ГЛАВА 9: ИЗРАИЛЬ И ИУДО-ХРИСТИАНСКАЯ ЦЕРКОВЬ

[300x238]  В течение нескольких первых столетий нашей эры, христиане из евреев, также как их братья из язычников, друг от друга своими воззрениями и обрядами. Когда  мы говорим "христиане из евреев", следует помнить, что речь идет о     чрезвычайно неоднородной группе. Нужно также делать различие между христианами-евреями из районов со смешанным населением и из мест с преимущественно еврейским населением. Различие это связано с местоположением: в рассеяние благовествование среди язычников вело к образованию смешанных общин, где язычники оказывались в большинстве.
Пример собрания апостолов в Деяниях 15 и принятое там решение доказывает, что отношения между евреями и язычниками внутри общины не всегда были гладкими и требовали уступок с обеих сторон. С течением времени христиане-евреи все чаще оказывались в меньшинстве в быстро церкви, и им, вероятно, становилось все труднее сохранять национальную принадлежность.
Некоторым это удалось, несмотря ни на какие препятствия, что, как мы увидим в следующем занятии, на долгое время наложило отпечаток на всю церковь. Эти евреи, в большинстве своем входившие в общины, где преобладали язычники, были часто умышленно или не умышленно преданы забвению историками церкви.
С другой стороны, большинство церквей в Израиле были полностью еврейскими (особенно там, где говорили по-арамейски или по-еврейски), а это естественно способствовало соблюдению еврейских обрядов. Такие обычаи или обряды, например, обрезание или употребление ритуально чистой пищи, соблюдались всей общиной: вещь невозможная в смешанных церквях. Мы можем с уверенностью сказать, что в Израиле и в окружающих районах были настоящие иудео-христианские общины, а не просто отдельные верующие еврейского происхождения, затерянные среди прочего населения.
На этом занятии мы рассмотрим иудео-христианские общины в Израиле.

ИСТОЧНИКИ

К сожалению, мы не располагаем богатым материалом о христианах еврейского происхождения. Мы знаем, что они писали книги, но от них уцелели лишь отрывки. Но и это утверждение может оказаться неверным, так как мы не можем исключить возможности того, что некоторые ранние христианские книги, известные как "произведения отцов церкви были написаны христианами-евреями. В этом случае, авторы наверняка принадлежали к смешанным общинам и не хотели подчеркивать свое еврейское происхождение. Это одна из причин, почему так трудно определить национальность писавших.
В трудах отцов церкви из язычников есть ссылки на иудео-христиан, а в некоторых случаях н подробные описания их верований и обычаев. Больше всего дошедших до нас источников принадлежит периоду после второго века. Но и второй век может дать нам много ценного если научится правильно читать дошедшие до нас источники.
Об иудео-христианах много говорится также в еврейских источниках, особенно в талмудической литературе. Эти сведения, конечно, носят критический характер, что не умаляет их важности и ценности.
Наконец, мы располагаем все новыми археологическими данными. Однако нужно признать, что по понятным причинам, этот источник труднее всего использовать. Дело в том, что каждый текст, каждая надпись, каждое символическое изображение, приписываемые иудео-христианам, ставят два вопроса (на которые не всегда можно ответить): может ли это принадлежать евреям, а не иудео-христианам? Может ли это христианам, а не иудео-христианам? Наконец, есть и третий вариант: предполагаемые символы на самом деле вовсе не символы. В качестве примера можно привести кресты, обнаруженные на некоторых оссуариях (урнах для костей), которые нашли под церковью Доминус Флевит на Масличной горе, а также на горе Раздора и в Тальпиоте. Францисканцы считают, что эти кресты принадлежат христианам. Расположение оссуариев указывает, что они принадлежат иудео-христианам; на это же указывают многочисленные еврейские имена периода Нового Завета, встречающиеся на оссуариях. Другие ученые считают, что в древнееврейском языке буква «тав» похожа на крест, и значит, найденные кресты могут быть еврейскими символами в духе пророка Иезекииля. Финеган считает, что символическое употребление креста первыми христианами коренится в символическом значении, с еврейской буквой «тав» Он высказал предположение, что знак «тав» используется на полях кумранских свитков, чтобы отмечать места, где говорится о Мессии или его веке. Он обращает внимание на тот факт, что, являясь еврейским символом, «тав» никогда раньше не употреблялась евреями в связи с похоронным обрядом.
Таким образом, Финеган присоединяется к мнению Францисканцев об иудео-христианском происхождении крестов на оссуариях.
Другие ученые вообще не признают за этими крестами никакого символического значения. По их мнению, это всего лишь «значки ремесленников, указывающие места стыка между крышкой и сосудом, с простым значением «крепить здесь»
По этой причине до тех пор, пока археологи не смогут с большей уверенностью определять эти памятники как иудео-христианские, а не просто еврейские или христианские, следует с осторожностью подходить к этим находкам. Археологи нашли много памятников, которые с гораздо - большей уверенностью можно отнести к иудео-христианским общинам: к сожалению, большинство из них принадлежит к гораздо более позднему времени, чем интересующий нас период.

ХРИСТИАНЕ - ЕВРЕИ В ИЗРАИЛЕ

Часто утверждают, что бегство иудео-христианской общины в Пеллу до начала и во время войны между евреями и римлянами 66 - 70 гг. н.э. отдалило верующих еврейского происхождения от их братьев-евреев, так как евреи считали их предателями национальных интересов.
Нет прямых свидетельств, поддерживающих такой взгляд. Верующие евреи не были единственными, кто покинул в это время Иерусалим (и мы не знаем, все ли они покинули его). Так же поступил создатель талмудического иудаизма после 70г. Йоханан бен Заккай; кроме того, нам известно, что многие ведущие фарисеи с самого начала были против восстания. А вот что действительно следует из дошедших до нас источников, так это то, что после воины еврейские верующие снова обосновались в Иерусалиме.
Евсевий приводит список еврейских епископов Иерусалима 70-135 год н.э.
Существует много косвенных свидетельств того, что 70-135 гг. н.э. были периодом расцвета иудео-христианства, когда оно одновременно оказывало глубокое влияние на языческое христианство, и бросало серьезный вызов иудаизму.
Влияние на языческое христианство подробно рассмотрим в следующем занятии, а пока поговорим о дошедших до нас скудных сведениях о жизни и обрядах христиан еврейского происхождения в Израиле.

КАПЕРНАУМ И НАЗАРЕТ

Давайте сначала займемся археологическими находками, которые можно связать с христианами-евреями. Если вы побываете в Капернауме, вам покажут «дом Петра». Основания для этого довольно смелого утверждения следующие.
Археологи нашли на этом месте три расположенные друг над другом строения. Самое верхнее представляет собой Церковь восьмигранной формы, построенную примерно в 400 г. н.э. Посреди церкви нашли большую комнату, которая, видимо, первоначально была частью жилого дома, относящегося к первому веку н.э. Очевидно, что строители церкви считали эту комнату священной. В этом у них были предшественники, так как есть признаки того, что во 2-м веке н.э. эта комната была преобразована в "домашнюю церковь" И письменные документы, и здравый смысл (действительно, чей дом в Капернауме сделали бы первые местные христиане домом молитвы?) указывают на возможность того, что эта комната и была тем домом , о котором пишет Марк в 1:29 и сл. и 2:1 и сл. (не забудем также, что Матфей в 9:1 называет Капернаум "городом Иисуса ). Таким образом, это действительно может быть тот самый дом, в котором встречалась для молитвы первая христианская община Капернаума.
Нет никаких сомнений, что община эта была в основном еврейская.
В талмудической литературе читаем, что в Капернауме жили «миним» а когда этим названием обозначают христиан (как, видимо в этом случае), чаще всего относится к верующим из евреев.
Другое место археологических раскопок, связанное с иудео-христианской общиной находиться под церковью Благовещения в Назарете. Среди наиболее интересных находок можно назвать пещеры в скалистой породе под церковью. Надписи на стенах, неоднократно штукатурившихся, свидетельствуют о том, что начиная с 3-го века эти пещеры привлекали христианских паломников. Нашли также остатки синагоги, которую позже перестроили в церковь. Надписи христианского содержания на стенах синагоги, быть может, свидетельствуют о том, что здесь некогда собиралась иудео-христианская община. Возможно и другое объяснение: синагога была еврейской, но в нее допускались и христиане.

СЕМЬЯ ИИСУСА

Возможность существования в Назарете иудео-христианской общины приводит нас к преданиям о верующих родственниках Иисуса Мы уже приводили рассказ Гегесиппа о мученической кончине Иакова, брата Иисуса.
Евсевий упоминает, что Симеон, сын Клеопа, первый епископ преобразованной иудео-христианской общины в Иерусалиме после 70 г. н.э. был родственником Христа. Но самый трогательный рассказ, приводимый Евсевием, снова восходит к Гегесиппу, который, видимо, сам был христианином еврейского происхождения. Это рассказ о некоторых родных Иисуса, арестованных императором. По словам рассказчика, император учинил розыск потомков Давида среди евреев, вероятно, потому что он считал их политически опасными, ведь из их среды могли объявиться новые кандидаты на звание Мессии.
Были арестованы двое внуков Иуды, брата Иисуса. Они отвечали, что они простые крестьяне, и в доказательство своих слов показали от работы, мозолистые руки. "А когда их спросили о Христе и Его Царстве: что это за царство, где и когда оно откроется, они отвечали, что Царство это небесное, населенное ангелами, а не земное, преходящее, и наступит оно в конце времен, когда Он придет во славе судить живых и мертвых и воздать каждому по делам его." (Евс. 111 20:1-6).
Как хотелось бы больше узнать об этих простых, бесхитростных людях из семьи нашего Господа! -

БИРКАТ А'МИНИМ

Диалог между иудео-христианами и раввинами все продолжался: иногда он был дружеский, но это случалось нечасто. У нас есть свидетельства того, что раввины относились серьезно к учению иудео-христиан. И в связи с этим принимали свои меры. Первое, что они сделали - это включили в молитву в синагоге, так называемой Биркат а'Миним, 12-е благословение.
В Талмуде (Брахот 286-29а) задается такой вопрос: "Почему молитву называют "Восемнадцать" благословений, когда в ней их девятнадцать? Р. Леви сказал: благословение о "миним" присоединили позже, в Явне. Чему оно должно было соответствовать? Р. Леви сказал: По мнению р. Гиллеля, сына р. Шмуэля бен Нахмани, это значит "Бог славы возгремел; по мнению р. Иосифа, слову "один" в молитве Шма; по мнению р. Танхума , который приводит слова р. Иошуа бен Леви маленькому позвонку в позвоночнике. Наши равнины учат: торговец хлопком Шимон установил порядок восемнадцати благословений в присутствии раббана Гамалиила в Явне. Раббан Гамалиил обратился с вопросом к мудрецам: Знает ли кто-нибудь из вас, как звучит благословение для "миним"? ІІІмуэль Малый поднялся и произнес его... Рав Иуда сказал от имени Рава: Если чтец ошибется, произнося другие благословения, его не меняют, а если он сделает это в благословении "миним", его меняют, так как мы подозреваем, что он "мин".
Эго произошло где-то между 80 и 95 г. н.э. Безусловно, в число "миним" (отщепенцы, еретики) включились также и иудео-христиане: вполне возможно, что это пренебрежительное сокращение слова "мааминим" - верующие (в Иисуса). Позже значение "миним" как будто теряет четкость; поэтому чтобы держать под прицелом иудео-христиан, их выделяют особо: «А для отступников пусть не останется надежды, и пусть надменное царство (Рим?) вскоре будет вырвано с корнем еще в наши дни и да погибнут в мгновение назореи (а'Ноцрим) и "миним", и имя их пусть будет вычеркнуто из книги жизни, и да не останутся они с праведными. Мы благословляем Тебя, Господь, унижающий надменных" (из старинного варианта Амида)
В Талмуде особо подчеркивается, что все в синагоге должны произносить эти слова, не задумываясь и не запинаясь. Другими словами, это благословение должно было служить «пробным камнем» с помощью которого можно уличить иудео-христиан среди собрания синагоги.
1) В то время верующие еврейского происхождения все еще посещали синагогу;
2) Они были многочисленны и пользовались большим влиянием, поэтому раввинам приходилось принимать их всерьез.
Мы также должны обратить внимание на начало отрывка из Талмуда, где биркат аМиним объединяется с понятиями славы Божией и единичности Бога. Которые представляли собой две важные темы расхождений между христианами и раввинами; последние видели в этом благословении позвонок, важную часть тела, пробный камень правоверия.
Наш взгляд на Биркат а'Миним, ее возникновение и цель, подтверждается словами Иуста (ок.160 г. н.э.), а позже Епифания и Иеронима (4-й в.), которые сообщают, что назореев/христиан 3 раза в день проклинают в синагоге.
Об этом свидетельствует не только Биркат а'Миним. Служба в синагоге в это время претерпела изменения, которые, быть может, были вызваны присутствием в ней иудео-христиан. Особую важность имеет исключение из обряда Декалога (Десяти Заповедей), "так как ими пользуются еретики" (Брахот" 12а). Вероятно, чтобы не играть на руку иудео-христианам, утверждавшим, что Декалог - это настоящий закон, а другие заповеди добавлены после истории с золотым тельцом, раввины вообще упразднили Декалог из синагогальной службы. Мы уже видели раньше, что именно такую позицию по отношению к Декалогу заняли некоторые иудео-христиане.
Иное понимание влияния иудео-христианства на синагогу было обосновано в 1984 году еврейскнм ученым ортодоксального направления Иегудой Либесом. Он утверждает, что окончательная формулировка 15-го благословения в Амиде была разработана иудео-христианами во второй половине первого века. Чтобы понять некоторые доводы автора, сравните песни Захарии (Лука 1:68-79, особенно ст.68-69) и это благословение: "Пусть не замедлит расцвести отрасль слуги Твоего Давида, пусть спасение Твое прославит его: каждый день мы ждем Твое спасение. Мы благословляем Тебя, Господи, за Твое великое спасение"
Автор этой книги сомневается в правильности этой теории.

ИАКОВ ИЗ КФАР СХАНИИ

В талмудической литературе есть несколько упоминаний о иудео-христианских миним, которые относятся к изучаемому периоду.
Наиболее хорошо известны рассказы о неком Иакове из Кфар (деревни) Схании (или Самы), жившем около 100-120 гг. н.э.
Однажды Рабби Елиезера укусила змея, и Иаков из Кфар Схании пришел исцелить его во имя Иешуа - Но его дядя, рабби Ишмаэль, запретил ему, потому что Иаков был мин и прежде, чем бен Дама смог доказать дяде обратное, он скончался. (Когелет Рабба 1, 8:3; ТВ "Авода Зара" 276).
Ясно, что у Иакова был дар исцеления, и что равнины спорили, можно ли евреям пользоваться его услугами.
В другой истории рабби Елиезера (ок.135 г.) арестовывают по подозрению в ереси. Когда рабби Акива спросил его, не слушал ли он случайно "миним", Елиезер внезапно припоминает: "Клянусь небесами, ты мне напомнил! когда я шел по главной улице Сепфориса, ко мне подошел человек по имени Иаков из Кфар Схании и сказал мне нечто от имени Такого-то ( т.е., Иисуса), что мне понравилось" (Мидраш "Когелет Рабба 1 8:3). Согласно этому мидрашу, вопрос, заданный Иаковом от имени Иисуса, связан с Галахой: что делать с деньгами, заработанные проституткой, если их дают на Храм? Р. Елиезер не знал, что ответить, и был рад ответу, который пересказал ему от имени Иисуса Иаков: "Из нечистоты они пришли, пусть же будут потрачены на нечистоту... пусть будут потрачены на общественные отхожие места."
Примечательно, что видный раввин, такой как Елиезер, мог беседовать с христианином из евреев Иаковом. Позже Елиезера отлучил синедрион в Явне. "Таким образом, вполне вероятно, что за признанием получать удовольствие от мнений, исходящих из еретического источника, скрывалось гораздо больше, чем казалось"
Это свидетельство из талмудических источников интересно тем, что показывает на примере рабби Елиезера, что даже видные раввины оказывались затронутые учением иудео-христиан.
Самый удивительный пример этого - случай с рабби Элишей бен Абайей, как говорят под одеждой скрывал книги "миним". Правоверность этого раввина казалась столь сомнительной, что позже его называли «Ахер» (другой)
Согласно Талмуду он однажды задал вопрос, могут ли на небе быть две власти (божества): такие высказывания издавна считались относящиеся к христианской вере в Иисуса. Может быть Элиша очень интересовался Евангелиями.
Эти отрывочные сведения незначительны, но они по крайней мере свидетельствуют о том, что равнины знали евреев, верующих в Иешуа и относились к ним серьезно.

БАР КОХБА И ИУДЕО-ХРИСТИАНЕ

Последнее краткое свидетельство относится к бурным годам восстания под предводительством Бар Кохбы. Вероятно, верующие в Иисуса евреи не поддержали восстание, главным образом, так как не могли согласиться с притязанием Бар Кохбы на роль Мессии.
Вот два самых надежных свидетельства о судьбе христиан еврейского происхождения:
«Недавно во время еврейской войны Бар Кохба, вождь еврейских повстанцев распорядился, чтобы христиан подвергали ужасным наказаниям, если они не отвергнут н не проклянут Иисуса." (Иуст, 1 Апол. 31:6 – не забудьте, что во время восстания Иуст был в Самарии).
В так называемом "Откровении Петра" (произведении христианской литературы, созданном в Израиле Египте ок.150 г.н.э.) Иисусу приписывается следующее объяснение притчи о смоковнице (Лука 1316-9):
«Разве вы не понимаете, что смоковница - это дом Израилев?
Истинно говорю вам, когда ветви его разрастутся в конце времен, тогда восстанут и лжехристы (Марк 13:22) и пробудят надежду (словами) "Я Христос" (Мт 24:5), теперь пришедший в мир." И когда увидят всю гнусность поступков этих лжехристов, то пойдут за ними, и отвергнут того, кому воздали хвалу отцы наши, первого Христа, которого распяли на кресте и тем весьма согрешили. Но этот обманщик - не Христос. Когда же они отвергнут его, он станет убивать мечем и станет множество мучеников. Тогда вырастут ветви у смоковницы, дома Израилева, и падут от руки его многие мученики: их убьют и они станут мучениками " (Эфиопский текст, гл. 2).
Этот текст написанный через несколько лет после восстания, определенно относится к преследованию Бар Кохбой евреев-христиан.
Недавно найденные письма Бар Кохбы подтверждают, что он безжалостно расправлялся с евреями, которые сопротивлялись ему или нарушали его приказы. Поэтому приведенные выше сведения о христианах кажутся доверия.
Для еврейских верующих восстание Бар Кохбы стало важным испытанием - казалось, что действительно пришел Мессия, который закончит то, что не сделал Иисус: освободит страну от римского владычества. Что могли ответить на это верующие из евреев. Может быть, отзвук их ответа мы находим в свободно переданном стихе из Чисел 24:17 (девиз Бар Кохбы) у Иуста Мученика.
1) Восходит звезда от Иакова (Числ. 24: 17)
2) И произойдет отрасль от корня Иессеева (Ис І 1:1)
3) Острова будут уповать на Меня, и надеяться на мышцу Мою (Исаия 51:5).
Когда иудео-христиане хотели показать несостоятельность претензий бар Кохбы на роль Мессии, пока восстание развивалось успешно, они доказывали, что он не происходит из рода Давида, и не ставит перед собой задач мирового масштаба, которые связывали с Мессией пророки.
После поражения восстания раввины также пришли к заключению, что Бар Кохба был лжемессией, и стали называть его Бар Козиба, сын лжи. Но результаты отказа иудео-христиан от участия в восстании и последующих преследований Бар Кохбы оказались длительными: разрыв между иудео-христианами в их собратьями-евреями все углублялся. Большое значение имел также декрет императора Адриана, изданный после поражения восставших римскими легионами, который запрещал всем обрезанным не только жить в городе, но даже приближаться к нему. Этот декрет затрагивал как евреев, так н иудео-христиан. Он означал что, по крайней мере, на несколько лет иудео-христианская община Иерусалима прекратила свое существование. Таким образом, с роспуском самой старой и иудео-христианской общины, ее члены как бы утратили свой духовный центр. Вместо них в Иерусалиме появились христиане из язычников, основавшие там свою общину.

НАЗОРЕИ

Описанные выше события имеют глубокое символическое значение, но было бы ошибкой считать, что иудео-христианство окончательно исчезло. В средние второго века, через 25 лет после восстания Бар Кохбы, верующих евреев, с одной стороны, верят, что Иисус - Мессия и Сын Божий, а с другой - продолжают соблюдать Закон Моисеев, но не считают это обязательным для своих братьев из язычников.
В 3-ем и 4-ом веках по-прежнему есть надежные сведения, что такие иудео-христиане существуют. В 4-ом веке их называют «назореями» Иероним и Епифаний сообщают нам, что назореев немного, и живут они в основном в Сирии и в Израиле. Они верят, что Иисус - Сын Божий, принимают догмат о непорочном зачатии, признают апостольство Павла и благовествование язычникам, пользуются Евангелием на еврейском языке.
Упомянутые выше Отцы церкви, непримиримые борцы против всякой ересью, не находят ничего предосудительного в назорействе. Однако им не нравится, что иудео-христиане по-прежнему соблюдают старые обряды, т.е., обрезание и субботний покой.
К этому времени церковь, состоящая из язычников, больше не хотела принимать таких христиан - дух братства, который еще застал Иуст, исчез. После 4-го века назореи - вероятно бывшие прямыми потомками Иерусалимской общины, бежавших в 70 году в Пеллу - сходят со сцены истории.
Мы намеренно подчеркнули, что действительно существовала такая ортодоксальная иудео-христианская церковь. В трудах отцов церкви мы встречаем огромное количество всевозможных иудео-христианских сект, которые представлены там как еретические. От этого создается ложное впечатление, что все иудео-христиане были сектантами и еретиками. Мы практически ничего не знаем о количестве членов этих сект по сравнению с "правоверными" иудео-христианами, но сам характер этих источников объясняет, почему еретикам уделяется гораздо больше внимания, чем правоверным. Из этого не следует, что еретические группировки составляли большинство. Есть среди них, однако, заслуживающая особого упоминания: эбиониты.

ЭБИОНИТЬІ

Древние источники указывают, что эбиониты были сектой, отколовшейся от назореев, н, вероятно, так это и было на самом деле. Раскол произошел где-то в конце первого и начале второго столетий. Эбиониты отличались от назореев учением о Христе. Они отвергали положения о божественном предвечном существовании и непорочном зачатии, и утверждали, что Иисус заслужил право быть Мессией чрезвычайно скрупулезным исполнением Закона. Кроме того, крещение Иисуса по их мнению, было помазанием в сан Мессии. Иуст, писавший свои книги около 160 г. н.э., знал таких людей, и может быть, именно их имеет в виду, когда говорит о иудео-христианах, которые требуют от язычников принимать обрезание и соблюдать Закон.
Есть также сведения, что эбиониты не признавали Павла, что естественно вытекает из их отношения к Закону.
Трудность для историка, занимающегося эбионитами проистекают из путаницы, царящей в древних источниках. Дело в том, что другая еретическая группа гностики очень интересовалась взглядами эбионитов и в большой мере разделяли их. В других отношениях эбионитами и гностиками существовали значительные расхождения, но, по-видимому, отцы церкви затруднялись различать первоначальное учение эбионитов и позднейшие изменения гностиков. В результате мы имеем очень расплывчатую и путаную картину верований эбионитов.
Еще больше запутывает дело и то обстоятельство, что были и такие иудео-христианские группы, которые включали в круг своих воззрений элементы учения гностиков. Возможно, именно такая группа скрывается за весьма интересным произведением, известным как "Лже-Клементины". В дошедшем до нас виде оно относится к 4-му веку н.э., однако многие ученые убедительно доказывают, что источником для него послужили более древние тексты, принадлежащие к средине 3-го или даже к средние 2-го века.
Ганс Иохим Шепс рассматривает "Лже-Клементины" взятые в целом, как важный источник сведений о раннехристианском учении эбонитов, которое, по его мнению, отражало истинное учение, принятое в иерусалимской общине. Представляется, однако, что здесь Шепс ошибался: религиозные взгляды арамейскоязычной (или ивритоязычной) общины в Иерусалиме представлены скорее у назореев, чем у эбионитов.
На этом кончается наш краткий обзор иудео-христианских группах. Отрывочность данных приводит в отчаяние ученых, многие вопросы остаются без ответа. И все же можно с уверенностью утверждать следующее:
1. В Израиле, а позже и в Сирии, по крайней мере до 4 века существовали иудео-христианские общины. Их учение в главном отличалось от учения господствующей христианской церкви язычников; они признавали божественность Иисуса, непорочное зачатие, и благовествование язычникам и апостольство Павла.
Во втором веке Иуст видел в них братьев по вере, а в четвертом веке Иероним и Епифаний не находили в их учении ничего предосудительного.
2. Иудео-христиане продолжали соблюдать обрезание, субботы и другие предписания Закона. У них было Евангелие на еврейском языке, вероятно, вариант Евангелия от Матфея. По-видимому, они вели страстный, иной раз вполне дружелюбный диалог с раввинами.
3. Именно этих иудео-христиан и их веру в божественную сыновность Иисуса мы встречаем в спорах о "миним" ведущихся в талмудических источниках.
4) Группа, отколовшаяся от правоверных иудео-христиан, называлась эбионитами. Для них Иисус был просто человеком, избранный быть Мессией. Они не признавали Павла, и, вероятно, выдвигали обрезание для приема язычников в церковь.
5) Позже некоторые иудео-христианские группы оказались под влиянием учения гностиков, что привело к появлению описанной отцами церкви пестрой картины различных иудео-христианских сект.

[500x5]

ГЛАВА 10: РАССЕЯНИЕ - ЦЕРКОВЬ ЕВРЕЕВ И ЯЗЫЧНИКОВ

[300x276]  В предыдущих главах мы многократно подчеркивали, что сам характер служения ранней церкви в еврейском рассеянии неизбежно должен был привести к образованию смешанных церковных общин, состоящих из евреев и язычников. Лучшим доказательством этого, вероятно, может служить постановление апостолов в Деяниях 15. Хотя формально оно адресовано братьям,
"находящимся в Антиохии, Сирии и Киликии", на самом деле оно относится ко всем общинам рассеяния (ср. 15:21), и написано с целью облегчить совместные трапезы в смешанных общинах (см. занятие 8).

Именно из этой многочисленной и постоянно растущей церкви евреев и язычников рассеяния дошли до нас почти все ныне существующие памятники раннехристианской литературы, созданные после Нового Завета.
Самые ранние из них по традиции называют "трудами апостольских мужей".
Они содержат интересные подробности о церкви в рассеянии около 70-150 гг. н.э. Рассмотрим эти свидетельства более внимательно.

1 ПИСЬМО КЛЕМЕНТА

Это письмо относится к самым ранним христианским документам после книг Нового Завета (обычно датируется 96 г. н.э.). Автор письма неизвестен.
В письме есть несколько поразительных особенностей. Во-первых, автор отлично знаком со всеми книгами Ветхого Завета. Он находит библейские стихи, подходящие ко всем затрагиваемым им предметам, зачастую из малоизвестных мест Ветхого Завета. Во-вторых, автор говорит о благочестивых мужах Ветхого Завета как о собственных предках, и рассматривает историю христианской общины как прямое продолжение истории Израиля. Это письмо свидетельствует о том, что автор хорошо знаком и с еврейской системой мышления, и с характерными формами выражения: молитва в конце письма (56:3-61:3) по своему языку и оборотам удивительно напоминает известные с древних времен еврейские молитвы

ПРАВИЛА АПОСТОЛЬСКИЕ (ДИДАХЕ)

Еврейское происхождение интереснейшего документа, называемого "Правила апостольские", не вызывает сомнений. Первая часть произведения (гл. 1-6) состоит из так называемого "катехизиса прозелита, примерно в такой же форме включен в "Послание Варнавы" (гл. 18-20) и в латинский документ под названием "Учение апостолов".
В катехизис "Правил" включены некоторые слова Иисуса (в других вариантах они отсутствуют). Если исключить эти вставки (1:3-5), получим совершенно еврейский документ - собрание этических наставлений для будущих обращенных, вернее сказать, для чтущих Бога из язычников:
«Если сможешь понести ярмо Господне полностью, будешь совершен: если же нет, делай, что можешь. Касательно пищи: исполняй, но мере сил, Закон и воздерживайся от идоложертвенного, ибо это поклонение мертвым богам".
В главах 7-15, в которых содержится краткий перечень церковных обрядов - для крещения, молитвы, поста и причащения, также хорошо просматривается еврейская традиция.

Игнатий

Третий из апостольских мужей, Игнатий, фигура, окутанная тайной. Семь писем, которые он написал во время путешествия к месту своего мученичества в Риме, необычны, как по языку, так и по выраженным мыслям, являются предметом горячих споров среди ученых.
Особенное значение Игнатия для нашего предмета состоит в том, что он, возможно, был первым языческим богословом ранней Церкви. У Игнатия еврейская нота христианского учения звучит куда глуше, чем во всех христианских произведениях до него (и, как увидим, сразу же после него).
Частично это можно объяснить характером его писем.
Путешествуя по Малой Азии, Игнатий с ужасом видел, что христианским общинам грозит некий особый вид ереси: его письма полны предостережения против нее. Таким образом, круг интересующих его тем довольно узок. Но сама эта ересь проливает свет на интересные особенности христианства, исповедуемого язычниками в Малой Азии в начале второго века.
Ответ Игнатия может рассказать нам и о христианстве язычников в Антиохии, где он был
епископом: "Не увлекайтесь чужими учениями или старыми баснями, в которых нет прока. Ибо если мы до сих пор живем по Закону Моисееву, признаем тем самым, что не обрели благодати.
Святые пророки жили согласно заветам Иисуса Христа. Их также гнали, потому что милостью Его они побуждаемы были увещевать непокорных, что Бог един и показывает Себя через Сына Своего Иисуса Христа, который есть Его Слово..." (Письмо к Магнезийцам 8:1 и сл.).
"Чудовищно говорить о Иисусе Христе и исполнять обряды Иудаизма. Ибо не христианство зиждется на иудаизме, но иудаизм на христианстве, которое собрало к себе все языки, исповедующие Бога" (Там же:10:3).
"Любим мы и пророков, ибо они, соединившись с Иисусом Христом, также обретают спасение; они достойны любви, святые, достойные восхищения, одобренные Иисусом Христом и сопричастные Евангелию общей надежды.
Но если кто-либо вознамерится толковать вам иудаизм, не слушайте того: ибо лучше слушать христианское учение от обрезанных, чем заповеди иудаизма от необрезанных." (Письмо к Филадельфийцам 5:2-6:1).
"Слышал я как некоторые говорили: "Если не найду того у древних (в Священном Писании, Ветхом Завете), не уверую в Евангелие" А когда я сказал им, что Евангелие и есть Священное Писание, отвечали мне: "В том-то и вопрос"
А по мне так Священное Писание и есть Иисус Христос, нерушимое писание - это крест Его, смерть и воскресение и вера, которая через Него." (Там же 8,2)
Он (Христос) - это дверь к Отцу, через которую входят Авраам, Исаак и Иаков, пророки, апостолы и церковь. Все они едины в Боге. Но Евангелие превосходное, ибо оно о пришествии Спасителя, Господа нашего Иисуса о его страдании и воскресении. Ибо возлюбленные пророки лишь свидетельствовали о Нем, а Евангелие - это совершенство нетления" (Там же 9:1 и сл.).
"Он (Христос) истинно из семьи Давида по плоти, Сын волею и силою рожден девой, окрещен Иоанном: «ибо так надлежит - нам исполнить всякую правду» (Мт 3:15), истинно пригвожден к древу во плоти ради нас при Понтии Пилате и Ироде Четвертовластнике, и мы – плод благословенного Богом страдания Его, да "поднимет знамя" (Ис 5:26) на все века через воскресение Свое всем святым и верующим, будь то среди евреев или язычников в одном теле Своей церкви. Ибо Он принял страдание это за нас дабы нам достичь спасения; и страдание Его истинно, как и воскресение истинно, а не так как говорят некоторые верующие, что страдание Его - лишь видимость: это они - лишь видимость.
Ибо я знаю и уверен, что Он был в плоти даже после воскресения. Он ел и пил с ними как плотский, хотя и был Духом Своим вместе с Отцом. (Нисьмо к Смирнянам 1:3-3).
"Есть такие кто по невежеству своему отвергают Его хотя на деле были отвергнуты Им, так как избрали смерть, а не правду. Это те, кто не покорился ни пророчествам, ни Закону Моисееву, ни Евангелию до сего дня. Богохульствуют на Господа моего, не признают, что Он был облечен в плоть" (Там же 5:1 и сл.).
"Хорошо поступает тот, кто воздерживается от общения с такими людьми и даже не говорит о них ни дома, ни на улице, но прислушивается к словам пророков, и особенно к Евангелию, в котором открылось нам Его страдание и свершилось Его воскресение" (Там же 7:2).
Читая эти тексты, прежде всего, замечаем, что для Игнатия церковь состоит из верующих еврейского и языческого происхождения, и что он вполне допускает возможность того, что христианство может проповедоваться "обрезанными". В этом нет ничего удивительного, так как антиохийская община была с самого начала смешанной, и хотя верующие евреи во времена Игнатия составляли меньшинство, он, конечно, знал некоторых верующих из евреев, которых считал полноправными братьями.
Во-вторых, мы узнаем, что еретики вовсе не евреи, а необрезанные язычники, распространяющие учение, которое Игнатий называет "иудаизмом". Это вероятно означает, что они соблюдают какие-то произвольно выбранные библейские заповеди (из Письма к Магнезийцам 9:1 как будто следует, что они соблюдают субботу). Они превозносят значение Ветхого Завета - оно безусловно превосходит значение Евангелий. Эти верующие из язычников, возможно, соответствуют тем верующим, которых впоследствии называли "жидовствующими".
Среди ученых ведутся споры насчет того, совпадает эта группа с еретиками, которые отрицали физическое воплощение Христа. Они утверждали, что Его плоть лишь напоминала настоящую и что Христос в действительности не испытывал страданий.
Если эти два типа еретиков и впрямь входили в одну группу, то для современного читателя такое сочетание может показаться странным.
Однако мы располагаем многочисленными данными из второго века, что подобное было, а именно, в среде, кого принято называть гностиками. Здесь ограничимся лишь упоминанием о том, что им присуще было то, что вернее всего назвать романтическим увлечением Ветхим Заветом.
Создается впечатление, что многие гностики происходили из язычников и не имели прямого контакта с настоящим иудаизмом. Но они были совершенно очарованы Ветхим Заветом, с жадность читали и толковали его, хотя и понятия не ни об учении, ни о духе этой книги.
Игнатий не жаловал этот ложный иудаизм. Лучше уж было слушать здравое христианское учение из уст настоящих обрезанных евреев! Для Игнатия Ветхий Завет был книгой о Христе и главное в нем - весть о Его смерти и воскресении. Пророки были учениками Христа: Игнатий говорит об Аврааме, Исааке и других как о братьях во Христе.
Видимо, Игнатий относился к Ветхому Завету в первую очередь как к литературному произведению. Для него это книга, а не живое прошлое, которое через предания и обряды определяло жизнь и мышление. Именно это, больше, чем что-либо другое, выдает в нем христианина из язычников.
В вопросах веры позицию Игнатия лучше всего можно охарактеризовать как новозаветную ортодоксию. Писания апостолов заставляли его ценить Ветхий Завет и любить пророков. Для него авторитет Ветхого Завета непререкаем, но зиждется он на авторитете Евангелия.
Вероятно, в этом и заключалось одно из самых главных различий между еврейскими верующими и пришедшими к вере из языческого окружения.
Вопрос стоял не о различии в учении, а о различии душевного склада. Обе группы признавали авторитет Ветхого Завета; в будущем церкви не евреев придется храбро, и с немалыми жертвами защищать его от нападок как извне, так и изнутри, идущим из самой церкви. Однако для них Ветхий Завет был только книгой, описывающей прошлое, которое уже получило свое завершение. Для верующих из евреев это было нечто большее.
Бесчисленные нити преданий, праздников, повседневных обычаев, религиозных понятий и т.д. связывали верующих евреев с Ветхим Заветом: это была часть их жизни.
То, что мы наблюдаем у Игнатия, лучше всего может быть описано, как потеря еврейских корней. Лишь постоянное обращение к тексту Ветхого Завета в апостольской проповеди не дает Игнатию полностью оставить его в стороне.

ВАРНАВА

Прежде чем расстаться с апостольскими мужами, кратко остановимся на примечательном произведении, которое в древних рукописях именуется "Посланием Варнавы". На самом деле документ этот анонимный, так как автор нигде не называет себя.
Главы 1-17 посвящены вопросу о том, как христиане должны относится к Ветхому Завету – особенно к вопросу о соблюдении обрядов.
Вкратце позиция автора сводится к тому, что заповеди о соблюдении обрядов действительны для христиан, однако значение этих заповедей не следует понимать буквально. Все они имеют духовное значение. Но будучи введены в заблуждение злобным духом, израильтяне поняли их буквально, отчего Моисей и расторг завет. Тот же завет вновь предлагается во Христе, и только христиане, верно понимают истинное значение библейского Закона, евреи по-прежнему продолжают заблуждаться. Христиане, а не евреи, народ Божий. В действительности, евреи им никогда не были.
Автор резко критикует своих собратьев-христиан, которые говорят об общем завете для евреев и христиан.
Как нам отнестись ко всему этому? Можно, конечно, сказать, что перед нами крайний образчик надменности христиан из язычников. Наша задача однако, в том, чтобы попытаться понять даже те явления, которые не внушают нам симпатии.
Как следует понимать документы наподобие "Варнаве"?
Во-первых, заметим, что автор отождествляет Ветхий Завет с "Писаниями": все цитаты, которые он приводит из Писаний, больше 70 - взяты из Ветхого Завета. По его мнению, библейский закон имеет непреходящую ценность. Более того: в свои переложения библейских текстов автор подчас включает детали из историй раввинов, как если бы они тоже принадлежали к тексту Библии. Это обстоятельство заставило некоторых ученых предположить, что автором мог быть еврей, принявший
христианство. Однако едва ли это верно, так как эти переложения пестрят серьезными промахами.
Примером такого непонимания могут служить комментарии автора на книгу Левит 16.
Ниже показаны прибавления Варнавы к библейскому тексту и приводятся вместе с соответствующими отрывками из Мишны.

Варнава

1) И пусть едят от мяса козла, жертвы за все их грехи… и пусть священники сами едят немытые внутренности с уксусом…»
2) Возьми двух хороших одинаковых козлов и принеси их в жертву...
3) “И пусть все плюют на него и колют его стрекалом, пусть повяжут ему голову алой шерстью и так прогонят в пустыню.
4) Тот, кто поведет козла в пустыню, погонит его вперед, заберет шерсть и повесит на куст, имя кусту Рахиль ...”

Талмудический текст

1) “ Если (День Покаяния ) приходился на Пятницу, козла (Числ.29:11) съедали на День Покаяния вечером.
Вавилоняне, как они не щепетильны, ели его сырым.” М.Менухот 11:7
2) “Два козла на День Покаяния должны быть одинаковы по виду, размеру, цене” М.Йома 6:1
3) “...Вавилоняне...таскали его за Шерсть...” М.Йома 6:4
“Он повязал алую шерсть вокруг головы козла отпущения и повернул его, куда ему надлежало быть выслану” М.Йома 4:2
4) “Они отдали его тому, кто должен был увести его...” М.Йома 6:3
“Он разделил нить алой шерсти: часть привязал к скале, а часть - между его рогами и столкнул его сзади в пропасть...” М.Йома 6:6
Интересно, что Варнава говорит здесь о том, что ведший козла в пустыню повязывал алую шерсть на куст по имени Рахиль. Это не согласуется с текстом Мишны, в котором в этом месте говорится о скале. И это логично: там, где есть пропасть (Куда сталкивали козла, чтобы по возможности смерть его была безболезненной), там также имеется и скала с другой стороны, куст, о котором говорит Варнава, наверно был большой редкостью, так как мы не находим упоминание о нем ни в одном тексте.
Поэтому, скорее всего у Варнавы здесь какая-то ошибка. По-видимому, загадка имеет простое объяснение: в греческом языке есть очень редкое слово со значением "скала" или "утес". Слово это - "рахис"
Варнава который не знал в подлиннике предания раввинов и черпал сведения из греческого источника, по-видимому, неверно прочел греческое слово и принял его за название известного ему куста
Есть и другие признаки, которые убедительно доказывают, что Варнаве была неизвестна устная традиция раввинов, и что при написании своего письма он пользовался письменными материалами.
Более пристальный взгляд на многочисленные цитаты из Библии, которые он, верно, приводит, убеждает, что то же верно и для многих мест Ветхого Завета: лишь изредка Варнава прямо пользуется греческим переводом Ветхого Завета, в большинстве случаев его цитаты взяты из раннехристианской литературы.
Другими словами, этот писатель не чувствует себя свободно, когда дело касается Ветхого Завета - той самой книги, которая для него – высший авторитет! Он в большой степени зависит от одного или нескольких предшественников: христиан, знающих Библию и агаду раввинов.
Однажды поняв это, нетрудно прийти еще к одному заключению, а именно, что христианские источники, из которых Варнава черпал большую часть ссылок на Библию и преданий раввинов, вовсе не отличались такими антиеврейскими настроениями, как сам Варнава. Может быть, эти источники принадлежали иудео-христианам: возможность, которая придает "Варнаве" дополнительный интерес.
Следует сделать еще одно замечание. Сегодня нам кажется, что христиане во все времена знали ответы на те вопросы, на которые ответил Павел в Послании к Евреям - однако в первые годы существования церкви это было совсем не так. В "Варнаве" нет ничего, что показывало бы, что автору знакомо хотя бы одно из посланий Павла.
Тот, кто написал Варнаву, был обращенный из язычников, читал Закон и знал, что Закон пребудет во век, и в тоже время не мог уклониться от признания того, что в своей жизни он его не соблюдает. То же было верно и для других известных ему из язычников. Эго был вопрос самой жизни. Так как непреходящая ценность Закона не подлежала для него сомнению, перед ним стоял выбор: либо стать евреем и соблюдать все, что предписывает Закон, либо разработать для себя духовное понимание всех Закона. Он выбрал последнее. Однако самая страстность, с которой он ополчается на соблюдение евреями Закона, видимо, свидетельство того, что выбор был реальным и что этот вопрос продолжал беспокоить его.
Так в "Послание Варнавы" мы знакомимся с еще не совсем уверенным в себе христианством язычников, не обретшим еще основы в учении Павла, ищущим простых ответов на сложные вопросы. За самоуверенной маской Варнавы очень возможно скрывается сердечное смятение.
Остается добавить, что решение, предложенное Варнавой, к счастью, не было принято языческой церковью в целом. Варнава остался в одиночестве.
Когда позже в том веке христианская доктрина язычников обрела большую зрелость, церковь последовала за Игнатием, а не за Варнавой. И чем дальше, тем больше новые христианские богословы использовали религиозное наследие своих еврейских братьев по вере.

ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЬІЕ ЗАМЕЧАНИЯ: ВЕРУІОЩИЕ ЕВРЕИ КАК РЕЛИГИОЗНЬІЕ ПРЕДТЕЧИ ХРИСТИАН ИЗ ЯЗЫЧНИКОВ

В этом занятии мы познакомились с некоторыми произведениями членов ранней церкви в рассеянии, которые подтверждают наше предположение о том, что они лучше всего понятны, если принять такую модель церкви: смешанная община, где меньшинство из верующих еврейского происхождения служит учителями и руководителями в вопросах веры языческого большинства.
До нас дошли лишь обрывки сведений, с трудом помогающих восстановить подробную картину их численности, их отношений с языческим большинством, их отношения к синагоге.
Прямые свидетельства об их религиозных убеждениях и их вкладе в развитие христианского учения почти полностью отсутствуют. Однако имеется мною косвенных свидетельств. Мы видели, что в некоторых произведениях апостольских мужей можно обнаружить довольно много следов иудео-христианства, например, в "1 Клименте", "Правилах" и даже в "Варнаве".
Авторы "1 Климента" и "Правил", может быть, сами были верующими из евреев.
В интереснейшем исследовании "Учение иудео-христианства" Жан Данилю попытался сформулировать то, что он называет Иудео-христианской линией в трудах апостольских мужей и других христиан, написанных во втором веке. Эта книга, охватывающая чрезвычайно богатый материал, дает блестящий анализ понятий и идей еврейского происхождения в раннехристианской литературе.
Но большинство ученых согласны с тем, что последний шаг, предпринятый Данилю, а именно, объявление этих идей "учением иудео-христианства" кажется сомнительным. То, что представление или понятие уходит в учение евреев, не означает автоматически, что оно принадлежит «еврейскому», отличному от "языческого", учению. Это особенно очевидно, когда "еврейское происхождение" приписывается материалам из Ветхого Завета или другим книгам еврейского происхождения, пользовавшихся глубоким уважением у большинства христиан - например, книгам в жанре откровения, как "Первая книга Еноха". Поэтому более подходящее название для книги Данилю было бы - "Еврейская мысль в раннехристианском учении»
Это замечание ни в коей мере не умаляет значение книги Данилю. Ему удалось показать в убедительной и блестящей форме, до какой степени раннее христианское богословие было еврейским, как по своим понятиям, так и по форме выражения. Это особенно верно в тех случаях, когда речь идет о Священном Писании.
Не подлежит сомнению то, что богословами ранней церкви практически повсеместно были либо обратившиеся в христианство евреи, либо богобоязненные язычники с солидным "еврейским" образованием: те, кто с детства были знакомы со Священным Писанием и научились в синагоге правильным способам его толкования. Все это они щедро передали Церкви, и позже мы встречаем характерные толкования Ветхого Завета в трудах христиан из язычников.
Мне хотелось бы подчеркнуть, что по имеющимся данным в этот период не существовали значительные богословские расхождения верующими еврейского происхождения и всеми остальными. Верующие евреи являлись ведущими богословами ранней церкви; не евреи в основном научились богословию от своих еврейских учителей, либо читая их труды (Игнатий), либо переписывая их толкования Библии (Варнава). В это время еврейские верующие отнюдь не составляли некую секту, отдельную от "Великой церкви, они попросту были ядром этой "Великой Церкви". Именно они помогли церкви определить свои основополагающие принципы.

                                                                               КОНЕЦ

http://jesus-forum.com
_________________
[показать]"Верю в Слово Творца, переданное нам через Моше рабейну и истолкованное нам Иешуа Машиахом!"