Пару лет назад делали мы Alona Koshelenko серию рассказов о городах и сёлах Израиля
«Точки над i».
Больше полутора десятков городов и кибуцев посетили, с местными жителями погуляли, на их жизнь посмотрели, а потом домой вернулись и увиденное показали и рассказали. Рассказы о посещенных городах по ссылке во втором комментарии (может там и ваш город/кибуц есть?)
Спустя некоторое время решили от проекта отдохнуть.
И пока отдыхали посетили еще пару городов :) и теперь попробуем о них рассказать.
Точки над iзраилем – Зихрон Яаков
Многие молодые люди основывали новые поселения ЕКО, такие как Явниэль, Кфар-Тавор, Менахамия и т. д.
Всё это происходило потому, что чиновники ЕКО решили, что «в колонии слишком много колонистов» (очевидно, образцом, на который они равнялись, было еврейское поселение в Аргентине, которое было основано бароном Хиршем и располагало огромными территориями).
По словам представителей ЕКО, способ исправить ситуацию состоял в том, чтобы сократить количество фермеров и других жителей поселения на 50 процентов. Это достигалось методом «кнута и пряника»: с одной стороны, экономическим давлением, главным образом прекращением обеспечения «средствами для существования», а с другой – денежными поощрениями (тем, кто изъявлял желание покинуть колонию, оплачивался билет на корабль во Францию и выдавалась “премия” в размере около 2000 франков на человека). Несмотря на то, что со временем эта сумма сократилась до 600 франков, она по-прежнему была очень значительной; для сравнения стоит отметить, что среднемесячная зарплата на семью составляла около 60–50 франков.
Уже на ранних стадиях «проекта прореживания» жители Зихрона осознали, что он представляет опасность для самого поселения и противоречит идеалам, ради которых они приехали в Израиль. Исходя из своих принципов и своей любви к этой земле, они были готовы отказаться от «безопасного будущего» под крылом бюрократической системы йешува.
В течение трёх лет они храбро и с большой мудростью боролись против «проекта прореживания». Однако, некоторые семьи не выдерживали борьбы с громоздкой бюрократической машиной, и в колонии часто можно было увидеть гружёные домашним скарбом повозки, сцены прощания с родными и близкими и услышать душераздирающие рыдания.
Чиновники ЕКО, с высоты своего высокомерия, не слушали мольбы жителей и отклоняли любую попытку убедить их отказаться от этого глупого пути, и именно клерки решали, какая семья останется в поселении, а какая будет изгнана из него. Некогда восторженные пионеры, которые ещё будучи в Румынии, лелеяли мечту о возвращении на Землю Израиля, были вынуждены расстаться с нею.
Целые семьи были оторваны от своих корней, разлучены с родственниками и друзьями, с которыми они прошли долгий путь. В мошаве бушевали бури, которых она никогда ранее не переживала. Оппозиция «проекта прореживания» усилилась. На экстренном собрании в синагоге, в рамках борьбы с этим суровым указом, зихронцы решили создать “коммуну”, в которую вошли все поселенцы.
Было решено перейти к совместному существованию, как в области обработки земли, так и в распределении доходов в зависимости от размера семей. Коммуна получила название “Коммуна Анавим (“Виноград”)”. Её деятельность позволила распределить ресурсы между всеми фермерами в равной степени, так что, несмотря на то, что уровень жизни по-прежнему был очень низким, фермеры единогласно её поддерживали. Основным значением коммуны было то, что она создала в поселении ощущение общности судеб и предотвратила возможность оказания давления на жителей.
Коммуна продолжала существовать и через несколько лет после окончания кризиса, в форме совместных экономических инициатив. Она функционировала как независимая экономически организация, и управляла универсальным магазином, зерновыми складами и многим другим.
В 1903 году позиции чиновников ЕКО претерпели изменения, и вместо того, чтобы уменьшать число жителей Зихрон-Яакова, Еврейский Национальный Фонд (JNF) на средства барона Ротшильда купил земельные наделы Буржд (Биньямина) и Мерах (Гивъат-Ада). Эти земли были переданы фермерам на условиях приобретения по долгосрочному контракту. Дети основателей-первопроходцев зарекомендовали себя как образцовые фермеры и создали успешные процветающие хозяйства.
Улучшение экономического положения фермеров позволило сократить зависимость от чиновников барона Ротшильда и от его капиталов. Экономическая независимость породила в поселении атмосферу оптимизма. Уверенность в себе в среде фермеров росла, росла и активность в жизни поселения во всех её областях: стали открываться отели и рестораны, успешно функционировало множество магазинов.
Приезжие и туристы массово прибывают в колонию.
Поселковый комитет получил возможность взимать более высокие налоги, деньги с которых шли на решение ряда проектов по развитию мошавы: строительство новой бани, покупку мельницы, расширение маслодавильни, установку новых двигателей для перекачки воды и самого важного проекта – прокладку подъездной дороги к посёлку, что обеспечило удобный проезд для повозок.
В Зихроне стали селиться мастера разного профиля, которые внесли большой вклад в развитие колонии.
Благодаря этим профессионалам Зихрон стал сервисным центром для всех соседних населённых пунктов. Жители окрестных арабских деревень каждый день массово приезжали в поселение: починить ли порванную упряжь или подковать своих лошадей. Многие люди приходили в Зихрон, чтобы купить продукты в универмаге (одном из крупнейших в Израиле) или лекарства в аптеке. Не раз они приводили или привозили с собой всю свою семью, чтобы вместе насладиться красотой колонии и ее хорошей организацией.
В источниках упоминается, что арабские жители этого района раньше покупали для членов своей семьи магазин “Чупар” – бутылки с газировкой, производящейся в Зихроне. В то время этот напиток ещё не был известен в сельской местности (в Зихроне же функционировало три завода, первый принадлежал Хиршу Менделю Ротштейну, второй – Джейкобу Вольфу Ашкенази и третий – Йехезкелю Горенштейну).
В своей книге “Поколение маапилим” (маапиль – нелегальный эмигрант в Палестину в период британского мандата) известный доктор Гилель Яффе описывает отношения между евреями и арабами в колонии: взаимоуважение, признательность и дружбу; там даже возникло партнёрство в разведении чистокровных благородных лошадей! Это было наивысшим проявлением дружбы, уважения и доверия по отношению к еврейским колонистам со стороны арабского населения.
В тот период вина Carmel, производимые в Зихроне, набирали популярность в Израиле и Европе, молодые оливковые деревья давали хороший урожай и на складах находятся десятки бочек с оливковым маслом. Оно продается вместе с винами Carmel в Европе и даже в Индии. Многие считали, что оливковое масло из Зихрон-Яакова превосходило по качества даже испанское.
Успех поселения привлекает новых поселенцев, которые оседают в Зихроне. В этот период процветания Зихрон сохраняет свой статус крупнейшего еврейского поселения в Палестине. Хотя некоторые офисы ЕКО постепенно переместились в Хайфу, городок всё ещё оставался сердцем бюрократического механизма, который был ответственен за принятие решений, жизненно важных для многих колоний по всей стране.
В колонии бурлит культурная жизнь, библиотека расширяется и переезжает в свой новый дом в Бейт-ха-Ам (ныне Музей Первой Алии), проводятся лекции, спектакли, различные музыкальные представления.
В 1912 году в Зихрон-Яаков приехали 15 семей йеменских евреев, чья интеграция в еврейский йешув была медленной и сопряженной с большими трудностями.
С годами в поселение приезжало всё больше и больше иммигрантов из разных стран.
За много лет жители Зихрона научились находить общий язык с турецкими властями и даже удостаивались положительной оценки своей деятельности. За годы существования под властью Турции колония смогла достичь расцвета, но тут наступает 1914 год. Первая мировая война.
Сначала волны чувства патриотизма и лояльности к турецкому режиму захлестнули всех жителей Зихрона. Восторженные молодые люди под предводительством Александра Ааронсона уходили добровольцами в османскую армию. Турецкие власти относились к добровольцам двояко: с одной стороны, они этому противились, с другой – ценили еврейских бойцов. Через короткое время из-за неудач в войне отношение к солдатам-добровольцам стало презрительным и пренебрежительным.
Турция объявила войну священной войной (то есть джихадом), после чего еврейские солдаты в рядах армии сразу превратились в “неверных” и неполноценных. Их стали распределять в рабочие батальоны, которые занимались мощением дорог и тому подобной не героической работой. У них отобрали их форму и выдали кишащую вшами одежду.
С 1914 года колонию начинают постигать различные бедствия. Из-за трудностей войны турецкий режим быстро поменял правила игры и прежние правила оказались недействительными. Жители Зихрона оказались в водоворотах событий и катастроф, которые поставили всю колонию в трудное положение.
Трагическая череда событий началась в том же 1914 году. Прошедшая в начале мая буря с градом нанесла большой урон сельскохозяйственным угодьям. Цветущие деревья были побиты. На полях почти созревшие злаковые культуры были прибиты к земле, и большинство из них погибло.
Не успел Зихрон оправиться от этого удара, как в 1915 году его настигло новое бедствие. Саранчовые стаи, коих прежде не видела эта земля, густым ковром покрыли поселение, поля и сады. Каждый лист и каждый зелёный стебель были уничтожены. Турецкое же правительство, не знающее об этих бедствиях, требовало выплаты налогов, как будто ничего не произошло.
Еще одно тяжёлое бремя, упавшее в те времена на поселенцев – это расходы на выкуп солдат из армии. Положение новобранцев было просто ужасным, отчаянные призывы о помощи приходили со всех сторон. Жители Зихрона через комитет колонии добились успеха, и несмотря на высокие налоги и обязательный принудительный труд на благо турецкой армии, смогли собрать деньги и вызволить большую часть молодых колонистов из лап турецкой армии. Некоторым из выживших удалось убежать и спрятаться. Но есть и те, кто не вернулся, и по сей день их судьба неизвестна.
Тем временем, ситуация ухудшается. Разочарование в турецком режиме растёт. Протурецкие настроения начала войны быстро исчезают. Жестокое и неблагодарное отношение турецкого режима к еврейскому йешуву ведет к созданию подпольного движения “Нили” (название которой является аббревиатурой фразы пророка Шмуэля “Нецах Исраэль ло йишакер” (“Вечный Израиль не обманет”), к которому присоединяются десятки молодых людей (большинство из которых – жители Зихрона). Руководил организацией местный агроном Аарон Ааронсон.
Повстанцы приходят к осознанию того факта, что еврейская община в Палестине больше не может существовать под турецким правлением. Подпольщики организуются в Зихрон-Яакове и Атлите и начинают тайно и с большим мужеством проводить разведывательные операции на службе британской армии. Турки преследовали подпольщиков и их семьи, арестовывали их, подвергали публичным поркам палками, пытали.
Позднее турки, боясь вторжения британских армий со стороны моря, безжалостно изгнали жителей Яффо и Тель-Авива на север. Сначала “депортированные” поселились в районе Кфар-Сабы, но по мере приближения линии фронта их гнали всё дальше на север.
Более тысячи изгнанников прибыли в Зихрон. Все дворы и склады были заполнены “депортированными”. Их приходилось селить даже в сырых и влажных подвалах виноделен. Большая часть зерна и транспортных средств в Палестине уже была конфискована турецкой армией, нехватка продовольствия так была велика, что даже несмотря на передачу денег от повстанцев “Нили” в “Комитет спасения”, возглавляемый Меиром Дизенгофом, люди страдали от голода. Многие из этих «депортированных» не могли противостоять голоду и болезням, и их могилы сегодня можно было увидеть на кладбище Зихрона.
В 1918 году Первая мировая война закончилась. 400 лет турецкого владычества в Палестине подошли к своему концу. Палестина переходит под британское правление.
Облегчение и чувство избавления охватило жителей Зихрон Яакова. Жители поселения мечтали, что Аарон Ааронсон, сын колонии и лидер подполья Нили, будет назначен на высшую должность в гражданском правительстве – Верховного комиссара, но судьба распорядилась иначе. Ааронсон трагически погиб в авиакатастрофе над Ла-Маншем. Вся колония горько оплакивала своего достойного сына.
Этап зализывания ран войны быстро сменился восстановлением и ростом. В сердце каждого расцвела надежда на радужное будущее. Зихрон Яаков был тогда областным центром, где в течении двух лет располагался штаб командующего военным правительством: сначала им был полковник Уолли, затем капитан Рединг.
С окончанием Первой мировой войны многие из жителей Зихрона, которые во время войны были гражданами вражеских стран, вернулись из ссылки, навязанной им турецкими властями. Население колонии выросло. Десятки рабочих вышли на работы по осушение болот и мощению улиц Зихрона и подъездных дорог.
Как бы ни парадоксально это звучало, ужасная война привела к экономическому подъёму в колонии. Сотни тысяч солдат Британской империи, дислоцированных в Палестине, были весьма охочи до местного вина, так что все запасы с виноделен вскоре были проданы британской армии по хорошей цене, и спрос на вино только увеличивался.
Согласно переписи населения 1931 года в Зихроне на тот момент проживало 1429 человек (в том числе 214 мусульман и 23 христианина).
Уже во время Первой мировой войны в Зихроне зародились и начали действовать подпольные движения. Накануне Войны за независимость (в 1948 году), в Зихроне и его окрестностях располагались учебные базы, тайники и множество складов оружия. Некоторые из них были спрятаны в древних пещерах по соседству с городом.
С началом Войны за независимость многие молодые люди и взрослые жители Зихрона добровольно вызвались вступить в ряды Армии обороны Израиля, и, несмотря на большие потери, они внесли огромный вклад в создание государства Израиль во имя всех будущих поколений.
После создания Государства Израиль 50 семей из Йемена поселились в северной части поселения, по соседству с репатриантами из Турции. Позднее сюда прибыли 40 семей репатриантов из Ирака, которые жили в палаточных городках вплоть до 1956 года; после них последовали три волны репатриации из Марокко.
Процессы абсорбции столь разнообразных слоёв населения изменили облик поселения. Зихрон-Яаков из небольшого поселения превратился в пёстрое сообщество, где бок о бок жили семьи основателей-фермеров и репатриантов из разных диаспор и культур.
Благоприятный климат и живописный ландшафт способствовали созданию в Зихрон-Яакове курортного центра с тремя крупными домами отдыха, что частично изменило сельскохозяйственный характер поселения.
В 1950 году Зихрон-Яаков получил статус местного совета.
Умирая в 1934 году в Париже, Ротшильд выразил желание быть похороненным на Святой земле.
Спустя 20 лет это желание было выполнено. В 1954 году к югу от Зихрон-Яакова, в роскошном парке, называемом «Рамат ха-Надив» («Сад щедрого»), появился семейный склеп барона Ротшильда и его жены, гробы с прахом которых были перевезены в Израиль и захоронены.
Дом Ааронсонов – самого Аарона и его сестры Сары – превращен в музей; здесь хранятся архив движения “Нили”, библиотека и ботанические коллекции Ааронсона.
