Это цитата сообщения tantana Оригинальное сообщение
Уморительная поэзия
Н.Резник М.Рубина
В эпоху блокбастеров и бестселлеров стихи печатают крайне редко. Между тем, талантливые люди продолжают активно рифмовать и пути к своим читателям прокладывают в виртуальных хитросплетениях всемирной паутины, которая, как известно, границ не знает. Так, наиболее читаемыми авторами на Интернет-портале «Хохмодром», приютившем адептов иронического стихосложения, являются две русскоязычные поэтессы из США, пишущие под «никами» natashap и Мономаша. Более детальное исследование их нетленного творчества и личной жизни дало следующие результаты: natashap – это Наталья Резник, а Мономаша – Мария Рубина. Обе – экс-ленинградки, и к тому же – давние подруги.
Мария Рубина:
В синем старом лыжном свитере,
Выходила на Неву.
Я жила когда-то в Питере,
А теперь вот не живу.
Там вода от ветра щурится,
Небо-серая броня.
И Гороховая улица
Не скучает без меня.
Свитер толстый, мамой связанный,
Шерсть, как печка, горяча.
Я ведь тоже не обязана
Огорчаться и скучать.
Без особенного рвения,
Жизнь обычную веду.
Только в редкие мгновения
Представляю, как иду,
Обращая к ветру резкому
Удивленное лицо,
По заснеженному Невскому
Мимо сказочных дворцов.
Нити те, что с прошлым связаны,
Все равно не оборву.
Только знаю, что два раза нам
Не войти в одну Неву.
Мария Рубина: Для меня непечатные выражения – это возможность выразить все,
что я хочу сказать.
Одним словом. Максимум – двумя.
***
Расставались мы с борьбой,
С мордобоем – что лукавить.
Я сказала: «Х...р с тобой!»
Дура! Х...р могла б оставить.
***
Вот что скажу сейчас сама,
судьбу свою итожа:
Я от мужчины - без ума.
И без мужчины - тоже.
***
Припоминаю дни, когда встречалась
я с Вами в летнем парке под луной.
И смутно помню: вроде целовалась
я с Вами. Или, может, Вы со мной?
***
На ветке птица верещала,
на крыше дрались два кота;
С утра ничто не предвещало
сюрпризов. Но случилось так:
На круглой площади центральной
он, пригорюнившись, стоял.
И ужас экзистенциальный
меня тотчас же обуял.
Скатилось сердце по тревоге
в желудок, жалобно звеня.
Бежать хотела. Только ноги
совсем не слушались меня.
Я тихо с тыла подкатила.
Он обернулся. Вскрикнул: "Ты!"
Гримаса страха исказила
его унылые черты.
Кортежей свадебных клаксоны
гудели в душной темноте.
И мы паааашли под Мендельсона,
неловко путаясь в фате.
А позже, на медвежьей шкуре,
распили праздничный бокал.
И кто-то там, на верхотуре,
от смеха плакал и икал.
***
Плачет дождь который день от жалости,
город спит, продрогший и немой.
Нет на свете тяжелей усталости,
чем усталость от себя самой.
Не разгонит ветра дуновение
набежавших помрачневших туч,
и былые чудные мгновения
аккуратно заперты на ключ.
Темнота тебя сжирает дочиста,
дождь смывает неглубокий след.
"Потерпи, - сказало одиночество,-
сотню лет, всего лишь сотню лет."
Наталья Резник:
Трудна и неспокойна жизнь пиита.
Лежишь себе, разнежившись в траве,
А твой Пегас уже стучит копытом,
И все по голове, по голове...
Художник кистью вдаль уводит тропы,
Закручен балериной пируэт...
А ты все ищешь рифму к слову «жопа»,
Чтоб доказать себе, что ты – поэт!
***
Я лежу, чуть дыша,
На кровати без сил.
Он меня искушал,
А потом искусил.
А потом искусал
При слиянии тел.
Ничего не сказал.
Может, кушать хотел?
***
Старик и море. День чудесный.
Старик, довольно интересный
Еще мужчина, тянет сеть.
В ней рыбка желтая блистает.
"Я вас любил..." — он начинает,
Но видит: не на что смотреть.
"Пусти меня", — взмолилась щука.
Старик, пальнув в нее из лука,
Уже сбирается домой.
Но слышит нестерпимый вой.
То карп топорщится от гнева:
"Я заколдованная дева!
Женись на мне, пока живой".
Старик напрасно не кривлялся,
С треской мгновенно обвенчался,
И приказной усвоив тон,
"Мне, — молвит, — к завтрему корыто
"Столичной". И, ворча сердито,
Добавил: "Легкий закусон..."
***
Не мне восторгов и оваций
Вкушать слепое торжество.
Оставьте «браво» для паяцев –
Я не умею ничего.
Когда пою, то дохнут крысы,
Когда танцую, то – партнер.
Пишу ли я? Да, мной исписан
Коряво не один забор.
Но если трудно, если надо,
То, чем могу, тем одарю:
Пришлите мне любого гада.
Своим искусством уморю!
***
Оптимистическое
Собою я нехороша,
Толста и неуклюжа.
Душа какая? Тьфу душа!
Хотя бывает хуже.
Мои таланты – мой позор,
И с каждым годом уже
Довольно узкий кругозор.
Хотя бывает хуже.
Я в детстве вывела закон,
Что утешеньем служит.
Всегда, – гласит железно он, –
Всегда бывает хуже.
Ты это правило тверди
В грязи, в болоте, в луже:
Какую гадость ни найди,
Всегда найдется хуже.
Когда внутри тебя бардак,
Когда бардак снаружи,
Не хнычь, а радуйся, чудак!
Возможно, будет хуже.
***
Стих о Родине Люблю Россию я, но странною любовью. Любовь моя, чем дальше, тем странней. Подвинь-ка, няня, кружку к изголовью. Чего ты снова намешала в ней? Давай, подружка, выпьем понемногу, Не больше литра, гой тебя еси! А то я снова выйду на дорогу И заору: "Кому, блин, на Руси?" Оставь, родная, тягостные бредни. Все вынесет великий наш народ. А тот, кто это вынесет последним, Вернется и еще с собой возьмет. Не пожинай ты горестные всходы И не части, а то опять напьюсь. Сплотимся лучше волею народа... *** Разные авторы
«Не жалею, не зову, не плачу»...
Не курю, не пью, не матерюсь,
Не коплю на чёрный день, не трачу,
Не переедаю, не колюсь,
Не врубаюсь и не вырубаюсь,
Не вступаю и не состою,
Не храплю, в порнухе не снимаюсь,
Не ишачу и не устаю,
Не жалею и не сожалею,
Не хитрей других и не глупей,
Не хочу того, что не имею,
Не "имею" тех, кто поумней,
Не грущу, в друзья не набиваюсь,
Не советую, как жить другим,
Не прощаю, но и не прощаюсь,
/не люблю когда совсем один/,
Не ищу, а так же не теряю,
Не боюсь /несмелость показать/,
Не ворчу, в носу не ковыряю:
Лучшего тебе - и НЕ сыскать!
***
Искала льва я в этом мире злом.
Не повезло... И я нашла тюленя.
Но и тюлень, пригревшись, стал козлом.
Придется сделать из него оленя!
***
...Столетье промчалось. И снова,
Как в тот незапамятный год -
Коня на скаку остановит,
В горящую избу войдет.
Ей жить бы хотелось иначе,
Носить драгоценный наряд...
Но кони - всё скачут и скачут.
А избы - горят и горят
1960
Франкфурт: Посев, 1981.
***
Ты прости меня, Боже, убогую,
Что не слушала мамку я строгую,
Не читала я умные книженьки,
Не вставала зимою на лыженьки,
Не ходила в кружок вышивания,
Не имела к балету призвания,
Не учила дорожные правила,
Музыкальную школу оставила,
Не закончила курс обучения,
К пианине утратив влечение,
Не писала пейзажи с натуры я,
Вот и выросла круглою дурою.
А могла бы пойти от обратного –
Стала б умною я и квадратною!
***
С лицом измученным и серым,
На белой смятой простыне,
Как жертва бешеной холеры,
Лежишь коленками к стене.
Протяжно стонешь, как при родах,
Трясeтся градусник в руках.
Вся скорбь еврейского народа
Застыла в суженных зрачках.
По волевому подбородку
Струится пенная слюна.
Ты шепчешь жалобно и робко:
"Как ты с детьми теперь одна?!"
В квартире стихли разговоры,
Ночник горит едва-едва.
Темно... опущены все шторы...
У мужа тридцать семь и два.
М. Рубина
***
Какая же я всё же неуклюжая,
Раскокала мобильный телефон.
Козой скакала нынче через лужу я
И уронила прямо на бетон.
Стою. В мозгах растёт тревога некая –
Бежать скорее надо в магазин!
Ведь симка есть, а вставить некуда.
И начинаю понимать мужчин...
***
Спасибо, Вам, мадам, за понимание,
Но хочется спросить Вас, миль пардон,
Откуда Ваши в технике познания,
Как глубоко Вы изучили телефон?
Я тоже в этом деле что-то смыслю,
Но женщина, и вдруг такой талант!
Почти уверен, что у Вас мелькали мысли
Проверить на две симки вариант ! )))
Александр Литвак
***
С тобою вечер провела...
Теперь смотрю, как на дебила…
Конечно, я бы не дала...
Но попросить-то можно было?!
***
Игорь Иртеньев.
Женщины носят чулки и колготки,
И равнодушны к вопросам культуры.
Двадцать процентов из них - идиотки,
Тридцать процентов - набитые дуры.
Сорок процентов из них - психопатки,
В сумме нам это дает девяносто.
Десять процентов имеем в остaтке,
Да и из этих-то выбрать не просто.
***
Тамара Панферова. Oтвет Иртеньеву
Носят мужчины усы и бородки,
И обсуждают проблемы любые.
Двадцать процентов из них - голубые.
Сорок процентов - любители водки.
Тридцать процентов из них - импотенты,
У десяти - с головой не в порядке.
В сумме нам это дает сто процентов,
И ничего не имеем в остатке.
***
Эрнст ответил и Иртеньеву и Панферовой
Сорок процентов из тех, что в колготках
Неравнодушны к любителям водки.
Любят порой голубых психопатки,
Правда у них с головой не в порядке.
Дуры всегда импотентов жалели
А идиоток придурки хотели.
В сумме, конечно же, нас - сто процентов:
Дур, идиоток, козлов, импотентов.
***
Виктор Бичев возбудился на ответ всем троим:
Сорок процентов из женщин артистки
С ними иметь надо крепкие нервы
Десять процентов из них феминистки
А половина - обычные стервы.
Что ж предпринять мужикам при бородках
Если проценты тут вышли такие?
Что-то из двух: иль довериться водке,
Или всем скопом пойти в голубые.
***
Гаджиев Александр поделился наблюдением:
Сквозь все проценты, чулки и бородки
Тема проходит масштаба иного:
Что среди наших любителей водки
Ни одного не найти голубого.
Неравнодушные к делу культуры
Не надевают чулки и колготки,
А среди тех, что набитые дуры,
Встретить нельзя ни одной идиотки.
***
Кофе Чаев подвёл итог:
Милые барышни, вам ведь в остатке
Целых аж десять процентов давалось!
В вашем же этом стервозном порядке
Нам, мужикам, ничего не осталось.
Всем феминисткам и стервам в колготках
Я поцелуй посылаю воздушный –
Мы хоть усатые и при бородках,
Всё-таки чуточку великодушней.
***
