– Ладно! Слушайте! Суровое это было время. Мне тогда лет двадцать пять было. Я как-то и не помню, как это все началось. А потом бац – карантин!
– У-у-у! – восторженно подвывали внуки.
– На работу ходить запретили, – Денис вспоминал и подкручивал ус, – На улицу без причины нельзя, сидели дома.
– У-у-у-у!
– Да, суровое было время. Я со скуки кинулся смотреть сериалы. Но быстро наскучило. Потом залипал на ютубе, надоело. Чем себя занять? Непонятно.

Денис покосился на экран смартфона, дети смотрели с неподдельным ужасом.

– Ну вот так и... Книги стал читать, всякие. А там и пошел по наклонной. Французский язык выучил, с бабушкой вашей познакомился, поступил онлайн в универ, досрочно сдал три курса... Изучал программирование, нарисовал картину, читал Сартра, закрасил картину к чертовой бабушке, читал Ницше – перевернул картину обратной стороной, научился играть на гитаре, спорил с соседом из дома напротив о Гегеле, обещал набить ему лицо, когда карантин кончится, он вообще Марксист оказался. Написал докторскую по философии, читал Гоголя – сжег докторскую на кухне... Тушил кухню, потом лечил ожоги и изучал физику, плакал и перечитывал Маркса под вино. Переосмысливал фразу ад – это другие.

Денис замолчал, хотя перед его глазами мелькали воспоминания. Мелькали быстрее, чем он мог их озвучивать. Этот водоворот затягивал его куда-то.

– Деда! Ну а дальше что?!
– А... Что? – растерялся Денис, – Потом, к счастью, вирус того, все. Началась нормальная жизнь. Как мы радовались! Ох как радовались! Работа, дом, пьянки по пятницам. Все как положено. Сдюжили мы заразу-то! И каждый год отмечаю с товарищами теперь!

Денис замолк и посмотрел на экран смартфона. Поверх внуков увидел свое отражение. Пожилой хипстер с каким-то странным, грустным блеском в глазах.

(С) Рагим Джафаров