О событиях 1941 года на полуострове Ханко написано много. И по-разному. Я не стану вдаваться в подробности, расскажу только об одном моменте. 

Предыстория такова: финны и немцы от имени Маннергейма неоднократно обращались к защитникам Ханко с предложениями о перемирии или капитуляции.

Борис Пророков вспоминал так:

«Удачно отреагировали мы на обращение Маннергейма к ханковцам. Он начал так: «Доблестные, героические защитники Ханко!» Дальше следовал пышный букет льстивых комплиментов. Барон говорил об истощении наших ресурсов. Он уверял, что героизм ханковцев напрасен, и вместо голодной смерти предлагал нам почетный плен. Дальше следовали обычные обольстительные обещания. Кончалось обращение ультиматумом, на размышления давалось два дня. Если почетное предложение маршала не будет принято, говорилось в листовке, гарнизон полуострова будет уничтожен.

Два дня со стороны противника не было ни одного выстрела.

Начальник политотдела бригадный комиссар П. И. Власов созвал у себя небольшое совещание работников политотдела и редакции. Он сказал, что необходимо что-то противопоставить вражеской пропагандистской листовке, и дал задание срочно подготовить ответ в духе письма запорожцев турецкому султану. Мы с Михаилом Дудиным написали текст листовки, командование базы одобрило его. На другой день наши бойцы вместе с газетой получили листовку «Ответ барону Маннергейму».

Когда она издавалась, о Маннергейме думали меньше всего. Его агитировать было, конечно же, бесполезно. Листовка делалась для наших людей. И, надо сказать, своей неожиданностью, дерзостью она отвлекла внимание от самого обращения Маннергейма. Бойцы переписывали и перерисовывали листовку множество раз, размножали ее через копирку и различными способами перебрасывали к противнику. На сухопутной границе красноармейцы делали из можжевельника луки и, обмотав стрелы листовками, пускали их в финские траншеи.

На финском языке листовка не печаталась, но читалась по радио. Впрочем, к Маннергейму она все же попала».

Теперь у меня есть один экземпляр этой листовки, дожившей до наших дней. Она нестандартного размера, поэтому прилагаю только ее фотокопию. А так, как время не очень пощадило ее, то приведу полный текст.

"Его высочеству прихвостню хвоста ее светлости кобылы императора Николая,

сиятельному палачу финского народа, светлейшей обер-шлюхе берлинского двора, кавалеру бриллиантового, железного и соснового креста

барону фон Маннергейму

Тебе шлем мы ответное слово!

Намедни соизволил ты удостоить нас великой чести, пригласив к себе в плен. В своем обращении, вместо обычной брани, ты даже льстиво назвал нас доблестными и героическими защитниками Ханко.

Хитро загнул, старче!

Всю темную холуйскую жизнь ты драил господские зады, не щадя языка своего. Ещё под августейшими ягодицами Николая кровавого ты принял боевое крещение.

Но мы — народ не из нежных, и этим нас не возьмешь. Зря язык утруждал. Ну, хоть потешил нас, и на этом спасибо тебе, шут гороховый.

Всю жизнь свою проторговав своим телом и совестью, ты, как измызганная старая проблядь, торгуешь молодыми жизнями финского народа, бросив их под вонючий сапог Гитлера. Прекрасную страну озер ты залил озерами крови.

Так как же ты, грязная сволочь, посмел обращаться к нам, смердить наш чистый воздух?!

Не в предчувствии ли голодной зимы, не в предчувствии ли взрыва народного гнева, не в предчувствии ли окончательного разгрома фашистских полчищ ты жалобно запищал, как загнанная крыса?

Короток наш разговор:

Сунешься с моря — ответим морем свинца!

Сунешься с земли — взлетишь на воздух!

Сунешься с воздуха — вгоним в землю!

Красная Армия бьет вас с востока, Англия и Америка — с севера, и не пеняй, смрадный иуда, когда на твое приглашение мы — героические защитники Ханко — двинем с юга!

Мы придем мстить. И месть эта будет беспощадна!

До встречи, барон!

Долизывай, пока цела, щетинистую жопу фюрера.

Гарнизон Советского Ханко.

Месяц октябрь, число 10, год 1941".

Редактор газеты «Красный Гангут»: батальонный комиссар Аркадий Эдельштейн

Иллюстрации: Борис Иванович Пророков

Авторы текста листовки: Михаил Александрович Дудин, Евгений Войскунский, инструктор политотдела Юрий Полещук, комбриг Николай Павлович Симоняк, комиссар бригады Романов, каперанга Иван Краснолицкий и другие защитники Ханко.

Печать: Константин Белов

Листовки с самолётов сбрасывали: Голубев Василий Федорович, Дмитрий Татаренко и др.

Командир базы: генерал-майор береговой артиллерии Сергей Иванович Кабанов.

Начальник политотдела базы: полковой комиссар Пётр Иванович Власов.

Через 2 недели началась эвакуация гарнизона.

http://topwar.ru/23699-listovka-s-poluostrova-hanko.html

Но это было советское время. Сегодня, 16 июня 2016 года, в Санкт-Петербурге была установлена памятная доска в честь гитлеровского прихвостня, убийцы советских людей, участника блокады Ленинграда, фашиста Карла Маннергейма: http://zergulio.livejournal.co...