Украинские СМИ с возмущением сообщили на днях о том, что в польском городе Плоцк в автобусе напали на 15-летнего подростка-украинца только потому, что он разговаривал с приятельницей на родном языке. Причем, драку устроили не хулиганы, а простые польские обыватели...
Похожий инцидент произошел несколько дней назад в городском автобусе в Бельско-Бялой. Об аналогичном случае в городе Быдгощ сообщили украинские дипломаты. Там 12-летний мальчик и его 14-летняя сестра разговаривали между собой по-украински. Услышав их речь, местная пара сначала оскорбила детей, а затем избила их.
В Легнице две 13-летние девочки с Украины подверглись нападению зрелой женщины из-за того, что разговаривали на украинском языке. Дама заявила подросткам, что поскольку они находятся в Польше, то должны говорить по-польски и пустила в ход кулаки.
По сообщению польских властей, украинские подростки регулярно подвергаются нападениям в общественном транспорте. Достается и взрослым украинцам. Как передало Radio Wroclaw, во Вроцлаве группа молодых людей средь бела дня избила на почве национальной ненависти 19-летнего украинца. Конфликт начался после того, как юноша поговорил по телефону со своими родителями на родном языке. Парня повалили на землю, начали избивать ногами. Ему сломали нос, повредили позвоночник. По словам родственников пострадавшего, правоохранители с неохотой завели дело по данному факту.
Как информировала Главная комендатура полиции Польши издание Rzeczpospolita, масштабы агрессии против украинцев в стране за последние годы выросли. Так, в 2024 г. граждане Украины подали 267 заявлений о том, что они стали жертвами «преступлений на почве ненависти». Через год таких заявлений было 275. Текущий год показывает значительный рост подобных преступлений: в первом полугодии уже было подано около 200 заявлений. Если такая динамика сохранится, то к концу года таких случаев может быть зарегистрировано примерно 360, сообщает полиция.
По мнению польских политиков, речь идет о поданных заявлениях, а не о «выявленных преступлениях». «Я думаю, эти данные не отражают всю правду. Некоторые жертвы не хотят подавать заявления, потому что боятся», — считает социолог, президент Института общественных дел доктор Яцек Кухарчик. Он полагает, что «токсичная атмосфера» вокруг украинцев в Польше перемещается из области риторики политиков и из интернета в «реал».
Ассоциация «Демагог» и Институт мониторинга СМИ подсчитали, например, что с апреля по июль 2025 г. (время самой интенсивной избирательной кампании) в польском интернете было выявлено 94 тыс. антиукраинских записей. Охват аудитории, которая с ними контактировала, составил более 32 млн пользователей. С тех пор тенденция не изменилась.
По мнению экспертов, «особую роль в усилении неприязни к украинцам сыграл в тот период кандидат на пост президента Польши Гжегож Браун, участвовавший в акции по снятию украинского флага со здания ратуши в Бяла-Подляске, чем инициировал широкую акцию, проводимую в разных местах Польши, в которой приняли участие не только его товарищи по партии, но и простые граждане». О чем говорят эти факты? О том, что польское общество, в принципе, созрело к проведению антиукраинских акций.
Действительно, этот год для польско-украинских отношений стал еще более трудным, чем предыдущий. В 2026 г. взаимную неприязнь снова подогрел «Волынский вопрос» и решение Зеленского присвоить одному из батальонов имя «героев УПА**», в результате чего президент Кароль Навроцкий лишил Зеленского ордена Белого орла. Широкая публика узнала о нежелании Киева передать Варшаве беспилотные технологии, об отказе украинцев забрать подаренные ей польской стороной МиГи, а также об исключении Польши по просьбе Украины из Противоракетной коалиции.
О том, что дело УПА** изменило отношение поляков к проживающим в Польше украинцам, свидетельствуют результаты последнего июльского опроса Института рыночных и социальных исследований IBRiS, проведенного по заказу издания Rzeczpospolita.
Об ухудшении своего отношения к украинцам сообщили 33,6% респондентов, об улучшении — 1,8%, 60,7% не определились. При этом около 43% поляков открыто выражают неприязнь к украинцам, а позитивное отношение снизилось до 29% (самый низкий показатель за последние годы). 67% поддерживают идею высылки мужчин призывного возраста без легальной работы. Виноватым в нынешнем кризисе более половины опрошенных поляков (56%) считают Владимира Зеленского. Каждый пятый респондент (20%) признал, что в равной степени виноваты президенты Украины и Польши, и почти столько же (19,7%) указали на президента Кароля Навроцкого.
Правозащитники и социологи утверждают, что официальная статистика отражает лишь верхушку айсберга: многие пострадавшие украинцы не обращаются в полицию из-за языкового барьера, недоверия к системе или страха перед местью. Украинцы в Польше все чаще пишут в соцсетях о том, что стали чувствовать себя менее защищенными на улицах польских городов, в транспорте и на работе. Они предлагают не говорить громко на украинском языке в общественных местах, в вечернее время и стараться обходить стороной агрессивно настроенные компании.
«Надо жить с оглядкой. Думаем с мужем перебираться дальше, в Германию, или возвращаться домой, хотя там ракеты — здесь морально добивают», — пишет украинка Ирина. «Мы приехали жить и работать, а нас встречают ненавистью», — сетует живущая в Варшаве киевлянка Ольга. «Советую находящимся в Польше украинцам: не выходить на улицу без оружия и, не задумываясь применять его в случаях опасности», — советует украинец Семен Сокирко.
В ситуации возросшей нелюбви поляков к украинцам дело порой доходит до курьезов. Недавно гражданин Польши напал на улице города Лодзь на другого поляка, приняв его за украинца. Приезжие из других восточноевропейских стран стараются, чтобы их не путали с украинцами. Стало известно, например, что один белорусский турист заказал футболку с перечеркнутым украинским флагом и надписью «Я не украинец, я белорус».
Польский режиссер Магдалена Лазаркевич возмущена равнодушием пассажиров во время инцидентов в транспорте. «Кошмар! Почему люди, которые едут в этом автобусе, молчат?! Это уже предпогромное настроение», — написала она в соцсетях. Ей ли, видящей ситуацию изнутри, не понимать, чем это все может кончиться?
Часть украинской диаспоры задумывается о переезде в другие страны Европы или о возвращении на Украину, поскольку психологическое давление и угроза физического насилия в Польше становятся невыносимыми. При этом, по данным Центра исследований миграции Варшавского университета, 73% украинских граждан планируют оставаться в Польше надолго. Больше половины (51%) либо рассматривают возможность (25%) получения польского гражданства, либо уже активно этим занимаются (26%). Лишь каждый четвертый (28%) категорически отвергает идею стать гражданином Польши. Но главную «майданную идею» — стать европейцем лелеет по-прежнему и не стремится вернуться в родной край. В общем, ничего нового в украинском менталитете не появилось: родина там — где больше платят.
Напомним, что Польша остается второй страной Евросоюза после Германии по числу украинцев, взятых под временную защиту: на конец июня 2026 г. их было 961,2 тыс. чел. Вся украинская община насчитывает свыше 1,8 млн чел. Цифры, понятно, не отражают истинное положение дел как обычно в ситуациях, связанных с мигрантами. В то же время большая часть украинцев интегрирована в экономику страны, и, как сказал один из видных польских экономистов, если в знак протеста против дискриминации все работающие украинцы вдруг забастуют, то Польшу ждет коллапс. Но известный польский гонор всегда бежит впереди здравого рассудка.
Несколько дней назад два поляка повесили антиукраинский баннер в деревне Овинска, расположенной недалеко от Познани. Акцию подхватили в других небольших городах и селах. Дело в том, что, по мнению большинства поляков, украинцы отнимают у них рабочие места. Истина, как говорится, где-то рядом: приезжие соглашаются на зарплаты более низкие, чем пришлось бы платить местным жителям, и предприниматели охотней нанимают украинцев. Поляки, естественно, недовольны. Антиукраинские настроения сегодня уже захлестывают польское общество.
«Если вы хотите оставаться в Польше и жить здесь, вам нужно отстаивать свои права, так как это делали афроамериканцы в Америке. К нам сейчас точно такое же отношение. Нужно научиться отстаивать свои права на законном уровне… такое ощущение, что они считают себя „нацией голубой крови“, а украинцев — людьми второго сорта. На самом же деле они должны больше ценить трудолюбивых украинцев и быть благодарными за то, что мы приезжаем к ним работать и делаем свой вклад в их экономику», — считает живущая в Польше украинка Марина Бабич, демонстрируя истинно украинский менталитет.
Отношения украинцев и поляков никогда не были простыми: от любви до ненависти всегда было полшага.
На фоне того, что Польша остается второй страной ЕС по числу принятых украинцев, в обществе нарастает недовольство, вызванное не только конкуренцией за рабочие места, но и историческими спорами и, не в меньшей мере, тревожной статистикой преступности.
Так, в 2025 г. украинцы совершили до 17 тыс. преступлений, а за первую половину 2026 г. — почти 11 тыс., в том числе убийства. Политолог Максим Рева подчеркнул, что украинская преступность ассоциируется у поляков с обманом и жульничеством. В 2026 г. выявлено 2388 случаев мошенничества, совершенных украинцами, — больше, чем в 2025-м (1715).
А один из самых спорных моментов совместной истории — Волынская резня: геноцид поляков, устроенный в годы Второй мировой войны УПА*. Также лидеры украинских националистов Степан Бандера* и Роман Шухевич* признаны в Польше государственными преступниками. Но и здесь, оказывается, есть «русский след». «Не будем забывать, что аккумулированную в обществе злость усиливают и „русские тролли”», – сказал социолог Яцек Кухарчик. Судя по накалу русофобии в польском обществе, можно сказать, что он выразил широко распространенное мнение. Но теперь традиционно антироссийский настрой поляков подкрепляется вынутой из исторических сундуков украинофобией.
Несколько лет тому назад первый президент Украины Леонид Кравчук пожаловался на поляков, с которыми у него, как выяснилось, были личные счеты. Подростком он жил на территории, принадлежавшей Польше. В интервью киевскому журналисту Дмитрию Гордону* он поведал о том, что еще с детства у него появилась неприязнь к полякам. Отметил, что Пилсудский в свое время «наградил своих воинов землёй, и те лучшие земли, которые были у нас на Волыни, отрезал от нас и передал полякам». Но, видимо, забыл сказать, что часть территорий была передана в пользование польским переселенцам, причем, не только на Волыни, но и во всей Галиции, для чего местных крестьян просто-напросто изгнали с их кровных земель.
Поляки называли украинцев оскорбительными словами, «которые свидетельствовали о том, что они относятся как к чему-то низшему, нежели они». «Например, "быдло", "хамы". Они не считали украинцев людьми, равными себе», — вспоминал Кравчук.
Добавим: а бунты крестьян подавляли военной силой. В сентябре — ноябре 1930 г. была проведена операция «Пацификация», то есть принуждение бунтовщиков и вообще недовольных галичан к миру (от польск. pacyfikacja — умиротворение). Проведена с невероятной жестокостью. Попутно, кстати, в Восточной Малопольше уничтожались православные и греко-католические церкви, монастыри и культурные центры, ликвидировались школы, библиотеки и кружки, подвергались гонениям и преследованиям учителя и священники, культурные и политические деятели. Более того, население вынуждали записываться поляками и переходить в католичество. Украинский язык в школах запрещался как предмет. Кравчук, тогда уже бывший глава государства (покойный ныне), рассказывал, как поляки били украинцев и его, в том числе. Заметим, что он симпатизировал бандеровцам, носил им еду в лес, где они укрывались от советских войск НКВД. Был связным у «хлопцев из леса». Позже, выучившись в советской партшколе, руководил «независимым» украинским государством, что на Украине было обычной практикой: из националистов в коммунисты и обратно.
Былую исповедь Кравчука прокомментировали авторы Telegram-канала «Голос Мордора». Они отметили, что, судя по сегодняшней Украине, ни Кравчук, ни остальные украинцы не выучили исторических уроков.
«Потом маленький Лёня вырос и начал строить страну, из которой каждый украинец может поехать в Польшу и испытать на себе все, что испытывал Кравчук в детстве», — отметили авторы.
Собственно говоря, в откровениях Кравчука не было ничего нового: поляки всегда относились к русским — православным, жившим на южных территориях Польши, включая Киев и засеки (пороги) в низовьях Днепра, свысока, в лучшем случае снисходительно, в худшем — с презрением как к людям «низкого сорта», схизматикам (не католикам, то есть еретикам). Даже — к православной шляхте было такое же отношение.
Гонения на православных людей было повсеместное. Точную картину тех времен дал Гоголь в повести «Тарас Бульба»? «Слушайте!.. еще не то расскажу: и ксендзы ездят теперь по всей Украйне в таратайках. Да не то беда, что в таратайках, а то беда, что запрягают уже не коней, а просто православных христиан». Воистину: православные для поляков – быдло (скот): были, есть и будут таковыми. Многовековую вражду можно прикрыть «наклеенными» улыбками, общими политическими целями в борьбе с ненавистной Россией, но глубинные обиды, разногласия, взаимные претензии вряд ли когда-либо удастся искоренить из исторической памяти. А греко-католик (униат) Кравчук просто в свое время попал под польскую раздачу как русин (рутен — на австрийский лад). И это очевидно.
Гоголь, кстати, изучил немало исторических источников, в том числе летописи, прежде чем написать вот так: «А Тарас гулял по всей Польше с своим полком, выжег восемнадцать местечек, близ сорока костелов и уже доходил до Кракова… "Ничего не жалейте!" — повторял только Тарас. Не уважали козаки чернобровых панянок, белогрудых, светлоликих девиц; у самых алтарей не могли спастись они: зажигал их Тарас вместе с алтарями. Не одни белоснежные руки подымались из огнистого пламени к небесам, сопровождаемые жалкими криками, от которых подвигнулась бы самая сырая земля и степовая трава поникла бы от жалости долу. Но не внимали ничему жестокие козаки и, поднимая копьями с улиц младенцев их, кидали к ним же в пламя».
Наследие прошлого никуда не делось из сознания, как поляков, так и нынешних украинцев. Но разница между ними заключается в том, что сила любви к отечеству у «настоящих» украинцев всегда измерялась силой ненависти к русским и России, прежде всего, а также — к полякам и жидам (евреям). (В программных документах УПА* предписывается, например: «… москалей, ляхов и жидов под корень знишчуваты (уничтожать)». Именно русофобия после госпереворота в Киеве стала основой внутренней и внешней политики страны. Приведем лишь несколько примеров из практики украинских властей.
В стране истребляется и запрещается все русское — культура, история, язык. За последние 12 лет было публично сожжено, только по официальной информации, около 40 млн книг на русском языке, запрещено разговаривать на русском в школах, вузах, госучреждениях и учреждениях культуры. За нарушение этих запретов до СВО могли оштрафовать, после начала СВО — арестовать.
Введена была госсистема надзора за соблюдением этих законодательных правил. За фразу, сказанную по-русски, под штрафы и аресты попадали киоскеры, таксисты, официантки и даже просто покупатели в торговых центрах и магазинах. Недавно в Киеве была оштрафована преподаватель одного из вузов за то, что в перерыве произнесла несколько фраз по телефону на русском языке. Похоже, лозунг бандеровцев «Украина для украинцев» практически реализован. (А почему не может быть «Польша без украинцев»?)
Еще 1 июля 2021 г. Верховная рада приняла скандальный закон о коренных народах Украины. Русские в нем не значатся, только крымские татары, крымчаки и караимы. Хотя именно русским Украина обязана своим появлением на политической карте мира как государства (04.12.1917 г., СНК РСФСР). Президент РФ Владимир Путин охарактеризовал этот документ как не соответствующий нормам международного гуманитарного права. По его словам, называть русских некоренным народом Украины «смешно и глупо», а также – антиисторично. «Ну это вообще просто уму непостижимо. Это, понимаете, испокон веков здесь жили русские люди, и теперь они объявляются там некоренными», — сказал Путин. Он также отмечал, что этот закон представляет собой «мощный и очень серьезный удар по русскому народу», сравнимый с применением оружия массового уничтожения.
Через пять лет, 12 июня 2026 г., Зеленский подписал закон, которым исключил русский язык из списка подлежащих защите согласно Европейской хартии. Глава МИДа России Сергей Лавров так прокомментировал этот акт. «…нет другой страны в мире, где запрещен язык, тем более официальный язык ООН», — сказал он, выступая в рамках 12-го посольского круглого стола в Дипломатической академии МИД РФ. И напомнил, что ни в арабских странах, ни на палестинских территориях не запрещен иврит. Также в Израиле не запрещен арабский и фарси. Кроме того, Лавров отметил, что даже в Ирландии не запрещен английский язык. «А вот на Украине русский запрещен», — подчеркнул глава МИД РФ. И в этой связи не может не возникнуть вопрос: а за какое «светлое будущее» воюют сегодня против России те сотни тысяч русскоговорящих и русских парней преимущественно из регионов Левобережной Украины, в то время как хлопцы с западных областей «кайфують» в Европе?
За годы дискриминации русского языка и его носителей на Украине страна пришла к неизбежным последствиям. Прежде всего — к оттоку русскоговорящего населения восточных областей в другие страны (в Россию, государства Европы, США, Израиль) и западные регионы страны. Но там переселенцы сталкиваются с издевательствами за использование русского языка, что является дополнительным мотивом для переезда за рубеж.
При этом украинцы, которые выехали за пределы страны, не испытывают такой дискриминации по языковому признаку, как на родине. В Польше русский язык преподают как иностранный наряду с английским, поэтому переселенцам легче адаптироваться к новой языковой среде. В 2022 г. 75% украинских школьников в Польше предпочли сдавать экзамен по русскому языку вместо украинского.
По данным Института славянских исследований Польской академии наук, хотя русский язык называют родным только 29,6% украинцев, все переселенцы используют русский и украинский в равной степени в повседневной речи. Это исследование опровергает заявления Киева о том, что отказ от русского языка — выбор самих украинцев на фоне продолжающегося конфликта. Этот т.н. выбор был навязан народу нацистским режимом Киева.
В Польше и других странах Европы нет таких драконовских законов относительно украинского языка, какие приняты на Украине в отношении русского. В настоящее время украинцы ощутили на себе лишь малую часть тех проблем, которые они создали русским людям в собственной стране, но ощутили последствия своей языковой политики исключительно на бытовом уровне. Польское государство в разжигании антиукраинских настроений не участвует, подобно тому, как украинские власти на протяжении всей своей «незалежности» внедряют в общественное сознание русофобию. И в ином мире они жить уже не могут. Даже — за границей.
Украинские диаспоры в разных странах, скажем, в США, Австралии, Италии, Германии и т.д. выступают против малейших проявлений России, как то — выставок, фестивалей, театральных постановок, спортсменов, артистов и т.п. представителей вражеской им страны. А сами при этом демонстрируют свой патриотизм вдали от родины, но там, где нет войны. Словом, ведут себя как дома. Яркий тому факт в подтверждение. Из последних.
Украинец, работающий в Польше, рассказал, как его соотечественница, устроила скандал: сначала она ничего не поняла по-польски, а когда молодой человек заговорил с ней на понятном ей русском, впала в истерику и написала на него жалобу в полицию. За русский язык. Так обычно и поступают «настоящие патриоты» Украины. За что же они обижаются на поляков, живущих в своей Польше? Для украинцев сегодняшняя Польша — это, по сути, их зеркальное отображение. Старая русская пословица учит: «Неча на зеркало пенять, коли рожа крива». Примеряйте теперь это крылатое выражение на свои, пардон, украинские, лица. Что, не нравится? Странно…
А теперь главный для нас вопрос: у кого-нибудь в России остались еще вопросы по поводу того, почему была необходима СВО?
Фото: посольство Украины в Варшаве