Волшебная дудочка...
...Что хранишь ты, то пропало, то, что отдал, — то твоё
(Шота Руставели)
Таксист врубил музон и похвастался:
- Вёз я недавно иностранца с русской тёткой, заплатили хорошо, не обидели, а при выходе он подарил мне вот эту кассету и даже расписался. Видишь – морда на картинке? Это он.
…Я ехал и мечтал, чтобы мы попали в дикую пробку, или пробили колесо, тогда бы я помог водиле возится с запаской, зато в это время смог бы слушать эту удивительную музыку.
Но в девяностом, да ещё и ночью, никаких пробок в Питере не наблюдалось и мы вскоре тормознули у палисадника моей общаги. Я расплатился. Набрал воздуха и всё же решился на абсолютную наглость – попросил переписать этот дурманящий музон. Ну не смог уйти от него просто так. Таксист покочевряжился и к счастью, всё-таки соблазнился крепким чаем и туалетом.
Я моментально выцепил у спящих соседей двухкассетник и не снимая шапки принялся перегонять магнетическую музыку. Жаль, что пришлось на быстрой скорости , время – деньги.
К несказанному огорчению, посреди последней песни закончилась моя кассета, но делать было нечего, поблагодарил водилу и попрощался.
С той ночи, изо дня в день с утра до вечера мы с другом Андрюхой, гоняли нашу волшебную дудочку.
Приходя домой из института, первым делом включали свет, а вторым врубали загадочный музон и только потом разувались и мыли руки.
Удивительно, но он никогда нам не надоедал и каждый кто его случайно слышал - примерзал надолго. Наркоманский какой-то музончик…
Спустя пару месяцев, как-то вечером в дверь постучали, на пороге стоял тот самый таксист с бутылкой вина:
- Здорово, мужики, пол общаги перебудил, пока вас нашёл. Не сочтите меня за идиота, но не осталось ли у вас случайно той записи с кассеты? Мою сегодня клиент-сученышь, на заправке спёр. А без неё я уже и не могу, привык. Хорошо, что тогда дал вам перекатать.
Естественно, мы его вполне поняли (сами были такими же идиотами) и уже через минуту началась перезапись.
Я говорю:
- Очень кстати ты прибежал на ловца. Мы уже все головы сломали, не можем понять - кто же это поёт?
Таксист:
- Да в том-то и дело, если бы я запомнил кто, то и без вас бы нашёл, а так, чёрт его знает, то ли Дан, то ли Ван. Не помню, хоть убейте.
Мы тепло попрощались и уже навсегда.
Жаль, что я не догадался записать номер его машины. Но кто же знал…?
А та музыка была всегда при мне в маленьком кассетном плеере. Не знаю, как сейчас, но тогда не было ни одного человека, которому бы она не понравилась. Даже когда я ездил к друзьям в Кировскую область, старый татарин - привокзальный бомбила на москвиче, спросил по дороге:
- Чё ты там все время слушаешь? Музыку, или язык какой учишь?
Я врубил в авто-магнитолу и даже его пропёрла волшебная дудочка:
- Ух ты! Больно душевно поёт. Айда поедем к моей сестре, у неё два магнитофона же есть? Я запишу быстренько, потом тебя завезу.
Поехали, переписали, хоть и потратили на это полтора часа моего времени, но татарин деньги за проезд всё-таки взял.
Ну да ладно, в маленьких городках у времени другая цена. К тому же, как оказалось потом - за всё нужно платить.
А вскоре случилось страшное – я вытряхнул на Невском проспекте свою драгоценную кассету из нечаянно открывшегося плеера. Долго ходил взад-вперёд проклиная себя, но конечно так и не нашёл.
Даже с другом смертельно разругался до конца жизни, на три дня...
Делать нечего, нужно искать концы. Таксист отпадает и тут я с ужасом понял, что все кому я давал переписать этот наркоманский музон, разъехались по разным городам и странам, а самое главное – имени того загадочного певца – иностранца, я не знаю даже приблизительно.
Попробовал, конечно, поспрашивать у ларёчников - «Дана» или «Вана», но все безуспешно.
Шли годы и не было дня, когда бы я не вспоминал ту загадочную наркоманскую музыку. Скупил сотни дисков разных исполнителей отдалённо похожих по голосу и стилю. Не помогало. Я чувствовал себя толстовским львом из зоопарка у которого умерла любимая собачка.
Но самое удивительное, что с тех пор, я ни по радио, ни в телевизоре, ни случайно, ни специально, не слышал ни одной ноты из той кассеты. Ни разу! Это было очень странно, ведь музон и вправду неплох.
Уже после института, когда мы перезванивались с моим другом Андрюхой, нашими первыми словами всегда были:
- Ну, ты нашёл? Здорово, как дочки?
- Я нет, а ты? Привет, дочки в порядке. Как сам?
В конце разговора мы подтверждали друг другу, что не сумасшедшие и та наша музыка нам не приснилась, а действительно существовала в природе.
Но как можно найти то у чего нет ни голоса ни имени?
___________
…За всеми этими заботами и к счастью, не только этими, прошло двадцать лет.
И вот меня по долгу службы занесло на съёмку в маленький городок Кировской области. Вышли с оператором из поезда, уселись в шикарную десятку с шашечками. Едем.
Водила – пацан лет девятнадцати, на полной дребезжащей громкости слушал блатняк, про то, что «он» сел из-за неё, а «она» - скотобаза, его разлюбила, позабыла, да ещё и вышла замуж, за какого-то неприятного человека…
Водила, стремясь поддержать светскую беседу, принялся перекрикивать рык из своих колонок:
- А Вы из Москвы-то?
- Да.
- Ну и что там у вас нового? Какие движения? Мы с братишкой скоро туда поедем.
- Да всё по старому, вот только с 15-го июня, в Москве все перестали слушать блатняк.
- А чё, запретили!?
- Да нет, просто сами задолбались…
Пацанчик нехотя выключил, стало тихо и приятно.
Не глядя на дорогу, он покопался в бардачке, вынул серенький диск с надписью «зарубежка-Москва» и сказал:
- Вам должно это понравиться.
А через секунду мир перевернулся и наполнился звуками моей волшебной дудочки…
Моей, потому, что последняя песня обрывалась в том самом месте.
Я записал пять минут на диктофон и нехотя попрощался, передав привет отцу и тётке пацанчика…
Кое-как я дожил обратно до Москвы. С Казанского вокзала сразу помчался на «Горбушку», собрал там консилиум из знакомых монстров рока и уже вечером позвонил другу Андрюхе и сказал:
- Ты будешь смеяться, но я нашёл! Зовут его Майкл ван Дайк. Привет. Как ты..?
2012 год.