Вся семья «папы «Петербургского ангела» Романа Шустрова переболела коронавирусом. Но в официальную статистику попали только погибшие. «Фонтанка» на примере Шустровых рассказывает историю болезни одной петербургской семьи и о том, как в городе планируют распорядиться наследием скульптора.

«Папа ангела», петербургский кукольник и скульптор Роман Шустров умер от коронавируса через три недели после того, как в больнице скончался его старший брат Александр. Их семьи переболели дома, потому что боялись попасть в стационар.

Между тем последний проект Романа Шустрова вошел в шорт-лист всероссийского конкурса идей новых достопримечательностей, однако администрация Петербурге не согласовала место для его установки. Но новый адрес у «Петербургской старушки» все-таки будет.

В середине мая город потрясла новость — автор «Петербургского ангела», сидящего на скамейке в Измайловском саду, скульптор Роман Шустров скончался в больнице от коронавируса. Незадолго до этого он ухаживал за своим старшим братом, у которого ковид подтвердили посмертно. Вдова Александра Шустрова, искусствовед Ольга Шустрова рассказала «Фонтанке», как вся семья «папы ангела» болела COVID-19 и почему легче всех инфекцию перенесла 90-летняя бабушка.

Супруги Ольга и Александр Шустровы приехали в Петербург из Литвы в начале марта, как они тогда думали, всего на пару недель. Александр более 20 лет занимался акробатической пантомимой. А после неудачной операции в 2013 году требовалась регулярная помощь врачей Военно-медицинской академии.

Плановый осмотр был назначен на середину месяца, но старые травмы привели к осложнениям, и 2 апреля скорая увезла Александра Шустрова в отделение гнойной хирургии на улице Косинова. Спустя неделю его выписали домой, долечиваться, и близким казалось, что теперь все будет хорошо. Буквально через день после выписки оказалось, что в городской больнице № 14 неладно из-за новой коронавирусной инфекции. После внеплановой проверки Роспотребнадзора больницу привлекли к административной ответственности за халатное отношение к эпидемии.

«Когда выяснилось, что в больнице на Косинова коронавирус, нам предложили сдать тесты на ковид, — рассказала «Фонтанке» Ольга Шустрова. — Но мы отказались из-за опасений, что в случае положительного результата нас всех отправят в коронавирусные стационары. С нами живет моя мама, ей 90 лет. И мы очень боялись, что она попадет в такой стационар. Мы постарались максимально изолировать их с Сашей друг от друга в разных комнатах. Но, конечно, заболели все».

Вызванный на дом врач назначил семье лечение как при ОРВИ — антибиотик и противовирусный препарат. Пожилая мама Ольги Шустровой, Галина Сергеевна, улучив момент, нарушила запрет супругов и сделала уборку в комнате Александра — и тоже заразилась. Но перенесла заболевание легче всех в семье. «Мы думаем, что маме помогло то, что много лет она работала рентгенологом и получала небольшие дозы радиации, — говорит Ольга Шустрова. — Вероятно, это ее защитило».

17 апреля скульптор Роман Шустров начал ухаживать за братом, так как Ольга уже была обессилена и сама нуждалась в лечении и поддержке. Спустя несколько дней у Александра Шустрова начались серьезные проблемы с дыханием, и скорая снова увезла его в стационар. На этот раз — в больницу на Костюшко. На тот момент она считалась «нековидной» и не была рассчитана на прием инфекционных пациентов. Там Александру Шустрову сделали КТ и тест на коронавирус. Исследование показало обширное поражение легких по типу «матового стекла». Глубокой ночью пациента отправили в перепрофилированную под коронавирус Александровскую больницу. 25 апреля Александра Шустрова не стало. Через две недели родственникам сообщили, что это был подтвержденный случай коронавируса.

Тем временем у себя дома заболел Роман Шустров. Температура у него поднималась до 38,9. «Он задыхался, мучился, ходил, как медведь в берлоге, — рассказывает Ольга Шустрова. — Когда 5 мая его привезли в Мариинскую больницу, оказалось, что врачи знают его работы. Они называли его «папа ангела». После КТ выяснилось, что у Ромы 80 % легких поражено. Его положили в палату с четырьмя другими пациентами. Он сильно кашлял и боялся, что это будет мешать соседям — выходил кашлять в коридор».

Спустя два дня состояние Романа Шустрова резко ухудшилось. В реанимации его ввели в искусственную кому и подключили к аппарату ИВЛ. «Врачи делали все, чтобы спасти Рому, но у него начали отказывать внутренние органы», — говорит Ольга Шустрова.

Спустя неделю, 14 мая, «папа ангела» скончался. Ему было 60 лет.

Вдова скульптора Мария Касьяненко тяжело переживает утрату супруга и до сих пор практически ни с кем не общается. К тому же последствия перенесенной пневмонии все еще дают о себе знать: в начале болезни у нее самой было 50-процентное поражение легких. После смерти Александра и Романа Шустровых членов их семей на коронавирус не обследовали — официально все они переболели ОРВИ и в «ковидную» статистику не попали. «После смерти Александра и Романа никто не интересовался тем, болеем ли мы, каково наше состояние. Мария лечилась дома, мы обе принимали противовирусный препарат в высокой дозировке, — говорит Ольга Шустрова. — У меня довольно тяжелый хронический бронхит, и легкие уже привыкли к постоянному дискомфорту. Поэтому при поражении 30 % по типу «матового стекла» я перенесла заболевание довольно легко, но чувствовала абсолютную потерю сил. Анализы на антитела у нас положительные. Мы не жалеем, что с самого начала не стали делать тесты на коронавирус и не стали ложиться в стационар».

Из-за эпидемиологических ограничений друзья и близкие не смогли проститься ни с Александром, ни с Романом. «Но после смерти Ромы нам стали приходить письма из разных городов и стран — люди, у которых дома хранятся его работы, присылали соболезнования и фотографии этих работ, — говорит Ольга Шустрова. — На основе этих фотографий друзья Ромы сделали документальный фильм «Сказочный мир Романа Шустрова».

Спустя три недели вышла вторая часть этого фильма, в которой рассказывается о проектах, которые он не успел реализовать».

Один из таких проектов — творческий центр «Остров мастеров» на Матисовом острове. Сегодня там расположены «Адмиралтейские верфи», а на пустыре — бензозаправка. Скульптор мечтал изменить облик острова, обустроив здесь мастерские художников, в которых могли бы проводиться культурные мероприятия и мастер-классы. По легенде, когда Петербург еще только строился, финский мельник по имени Матиас наблюдал со своей мельницы за акваторией и первым сообщал Петру о приближении шведских кораблей. В его честь остров и получил название. Впоследствии шотландский промышленник Чарлз Берд создал на Матисовом острове целую промышленную империю. Именно здесь, на заводе Берда были изготовлены все металлические детали Исаакиевского и Казанского соборов, пролетные конструкции петербургских мостов и фигура ангела для Александрийской колонны.

Третий фильм о Романе Шустрове по его книге «Я — кукольник» выйдет ко дню рождения скульптора, 30 июля.

Последний проект «папы Петербургского ангела» Романа Шустрова попал в шорт-лист всероссийского конкурса идей новых достопримечательностей «Культурный след». Скульптурную композицию «Дама с собачкой» («Петербургская старушка») предложила на конкурс жительница Коломны, журналист Елена Толщихина. На сайте конкурса проект называется «Культурный код Северной столицы». Роман Шустров рассказывал, что на создание образа пожилой дамы с собачкой его вдохновила история оперной певицы Любови Дельмас, у которой был роман с поэтом Александром Блоком. Вместе они прогуливались по Коломне. Дельмас пережила своего возлюбленного на много лет и стала той самой интеллигентной петербургской старушкой.

Однако «Старушка» оказалась единственным объектом из 15, вошедших в шорт-лист конкурса, который не получил согласия на установку со стороны администрации региона. Дело в том, что в конкурсной заявке композицию предлагалось установить на пересечении улицы Лабутина и Прядильного переулка. А этот участок, как следует из официального ответа комитета по градостроительству и архитектуре на обращение Елены Толщихиной, находится в границах единой охранной зоны объектов культурного наследия, расположенных в исторически сложившихся центральных районах Санкт-Петербурга. По закону размещать здесь новые произведения монументального искусства нельзя.

Но на самом деле адрес, указанный в конкурсной заявке, полностью не удовлетворял и наследников скульптора. В сквере, где нет ни ограды, ни видеонаблюдения, бронзовая старушка с ее собачкой может стать жертвой вандалов, опасаются они. Теперь объекту ищут новое место.

«Несмотря на то, что мы не можем включить Романа Шустрова в число пяти победителей, мы очень хотим установить этот памятник, — рассказала «Фонтанке» президент фонда «Живая классика», автор и руководитель конкурса «Культурный след» Марина Смирнова. — Вариантов есть несколько. Есть закрытая территория около педагогического университета имени Герцена, где памятник точно не украдут. Второй вариант — Фонтанный дом. Мы будем вести переговоры с наследниками о том, готовы ли они поменять место для размещения памятника».

Семья скульптора уже выразила согласие на установку скульптуры в садике Фонтанного дома.

Венера Галеева

«Фонтанка.ру»

Обложка диафильма по мотивам книги Чудак из шестого «б» Владимира Железникова