCrazyThing Оригинальное сообщение

Keep Calm and Screw Them All.

Название: Keep Calm and Screw Them All.
Автор: OtherCrazyThing.
Бета: упс. Я так торопилась, что забыла побетиться. Прости меня, мама, прости меня, господи (с)
Тип: слэш, конечно.
Пейринг: Брендон Ури\Райан Росс.
Рейтинг: R.
POV: 3rd.
Жанр: стёб.
Размер: ~ 1000 знаков.
Статус: завершён.
Саммари: про несчастного писаку Райана, ахах)
Дискламер: not true.
От автора: ETA: После того, как меня все любили без смазки в предыдущем фике, я решила написать этот. Для меня это был способ посмеяться над собой и над теми, кто очень внезапно появился и решил критиковать меня строго. Окей. Плюс, это конечно же был фик-провокация, чтобы в этот раз урвать себе 100 комментов, а не 85. *угагатывается* Но по ходу облом, в каком-то смысле, но смотрите как шикарно получается - никто не читает фик, все читают комменты! ЛОЛ) And you know, really, если я могу посмеяться над собой, то это немного другой уровень. Вы можете любить меня, или не любить, - это ваше дело, как бэ. Понравилось - спасибо, не понравилось - до свидания, опять же Ваши проблемы, а не мои, что вы сидели с кислой миной, когда можно было улыбаться. И да - спасибо всем огромное, что обращаете столько внимания на мою скромную персону. Я польщён, ЛОЛ)

+++

Райан сидел со слезами на глазах перед монитором компьютера и не знал, как унять дрожь в пальцах.

Только что детище всей его мыслительной деятельности за последние 5 лет, смыли в унитаз нажатием пары кнопок.

Он писал эту пьесу – если быть точным – с 16 лет, переписывал не меньше 29 раз, перечитывал не меньше миллиона, мечтая, что когда-нибудь его Великое Произведение (оба слова с Большой Буквы, и никак иначе) поставят на Бродвее, дадут два «Оскара», и навсегда выгравируют его имя в один ряд с именами Оскара Уайльда и Теннесси Уильямса.

Но вот вместо этого он получает: «Ваша пьеса скучна и недоработана. Персонажи фальшивы, а сюжет не продуман. Отсутствие логики вызывает негодование. Работа явно написана незрелым автором», и так далее, и всё в таком же духе.

Критики. Чтоб они провалились. Они только что разбили его голубую мечту, и этот звон ещё долго будет стоять в голове несчастного Райана Росса, который так старался, так хотел, чтобы люди аплодировали ему стоя, а он бы скромно улыбался в ответ и приговаривал «ну что вы, что вы».

Но нет. Сейчас он хлюпает носом и не знает, что делать.

Что делать?!

Спасение пришло через переднюю дверь, шурша полиэтиленовыми пакетами, с криком «Я дома!»

Но Райана это не сдвинуло с места. Его длинные, паукообразные пальцы так и зависли над клавиатурой, и уже начали замерзать от отсутствия движения и общей низкой температуры в квартире.

- Райан! Я дома! Беги скорей ко мне, я купил нам подарок!

Наверное, Росс и правда начал коченеть, ибо даже на обещание подарка, он и бровью не повёл.

Но вот топот достиг его уха, потом две руки обняли сзади, влажные губы одарили поцелуем кожу за ухом.

- Хэй, в чём дело? – если бы не треклятая пьеса, Райан бы соблазнился таким тоном, и может быть через 5 минут уже трахался в удобной позе у компьютерного кресла.

- Брендон, - прошептал он в ответ, - я провалился…

- Провалился? Куда? – не понял Брендон.

Наконец Райан ожил, вскочил и дал волю эмоциям, которые он сдерживал так долго (целых 15 минут!): он махал руками, как Гитлер на демонстрации, стучал ногами, взывал к силам небесным, и даже вспомнил нелепые матюки из глубокой юности. При этом слёзы катились у него по лицу, и он дрожал от ярости и горя одновременно.

- О боже мой, - в шоке проговорил Брендон, поймал беснующегося Райана и притянул к себе, чтобы успокоить.

- Чч, - он гладил Райана по волосам, как щенка, - кто это сделал? Куда идти убивать? Ты знаешь, мой топор всегда заточен, а вакантные места для трупов всегда найдутся.

Райан уткнулся лбом в грудь Брендона.

- Ты читал мою пьесу?

- Нет… ты написал пьесу?

- Твою мать, Брендон! – Райан снова разъярился и начал колотить своими кулачками по Брендону.

- Окей, окей! – Брендон решил стерпеть боль, только что подаренную Россом во всевозможных местах; он снова обнял его и поклялся обедом, что прочитает пьесу и скажет своё мнение.

Сказано – сделано, и на следующий день Райан сияющий и полный надежд, смотрел на Брендона опухшими со вчерашних слёз глазками, ожидая услышать, что он Гений (опять – Только С Большой Буквы), что он заслуживает звезду на Аллее Славы и Пулитцеровскую премию впридачу.

- Ну? – начал он, благоговея от предчувствия бурного восторга.

Брендон поблуждал взглядом по комнате, но будучи простым, как апельсин, сказал:

- Извини, Райан, но это полное дерьмо.

Ближайшая сахарница полетела в голову Брендона, оросив пол белой полоской сладкого песка, но – слава богу! – Райан никогда не отличался точностью попадания куда бы то ни было, и по сему дорогое стекло разбилось об стену, а не об жизненно-важный орган.

Потом Росс носился за Брендоном по всей квартире, обзывая последними словами и больно царапая в попытке ухватить предателя за одежду.

Вся эта словесная мясорубка и гонки по вертикали закончились сексом на полу, в течение которого Райан сначала никак не мог расслабиться, потому что:

- Господи, почему? Самый близкий мне человек считает меня дерьмом!

И Брендон незаметно закатывал глаза, будучи в недоступной для поля зрения Райана области, а именно – между его ног, усиленно делая минет, и размышляя, что лучше бы он заткнул рот Райана своим членом, но да бог-то с ним, чего только не сделаешь для любимого человека.

Но вот заунывные речи Райана стали перемежаться с громкими стонами, и Брендон внутренне восторжествовал – ура, сейчас будет настоящее веселье, а не курс лечения уязвлённого эго Райана Росса.

Два пальца Брендон ввёл сразу, не обращая внимания на вскрик Райана. Презерватив, смазка, ноги на плечи, и вот он уже двигается вперёд-назад в быстром, но равномерном темпе, и не понимает, почему вместо расслабленного от наслаждения лица, он видит под собой задумчивый, блуждающий по потолку взгляд Росса.

- Я писал её 5 лет, я вложил туда всю душу, Брендон, но никто не понял… никто не понял меня… даже ты…

Он драматично закрыл лицо ладонью, и Брендон подумал, что тут даже изнасилование не поможет.

- Райан, - сказал он мягко; его член был глубоко в Россе, и чем быстрее он закончит эту нелепую сцену с «меня никто не понимает», тем лучше, - давай дотрахаемся, а потом… я уверяю тебя… всё будет по-другому, - Брендон тяжёло перевёл дух.

Райан нахмурил брови, вздохнул.

- Окей.

Слава богу, Райан скоро понял, в каком положении находится, и спустя пару толчков, он уже громко и неприлично стонал, извивался и кончил так бурно, что Брендон ошалел. Вау.

После секса Райан прижимался к Брендону, слушал и кивал, как тот уверял его, что да, пьеса не самая лучшая, но зато ему есть куда расти. Он ему поможет, станет его личным критиком, и вместе они добьются успеха.

- Пьеса – это не ты. Если тебе сказали, что то, что ты написал – дерьмо, это не значит, что они имели в виду тебя, как личность.

- Но..!

- Чч, всё будет так, как захочешь ты, - Брендону нравилось чувствовать мягкость волос Райана у себя под пальцами, - всё будет хорошо.

Райан приподнялся и поцеловал его в щёку.

- Спасибо.

- Обращайтесь, - пожал плечами Брендон и улыбнулся, - может быть, мы уже встанем, а то дует по полу неслабо.

- Нет, - мотнул головой Райан, хитренько глядя на Брендона из-под ресниц, - сначала трахни меня ещё раз.

fin.