«Маленький Тель- Авив»
100 лет Тель-Авиву .Очерк второй. "Тель-Авив ха-ктана"
11-04-2019 21:24
к комментариям - к полной версии
- понравилось!
Очерк второй.
«Тель-Авив ха-Ктана», «Маленький Тель-Авив» - так ностальгически ласково называют жители Тель-Авива те несколько улиц, которые выросли в начале ХХ века среди песчаных дюн и превратились в огромную метрополию, объединяющую сегодня более 40 населенных пунктов и почти два миллиона жителей - треть населения страны.
«Тель-Авив ха-Ктана» – это Старый город, если можно назвать "старым" город, 100-летний юбилей которого отмечали совсем недавно, когда рядом - 5000-летний Яффо.
«Тель Авив ха-Ктана» началась на песчаных дюнах Керем Джебали, купленных в 1909г обществом «Ахузат Баит» [см. Очерк первый, "ИМЯ"] рядом с Яффо восточнее еврейского квартала Неве Цедек. На приобретенных 11 гектарах земли энтузиасты, приехавшие из разных стран мира, сионисты первых волн эмиграции впервые за последние почти 2000 лет галута (иврит, "изгнание") решили построить на Земле Израиля еврейский город.
Участок представлял собой две большие дюны, разделенные низиной, по которой во время дождей потоки воды стекали в море. Хотя низину вскоре засыпали, но строить жилые дома на этой насыпи побоялись, и решили сделать здесь бульвар. Так, ещё до строительства домов было положено начало первой зелёной улице Тель-Авива, бульвару Ротшильд. Как заметил Серджио Лерман, один из архитекторов Тель-Авива: «... приехали посмотреть из Яффо, Иерусалима, Хайфы и позеленели от зависти к тельавивцам, у которых ещё нет города, но зато есть уже бульвар...» [из книги Офер Регев и Шула Видрих «Бульвар»]. Название своё бульвар получил в честь покровителя и организатора еврейского поселенческого движения, барона Беньямина де Ротшильда (1845 – 1934).
Главная улица тоже определилась довольно быстро: купленный участок был вытянут вдоль моря с севера на юг, и естественно было связать одной улицей весь город. Название не вызывало сомнений – улица Герцля, в честь основателя сионистского движения Теодора Герцля, идеями которого жили поселенцы.
План первых улиц и домов Тель-Авива
Разработанный архитектором план города предусматривал ещё четыре улицы: три с востока на запад, параллельные бульвару, и одна, с севера на юг на границе с Неве Цедек, параллельно улице Герцль. Выбор для названий был большой: от исторических личностей, которых за долгую еврейскую историю набралось немало, до деятелей современного сионизма. После бурных обсуждений возможных кандидатур, в феврале 1910г специальная комиссия по строительству предложила имена, сохранившиеся в названиях улиц по сегодняшний день:
- Иегуда Галеви (1075 – 1141), знаменитый еврейский поэт и философ, один из виднейших представителей золотого века еврейской культуры мусульманской Испании (крайняя южная улица вдоль железной дороги, соединявшей Яффо с Иерусалимом, параллельная бульвару Ротшильд);
- Моше Лилиенблюм (1843 – 1910), поэт и публицист, активный деятель движения Ховевей Цион (палестинофилы, буквально - Любящие Сион) и горячий сторонник практического заселения страны, скончавшийся незадолго до этого (улица между бульваром Ротшильд и Иегуда Галеви);
- Ахад ха-Ам (1856 - !927), писатель, философ и идеолог «культурного сионизма» и еврейского «духовного центра» в Палестине, один из лидеров движения «Ховевей Цион», своё название улица получила при жизни классика (улица, параллельная двум предыдущим и пересекающая улицу Герцль в самом начале).;
- «ха-Шахар» («Заря») – название одного из первых ивритоязычных журналов, выходившего в Вене в течение 1868 – 1886гг с целью распространения просвещения и языка иврит (улица, параллельная улице Герцль на границе с кварталом Неве Цедек).
Причиной и главной движущей силой всего предприятия была сионистская идея национального самоопределения, и неудивительно, что одним из важных идеологических моментов этого движения было решение строить город только силами еврейских рабочих. Таким образом, привлекались новые поселенцы и открывались для них рабочие места.
Первые дома нового города были построены уже в 1909 году, вскоре после деления участков во время «Жеребьёвки с ракушками» [см. Очерк первый]. Но главным событием года стало строительство здания школы. В 1905г в квартале Неве Цедек усилиями супругов Иегудой и Фаней Матман-Коэн было основано первое в мире учебное заведение, в котором все предметы преподавались на иврите. Оно так и называлось «Ивритская школа-гимназия для мальчиков и девочек» .
В связи с переходом в новое здание, в начало улицы Герцль название школы решили изменить. Она стала называться «Гимназия Герцлия». Это было роскошное здание, построенное по проекту архитектора Иосифа Барского. Архитектурное решение было навеяно одним из предполагаемых вариантов Иерусалимского Храма: две колоны парадного входа символизировали колоны у входа в храм – Боаз («сила») и Иахин («он укрепит»), а выступы на углах башен – рога жертвенника.
На этой шутливой картинке Нахума Гутмана "Охранники Тель-Авива"("שומרי תל אביב") замечательно видны архитектурные особенности гимназии Герцлия и красновато-розовый цвет стен. Сегодня в Интернете много старых фотографий первых тель-авивских домов, но на черно-белых картинках не виден настоящий цвет зданий, который, как пишет уважаемый
yozhik_, получается от добавки в штукатурку тщательно размельченной черепицы для крыш. (Иллюстрация с сайта My Tel Aviv)
При выборе места для строительства разгорелся спор, как должно стоять здание: вдоль или поперек улицы Герцль. Победило мнение Менахема Шенкина, который считал, что таким образом будет обозначена северная граница города, и, «всякий, кто будет проезжать на поезде, остановит свой взгляд на Гимназии».
Улица Герцля. Тель-Авив. 20-ые годы. В конце улицы видна гимназия Герцлия.
А это уже 1946 год. Поезд Яффо-Иерусалим пересекает ул. Аленби по Иегуда Алеви.
Сбоку видно здание почты (Главпочтамт!), посторенное в 1930 г по проекту архитектора Иегуда Магидович.
В первый год в Гимназии училось 17 детей. Сегодня, сто лет спустя в ней обучается больше 1000 учеников. Многие из выпускников этой школы стали легендой, неразрыно связанной с созданием страны, её историей и культурой. Выпускниками «Гимназии Герцлия» был первый Министр иностранных дел и Глава правительства Израиля в 1954-55 гг Моше Шарет, Президент Верховного суда д-р Ицхак Ольшан, отклонивший в 1961г аппеляцию нацистского преступника А.Эйхмана, д-р Барух Бен Иегуда, преподававший в Гимназии на протяжении 42 лет, из которых последние 14 лет (1952 – 1966гг) в должности директора, и многие другие.
Класс в гимназии Герцлия. 1912.(Фото с сайта Википедии)
К сожалению, здание гимназии не дожило до наших дней. Одна из причин – стоявшее поперек улицы, здание мешало развитию города, т.к. не позволяло продлить улицу Герцль на север. В 1965 году, несмотря на протесты и сопротивление многих жителей города, здание было разрушено, и на его месте возвели первый и самый высокий на Ближнем Востоке (по тем временам) небоскреб – 36-этажное здание Мигдаль Шалом Меир. Он тоже стоит поперек улицы, но архитектор предусмотрел широкий проезд под зданием. Для гимназии построили новое помещение на ул. Жаботинский, а произошедшее стало прецедентом для создания Совета по охране исторических памятников. «Потому что, - как заметил известный израильский скульптор, уроженец Тель Авива Дани Караван, -воспоминания – это строительный материал города, его фундамент» .
27 ноября 2005г Гимназия отметило своё столетие. По этому случаю перед главным входом в здание на улице Жаботинский был установлен стилизованный силуэт парадного входа старого здания гимназии, ставшее также символом Совета по охране исторических памятников.
Строительство гимназии на ул. Герцль заняло чуть больше полу года, и в 1910 году учебный год начался уже в новом здании. Одновременно с гимназией началось активное строительство жилых домов вдоль улицы Герцль и, пересекающих её, Ахад ха-Ам, бульвар Ротшильд, Лилиенблюм, Иегуда Галеви. Новые землевладельцы спешили закончить строительство до конца года, т.к. к этому времени, обычно, заключались договора на аренду домов на следующий год, и хозяева участков хотели отказаться от арендуемых домов в Яффо. Так или иначе, но к следующему 1910 году 330 жителей в 60 домах справили новоселье в новом поселении.
Главный вход в Гимназию Герцлия на ул. Жаботинский.
На врезке – лого Совета по охране исторических памятников.
К сожалению, ни один из построенных тогда домов не сохранился в оригинальном виде. Дома перестраивались, расширялись или, с уходом хозяев в мир иной и неспособностью наследников прийти к соглашению, долго оставались без пресмотра, ветшали и разрушались. Многие дома были проданы другим владельцам, которые их снесли, не оставив и следа о первопроходцах, мечтавших увидеть город-сад на бесплодных дюнах около моря.
Первым, 30 мая 1909г, ещё до получения всех необходимых разрешений начал строительство молодой удачливый торговец Раувен Сегаль. Его семья приехала из Румынии в 1882г, когда самому Раувену было 2 года. Он построил свой дом на ул. Иегуда Галеви 25. К сожалению, от его дома ничего не осталось. На его месте некоторое время была автомобильная стоянка, а сейчас высится 30-этажный небоскреб банка Дисконт, занимая два соседних участка.
Здание банка Дисконт на пересечении улиц Иегуда Галеви (красная стрелка) и Герцль (желтая стрелка в направлении здания "Кол-бо" Шалом).(ФотоTelavivinf)
На западном углу ул. Герцль и Ахад ха-Ам, напротив гимназии построил свой дом Акива Вайс (1868 – 1947) - инициатор строительства города и председатель созданного им общества «Ахузат Баит». Часовой мастер и ювелир, он изучал архитектуру в техникуме в Берлине по переписке и самостоятельно проектировал свой дом. Идеалист, бесконечно преданный идее еврейского возрождения, он следил не только за тем, чтобы на строительстве были заняты исключительно еврейские рабочие, но и строительные материалы закупал у еврейских поставщиков: кирпичи - на заводе в Яффо, хозяином которого был, конечно, еврей, и сам дом он хотел видеть не похожим на арабские дома в Яффо. Фасад дома, выходящий на две улицы, Герцль и Ахад ха-Ам был закругленным с разными украшениями, арками и колонами. В начале 20-х годов с тем же изобилием «архитектурных излишеств» в виде нескольких эркеров (закрытых балконов) по собственному проекту он достроил второй этаж.
Акива Вайс отличился ещё и тем, что у него первого в новом городе в январе 1910г родилась дочь. Над её именем он долго не задумывался. Естественно, он хотел назвать её... ну, конечно, по названию созданного им общества – Ахузат Байт. Но здесь уже воспротивилась жена.
В конце концов, родители нашли соломоново решение: дочь назвали Ахузабет, что было созвучно распространенному в те годы – Элизабет. Ахуза, как звали её родные, выросла и всю жизнь прожила в построенном отцом доме на ул. Герцль 2.
Дом Акивы Вайс в первые годы Тель-Авива и сегодня.
В настоящее время Дом Акивы Вайс реставрирован с учетом всех изменений, сделанных им в 20-ых годах. Реставрация была сделана компанией Африка-Исраэль, получившей за это разрешение на постройку многоэтажного здания в непосредственном соседстве с этим историческим памятником.
На противоположном углу улицы Герцля построил дом один из наиболее состоятельных членов общества, филантроп, приехавший незадолго до этого из Литвы Михаил Полак. В его доме была общественная библиотека «Шаар Цион» («Ворота Сиона»), которую перевезли из клуба в Неве Цедек «Иешурун». Это с ним, по рассказам знаменитого израильского художника Нахума Гутмана, который рос в соседнем доме на ул. Герцль, выяснял отношения Аквива Вайс, подсмеиваясь, что хотя у того тоже дом угловой и тоже смотрит на две улицы, но не такой красивый: "нет закруглений ни у дома, ни у забора вокруг." В настоящее время начинают реставрацию этого дома.
Не далеко от Михаила Полака по ул. Ахад ха-Ам 22 построил свой дом Яков Эльханан Литвинский, самый старший из членов общества «Ахузат Байт»: в день жеребьевки ему исполнилось 57 лет. В страну он приехал из Одессы в 1880г, почти за 30 лет до этой знаменательной даты. Родители отослали рано овдовевшего сына "развеяться", и он поселился недалеко от Газы. Там он простроил мельницу, но мероприятие успеха не имело, и он переехал в Яффо. Здесь Литвинский основал мыловаренный завод, но затем увлекся идеей сельскохозяйственных поселений, купил участок земли и стал одним из основателей города Ришон ле-Циона. В этом он тоже не увидел больших перспектив, вернулся в Яффо и вошел в дело по продаже лесоматериала. Со временем потребность в лесе стала расти, и Литвинский стал одним из самых больших поставщиков леса в стране. Он женился, к нему пришел успех, но активность от этого не уменьшилась. За время своей деятельности он построил в Яффо завод по производству бочкотары, открыл автобусную линию перевозки пассажиров и даже основал собственный город Тель Литвинский, на месте которого расположилась сегодня больница Тель ХаШомер и район Рамат Гана - Кирьят Криници.
Естественно, Яков Литвинский был одним из наиболее активных членов общества «Ахузат Байт», и свой дом он построил в числе первых 15-ти домов будущего Тель-Авива. Яков умер в 1916г, но ещё некоторое время в доме проживала его семья. На фасаде дома, на втором этаже ещё и сейчас можно увидеть следы эмблемы консульства Эстонии, почетным консулом которой был старший сын Морис.
Рядом с Яковом построили свои дома молодой предприниматель Менахем Гилуц и учитель женской школы в Неве Цедек Израиль Адлер (ул. Ахад ха-Ам 24 и 26).
Проект реконструкции дома Якова Литвинского. На врезке – современный вид этого дома. Рядом стоящие дома Менахема Гилуца и Израиля Адлера подлежат сносу (дом М.Гилуца, ул. Ахад ХаАм 24, уже снесен) и на их месте планируется строительство высотного здания. (Фото Acro Croup)
Многие члены общества «Ахузат Баит», построившие первые дома в будущем Тель-Авиве были выходцами из маленьких еврейских местечек России, Польши, Румынии и др. стран Восточной Европы. Но были среди них и евреи, родившиеся и жившие на Земле Израиля уже несколько поколений. Среди них особенно выделялись две семьи - Авраама Шлюша и Ицхака Рокаха.
Авраам Шлюш (по утверждению Томера Шлюша (שלוש), пра-пра-правнука Авраама, именно так произносится их фамилия) родился в Алжире, в небольшом портовом городке Оран. В 1838 г вместе со своей и ещё несколькими еврейскими семьями, увлеченные идеей возвращения на землю предков, они поднялись на корабль и, пройдя через всё Средиземное море, подошли к берегам Палестины. Они собирались поселиться в Цфате, где к тому времени уже была небольшая еврейская община репатриантов. Их путь лежал через древний портовый город Акко. Но случилось непредвиденное. За несколько часов до прибытия, когда их корабль был ещё в открытом море недалеко от берегов Хайфы, начался сильный шторм, не позволявший причалить в течение нескольких дней. Состояние старого парусного
корабля было не надежное, и пассажиры пересели в шлюпки, надеясь так быстрее добраться до берега. К сожалению, по дороге одна из шлюпок перевернулась, и все пассажиры погибли. Среди погибших были и один из сыновей Авраама Шлюша –Элиягу. Остальные члены семьи: сам Авраам, его жена Симха, две дочери – Рика и Хана, и два сына - Аарон и Йосеф, высадились и добрались до города.
Портрет Аарона Шлюша
Там они долго не задержались - и городок был весьма незначителен, да и встреча с ним была слишком тяжелой. Из Хайфы семья перехала в Шхем, надеясь там найти еврейскую общину. Однако и Шхем встретил их бедой. Вскоре после приезда в городе началась холера, и турецкие власти запретили выезд. В довольно плачевном состоянии они вынуждены были пробыть на карантине пол-года, после чего перехали в Иерусалим. И здесь Авраам Шлюш не нашел никакого подходящего для себя дела, и ещё через пол-года семья выехала в Яффо.
То ли повлияли знакомые черты портового города, то ли усталость бесконечного путешествия, но Авраам Шлюш решил: больше они ничего искать не будут и остановятся здесь. В 1840г семья обосновалась в Яффо. Авраам купил небольшой одноэтажный домик в пардесе и открыл в городе меняльную контору. Вскоре, в возрасте 47 лет он умер, а через несколько лет умер сын Йосеф. Старший сын Аарон (1829 – 1920), присоединившись к занятиям отца, оказался сообразительным и удачливым дельцом и хорошо преуспел.
Семейная легенда рассказывает, как однажды нахлынули в Яффо бедуины и стали скупать на базаре разные товары, расплачиваясь неизвестной монетой (возможно речь идет о византийских "безантах" (или "византинах"), которые были когда-то основной торговой монетой на Ближнем Востоке, но к тому времени уже вышли из оборота). Торговцы бросились к менялам, чтобы обменять эти монеты на золото по сложившейся на базаре цене. Однако Аарон смекнул, что по весу стоимость этих монет намного больше сложившейся, и не стал менять их на золото, а, наоборот, через друзей скупил монеты у других менял. Когда кончился ажиотаж, он переплавил монеты в слитки и, продав их по весу, заработал солидный капитал. На эти деньги он купил большой земельный участок на север от Яффо – будущий квартал Неве Цедек. Рассказывают также, что купля-продажа земли происходила несколько своеобразно. Когда продавец и покупатель договаривались в цене, они выходили на этот участок. Продавец вбивал деревянную метку на краю участка, а противоположный край отмерялся броском камня. На этот раз не знал продавец, что его молодой покупатель был чемпионом по бросанию камней.
Со времен Аарон построил на своём участке большой дом. Это было скорее поместье, так как часть этого участка занимал завод по производству стройматериалов. Там жили и рабочие, но жена Аарона Сара боялась жить одна на пустыре и оставалась в старом доме в Яффо. К тому же в одну из ночей, когда Аарон спал в новом доме, туда наведались грабители, что ещё больше укрепило Сару не спешить с переездом.
Дом Аарона Шлюша. 2005 г.
Прошло ещё несколько лет. Изменения пришли и в эти необжитые места. Ещё в 1855г во время одного из своих визитов на Святую Землю обратился сэр Моше Монтефиоре(1784 – 1885) к турецким властям с просьбой дать разрешение на постройку железной дороги из Яффо в Иерусалим. Разрешение пришло, но, как в старом анекдоте про армянское радио, пришло не в 1855году и не на год позже, а только в 1888, и получил его уже не Монтефиоре, а известный банкир и общественный деятель Йосеф Навон Бей, дедушка будущего президента Израиля Ицхака Навона. После безуспешных попыток найти вкладчиков в своём окружении, Йосеф Навон за миллион франков продал это право французской строительной компании, которая избрала Аарона Шлюша в качестве своего представителя в Палестине. Через него компания закупала строительные материалы и выплачивала зарплату рабочим. Кстати, деньги строительной компании Аарон хранил в своём новом доме, так что грабители, которые забрались к нему, знали, куда они лезли.
Работы по строительству первой в Палестине железной дороги начались в марте 1890 г. Эта дорога должна была соединить Иерусалим с побережьем Средиземного моря. Расстояние по прямой от Яффо до Иерусалима 45 км, но длина железнодорожного пути составила 87 км, т.к. строители должны были предусмотреть проезд в местах, где было достаточно воды, чтобы доливать её в котлы паровоза.
Яффский вокзал построили в ложбине, которая шла параллельно улице Иегуда Галеви, недалеко от дома Аарона Шлюша и второго "крестного отца" первых еврейских поселений за стенами Яффо – Шимона Рокаха. Для Аарона, который по утрам выезжал на собственном дилижансе в Яффо, переезд через железнодорожные пути по крутому спуску создавал определенные трудности. Рассказывают, что однажды карета перевернулась, и Аарон серьёзно ушибся. Так, что ему пришлось отлёживаться дома, где его проведал местный турецкий начальник – каймакам. Этот визит кончился обещанием построить в этом месте мост, что и было сделано, по всей видимости, в начале прошлого века. Это был первый современный мост, построенный в Яффо. Его так и назвали "Мост Шлюша", и он стоит до сих пор практически без изменений.
"Поезд в Неве Цедек". Картина художницы Ционы Таджер (1900-1988), выросшей в "Ахузат Баит". (Фото с сайта ציונה תג'ר.)
На врезке – современное состояние моста Шлюша. 2005г.
В середине 80-х гг приехали из Иерусалима в Яффо братья Шимон (1863 – 1922) и Элиезер (1854 – 1914) Роках. Их отец, Ицхак получил на откуп у турецких властей право на взимание дорожной пошлины с паломников, направлявшихся в Иерусалим. В 1886г он попросил Шимона, в качестве компаньона переехать в Яффо и исполнять там эту обязанность. Через год к нему присоединился старший брат Элиезер, уже известный к тому времени публицист и общественный деятель, посвятивший себя идее привлечения евреев на Землю Израиля. Совместно с доктором Менахемом Штейном (1855 – 1916) они организовали общество «Эзрат-Исраэль», целью которого было оказание помощи евреям, прибывавшим в страну морем (многим из них турецкие власти даже не разрешали сходить на берег).
Были у членов общества и конкретные предложения: основать еврейский жилой квартал вблизи Яффо, создать еврейскую библиотеку, в которой были бы не только книги религиозного содержания, и построить больницу для евреев Яффо. Их намерения о создании еврейского жилого квартала пришлись, как нельзя кстати, Аарону Шлюшу. Его дом был не только единственным за стенами Яффо, он ещё и пустовал: семья не хотела переезжать в этот дом без соседей. Общество «Эзрат-Исраэль» быстро нашли общий язык с Шлюшем: Аарон предложил им пустовавшие вокруг его дома земли по очень удобной цене с одним единственным условием – чтобы строительство было начато немедленно. Так в 1887 году на месте сегодняшних улицы Роках и Штейн снаружи городских стен появились первые дома 48 еврейских семей, положившие начало кварталу «Неве Цедек». Имя было выбрано из ТАНАХа, из книги Иеремия, назвавшего Иерусалим - «...жилище правды (неве цедек), гора святая» [Иер. 31:23].
Элиезер Роках вскоре оставил общество «Эзрат Исраэль». Конфликт с чиновниками администрации барона Ротшильда, особенно обострившийся после поддержки «бунтовщиков» в Ришон ле-Ционе, и, несогласованное с братом использование для этого денег общества, вынудили его уехать из Палестины. Шимон Роках продолжил их совместное начинание и, вскоре, стал во главе всей еврейской общины Яффо. При активном участии доктора Менахема Штейна в Яффо была создана первая еврейская больница «Шаарей Цион», успешно продолжалось строительство новых домов в Неве Цедек, открылась библиотека при клубе «Иешурун», в котором состоялось знаменательное собрание евреев, организовавших общество «Ахузат Баит» - зародыш будущего Тель Авива.
Стенная роспись в "Центре Сюзан Далаль", Неве Цедек, Тель-Авив. 2005. Худ. Давид Тартаковер.
Справа в овале – Шимон Роках. Слева от Рокаха – Аарон Шлюш.
Ни Аарон Шлюш, ни Шимон Роках уже не принимали непосредственного участия ни в обществе «Ахузат Баит», ни в дальнейшем строительстве города. Но семейную традицию с успехом продолжили их дети. Один из сыновей Шимона, Исраэль Роках (1896 – 1959) стал известным общественным и государственным деятелем и на протяжении почти 20 лет (1936 – 1952) был главой муниципального совета Тель-Авива. Трое сыновей Аарона Шлюша имели прямое отношение и к созданию общества «Ахузат Баит» и к строительству города.
Старшие сыновья, Авраам Хаим (1867 – 1925) и Йосиф Элиягу (1870 – 1934) Шлюш построили в Неве Цедек завод строительных материалов и организовали строительную фирму, осуществившие на первых порах большинство работ в «Ахузат Баит», включая строительство «Гимназии Герцлия». Младший сын Яков (1880 – 1944) увлекался литературой, писал стихи на арабском языке и иврите. Он 40 лет проработал в правлении Англо-Палестинского банка, преобразованного в последствии в Банк Леумми ле-Исраэль. Вместе с братом Йосефом Элиягу, Яков был в числе первых членов общества «Ахузат Баит». Их дома стояли рядом на углу ул. Герцль и бульвара Ротшильд.
В начале дом Йосефа Элиягу был одноэтажным, но потом он достроил ещё, и на нижнем этаже начало работать популярное кафе «Карлтон». Здесь собиралась не только интеллектуальная элита «Маленького Тель-Авива». Авраам Шлёнский с воодушевлением читал здесь свои стихи и чиновникам из администрации барона Ротшильда, и «бунтовщикам» из Ришон ле-Цион; здесь разгорались его жаркие идеологические споры с Берлом Кацнельсоном, редактором газеты «Давар»; сюда, как в знаменитое кафе «Флорида» города Черноморска, приходили "пикейные жилеты в соломенных шляпах канотье" выяснять: «Бриан – это голова?»
Население «Маленького Тель-Авива» было очень разношерстно. В числе первых участников общества «Ахузат Баит» были потомки знаменитых испанских раввинов, семья Абулафия. Они поселились сначало в Неве Цедек, а затем, получив по «Жеребьевке» участок на ул. Иегуда Галеви, построили там дом. Их старое помещение в Неве Цедек снимал в это время молодой репатриант из Галиции, Йосеф Чачкес, ставший знаменитым писателем, лауреатом Нобелевской премии, Шаем Агноном (1888 – 1970). Кантонист Аарон Итин, прослуживший 12 лет в царской армии, приютил в своём новом доме ученика студии театра «Хабима», Рафаэля Клячкина (1905 – 1987), приехавшего 15-летним мальчишкой из Литвы и подрабатывавшего на полях с/х школы «Микве Исраэль». Инженер-химик из Бессарабии, ставший первым главой муниципального совета Тель Авива, Меир Дизенгоф (1861 – 1936) привёз сюда из Житомира свою будущую жену Зину, именем которой была названа одна из центральных площадей города.
В 1949 году, отмечая 40-летие города, городской совет решил установить на бульваре Ротшильд мемориальный комплекс в память основателей, первых жителей Тель-Авива. Там, где стоял дом, в котором заседал комитет общества «Ахузат Баит» и первый в городе колодец, обеспечивающий проточной водой, а также там, где состоялась знаменитая «Жеребьёвка с ракушками», архитектор Ицхак Райхер расположил небольшой бассейн с фонтаном и рядом – стену, в центре которой медный барельеф. На барельефе в нескольких уровнях скульптор Аарон Привер изобразил этапы рождения города: в самом низу - змеи и прочие гады, населявшие эти пески; выше - работы по планировке песчаных дюн с помощью лопат, кирок и одноколёсных тачек; первые городские постройки – «Гимназия Герцлия», водонапорная башня, дом первого мэра города, Меира Дизенгофа, и на верхнем, четвертом уровне - Тель-Авив 30-х годов: театр «Габима», Тель-Авивский порт, дом национального поэта Хаима Бялика, площадь Зины Дизенгоф.
С противоположной стороны памятника, в алфавитном порядке, перечислены первые 66 членов общества «Ахузат Байт».
АТаль -https://arktal.livejournal.com/22015.html
ТЕЛЬ-АВИВ ХА-КТАНА
Очерк второй.
«Мы должны сделать всё возможное,чтобы наш город
стал парадным входом, Нью-Йорком Земли Израиля.»
[Акива Вайс, «Проспект общества «Ахузат Байт», 1906г]
стал парадным входом, Нью-Йорком Земли Израиля.»
[Акива Вайс, «Проспект общества «Ахузат Байт», 1906г]
«Тель-Авив ха-Ктана», «Маленький Тель-Авив» - так ностальгически ласково называют жители Тель-Авива те несколько улиц, которые выросли в начале ХХ века среди песчаных дюн и превратились в огромную метрополию, объединяющую сегодня более 40 населенных пунктов и почти два миллиона жителей - треть населения страны.
«Тель-Авив ха-Ктана» – это Старый город, если можно назвать "старым" город, 100-летний юбилей которого отмечали совсем недавно, когда рядом - 5000-летний Яффо.
«Тель Авив ха-Ктана» началась на песчаных дюнах Керем Джебали, купленных в 1909г обществом «Ахузат Баит» [см. Очерк первый, "ИМЯ"] рядом с Яффо восточнее еврейского квартала Неве Цедек. На приобретенных 11 гектарах земли энтузиасты, приехавшие из разных стран мира, сионисты первых волн эмиграции впервые за последние почти 2000 лет галута (иврит, "изгнание") решили построить на Земле Израиля еврейский город.
Участок представлял собой две большие дюны, разделенные низиной, по которой во время дождей потоки воды стекали в море. Хотя низину вскоре засыпали, но строить жилые дома на этой насыпи побоялись, и решили сделать здесь бульвар. Так, ещё до строительства домов было положено начало первой зелёной улице Тель-Авива, бульвару Ротшильд. Как заметил Серджио Лерман, один из архитекторов Тель-Авива: «... приехали посмотреть из Яффо, Иерусалима, Хайфы и позеленели от зависти к тельавивцам, у которых ещё нет города, но зато есть уже бульвар...» [из книги Офер Регев и Шула Видрих «Бульвар»]. Название своё бульвар получил в честь покровителя и организатора еврейского поселенческого движения, барона Беньямина де Ротшильда (1845 – 1934).
План первых улиц и домов Тель-Авива
Разработанный архитектором план города предусматривал ещё четыре улицы: три с востока на запад, параллельные бульвару, и одна, с севера на юг на границе с Неве Цедек, параллельно улице Герцль. Выбор для названий был большой: от исторических личностей, которых за долгую еврейскую историю набралось немало, до деятелей современного сионизма. После бурных обсуждений возможных кандидатур, в феврале 1910г специальная комиссия по строительству предложила имена, сохранившиеся в названиях улиц по сегодняшний день:
- Иегуда Галеви (1075 – 1141), знаменитый еврейский поэт и философ, один из виднейших представителей золотого века еврейской культуры мусульманской Испании (крайняя южная улица вдоль железной дороги, соединявшей Яффо с Иерусалимом, параллельная бульвару Ротшильд);
- Моше Лилиенблюм (1843 – 1910), поэт и публицист, активный деятель движения Ховевей Цион (палестинофилы, буквально - Любящие Сион) и горячий сторонник практического заселения страны, скончавшийся незадолго до этого (улица между бульваром Ротшильд и Иегуда Галеви);
- Ахад ха-Ам (1856 - !927), писатель, философ и идеолог «культурного сионизма» и еврейского «духовного центра» в Палестине, один из лидеров движения «Ховевей Цион», своё название улица получила при жизни классика (улица, параллельная двум предыдущим и пересекающая улицу Герцль в самом начале).;
- «ха-Шахар» («Заря») – название одного из первых ивритоязычных журналов, выходившего в Вене в течение 1868 – 1886гг с целью распространения просвещения и языка иврит (улица, параллельная улице Герцль на границе с кварталом Неве Цедек).
Причиной и главной движущей силой всего предприятия была сионистская идея национального самоопределения, и неудивительно, что одним из важных идеологических моментов этого движения было решение строить город только силами еврейских рабочих. Таким образом, привлекались новые поселенцы и открывались для них рабочие места.
Первые дома нового города были построены уже в 1909 году, вскоре после деления участков во время «Жеребьёвки с ракушками» [см. Очерк первый]. Но главным событием года стало строительство здания школы. В 1905г в квартале Неве Цедек усилиями супругов Иегудой и Фаней Матман-Коэн было основано первое в мире учебное заведение, в котором все предметы преподавались на иврите. Оно так и называлось «Ивритская школа-гимназия для мальчиков и девочек» .
В связи с переходом в новое здание, в начало улицы Герцль название школы решили изменить. Она стала называться «Гимназия Герцлия». Это было роскошное здание, построенное по проекту архитектора Иосифа Барского. Архитектурное решение было навеяно одним из предполагаемых вариантов Иерусалимского Храма: две колоны парадного входа символизировали колоны у входа в храм – Боаз («сила») и Иахин («он укрепит»), а выступы на углах башен – рога жертвенника.
На этой шутливой картинке Нахума Гутмана "Охранники Тель-Авива"("שומרי תל אביב") замечательно видны архитектурные особенности гимназии Герцлия и красновато-розовый цвет стен. Сегодня в Интернете много старых фотографий первых тель-авивских домов, но на черно-белых картинках не виден настоящий цвет зданий, который, как пишет уважаемый
yozhik_, получается от добавки в штукатурку тщательно размельченной черепицы для крыш. (Иллюстрация с сайта My Tel Aviv)При выборе места для строительства разгорелся спор, как должно стоять здание: вдоль или поперек улицы Герцль. Победило мнение Менахема Шенкина, который считал, что таким образом будет обозначена северная граница города, и, «всякий, кто будет проезжать на поезде, остановит свой взгляд на Гимназии».
Улица Герцля. Тель-Авив. 20-ые годы. В конце улицы видна гимназия Герцлия.
А это уже 1946 год. Поезд Яффо-Иерусалим пересекает ул. Аленби по Иегуда Алеви.
Сбоку видно здание почты (Главпочтамт!), посторенное в 1930 г по проекту архитектора Иегуда Магидович.
В первый год в Гимназии училось 17 детей. Сегодня, сто лет спустя в ней обучается больше 1000 учеников. Многие из выпускников этой школы стали легендой, неразрыно связанной с созданием страны, её историей и культурой. Выпускниками «Гимназии Герцлия» был первый Министр иностранных дел и Глава правительства Израиля в 1954-55 гг Моше Шарет, Президент Верховного суда д-р Ицхак Ольшан, отклонивший в 1961г аппеляцию нацистского преступника А.Эйхмана, д-р Барух Бен Иегуда, преподававший в Гимназии на протяжении 42 лет, из которых последние 14 лет (1952 – 1966гг) в должности директора, и многие другие.
К сожалению, здание гимназии не дожило до наших дней. Одна из причин – стоявшее поперек улицы, здание мешало развитию города, т.к. не позволяло продлить улицу Герцль на север. В 1965 году, несмотря на протесты и сопротивление многих жителей города, здание было разрушено, и на его месте возвели первый и самый высокий на Ближнем Востоке (по тем временам) небоскреб – 36-этажное здание Мигдаль Шалом Меир. Он тоже стоит поперек улицы, но архитектор предусмотрел широкий проезд под зданием. Для гимназии построили новое помещение на ул. Жаботинский, а произошедшее стало прецедентом для создания Совета по охране исторических памятников. «Потому что, - как заметил известный израильский скульптор, уроженец Тель Авива Дани Караван, -воспоминания – это строительный материал города, его фундамент» .
27 ноября 2005г Гимназия отметило своё столетие. По этому случаю перед главным входом в здание на улице Жаботинский был установлен стилизованный силуэт парадного входа старого здания гимназии, ставшее также символом Совета по охране исторических памятников.
Строительство гимназии на ул. Герцль заняло чуть больше полу года, и в 1910 году учебный год начался уже в новом здании. Одновременно с гимназией началось активное строительство жилых домов вдоль улицы Герцль и, пересекающих её, Ахад ха-Ам, бульвар Ротшильд, Лилиенблюм, Иегуда Галеви. Новые землевладельцы спешили закончить строительство до конца года, т.к. к этому времени, обычно, заключались договора на аренду домов на следующий год, и хозяева участков хотели отказаться от арендуемых домов в Яффо. Так или иначе, но к следующему 1910 году 330 жителей в 60 домах справили новоселье в новом поселении.Главный вход в Гимназию Герцлия на ул. Жаботинский.
На врезке – лого Совета по охране исторических памятников.
К сожалению, ни один из построенных тогда домов не сохранился в оригинальном виде. Дома перестраивались, расширялись или, с уходом хозяев в мир иной и неспособностью наследников прийти к соглашению, долго оставались без пресмотра, ветшали и разрушались. Многие дома были проданы другим владельцам, которые их снесли, не оставив и следа о первопроходцах, мечтавших увидеть город-сад на бесплодных дюнах около моря.
Первым, 30 мая 1909г, ещё до получения всех необходимых разрешений начал строительство молодой удачливый торговец Раувен Сегаль. Его семья приехала из Румынии в 1882г, когда самому Раувену было 2 года. Он построил свой дом на ул. Иегуда Галеви 25. К сожалению, от его дома ничего не осталось. На его месте некоторое время была автомобильная стоянка, а сейчас высится 30-этажный небоскреб банка Дисконт, занимая два соседних участка.Здание банка Дисконт на пересечении улиц Иегуда Галеви (красная стрелка) и Герцль (желтая стрелка в направлении здания "Кол-бо" Шалом).(ФотоTelavivinf)
На западном углу ул. Герцль и Ахад ха-Ам, напротив гимназии построил свой дом Акива Вайс (1868 – 1947) - инициатор строительства города и председатель созданного им общества «Ахузат Баит». Часовой мастер и ювелир, он изучал архитектуру в техникуме в Берлине по переписке и самостоятельно проектировал свой дом. Идеалист, бесконечно преданный идее еврейского возрождения, он следил не только за тем, чтобы на строительстве были заняты исключительно еврейские рабочие, но и строительные материалы закупал у еврейских поставщиков: кирпичи - на заводе в Яффо, хозяином которого был, конечно, еврей, и сам дом он хотел видеть не похожим на арабские дома в Яффо. Фасад дома, выходящий на две улицы, Герцль и Ахад ха-Ам был закругленным с разными украшениями, арками и колонами. В начале 20-х годов с тем же изобилием «архитектурных излишеств» в виде нескольких эркеров (закрытых балконов) по собственному проекту он достроил второй этаж.
Акива Вайс отличился ещё и тем, что у него первого в новом городе в январе 1910г родилась дочь. Над её именем он долго не задумывался. Естественно, он хотел назвать её... ну, конечно, по названию созданного им общества – Ахузат Байт. Но здесь уже воспротивилась жена.
В конце концов, родители нашли соломоново решение: дочь назвали Ахузабет, что было созвучно распространенному в те годы – Элизабет. Ахуза, как звали её родные, выросла и всю жизнь прожила в построенном отцом доме на ул. Герцль 2.Дом Акивы Вайс в первые годы Тель-Авива и сегодня.
В настоящее время Дом Акивы Вайс реставрирован с учетом всех изменений, сделанных им в 20-ых годах. Реставрация была сделана компанией Африка-Исраэль, получившей за это разрешение на постройку многоэтажного здания в непосредственном соседстве с этим историческим памятником.
На противоположном углу улицы Герцля построил дом один из наиболее состоятельных членов общества, филантроп, приехавший незадолго до этого из Литвы Михаил Полак. В его доме была общественная библиотека «Шаар Цион» («Ворота Сиона»), которую перевезли из клуба в Неве Цедек «Иешурун». Это с ним, по рассказам знаменитого израильского художника Нахума Гутмана, который рос в соседнем доме на ул. Герцль, выяснял отношения Аквива Вайс, подсмеиваясь, что хотя у того тоже дом угловой и тоже смотрит на две улицы, но не такой красивый: "нет закруглений ни у дома, ни у забора вокруг." В настоящее время начинают реставрацию этого дома.
Не далеко от Михаила Полака по ул. Ахад ха-Ам 22 построил свой дом Яков Эльханан Литвинский, самый старший из членов общества «Ахузат Байт»: в день жеребьевки ему исполнилось 57 лет. В страну он приехал из Одессы в 1880г, почти за 30 лет до этой знаменательной даты. Родители отослали рано овдовевшего сына "развеяться", и он поселился недалеко от Газы. Там он простроил мельницу, но мероприятие успеха не имело, и он переехал в Яффо. Здесь Литвинский основал мыловаренный завод, но затем увлекся идеей сельскохозяйственных поселений, купил участок земли и стал одним из основателей города Ришон ле-Циона. В этом он тоже не увидел больших перспектив, вернулся в Яффо и вошел в дело по продаже лесоматериала. Со временем потребность в лесе стала расти, и Литвинский стал одним из самых больших поставщиков леса в стране. Он женился, к нему пришел успех, но активность от этого не уменьшилась. За время своей деятельности он построил в Яффо завод по производству бочкотары, открыл автобусную линию перевозки пассажиров и даже основал собственный город Тель Литвинский, на месте которого расположилась сегодня больница Тель ХаШомер и район Рамат Гана - Кирьят Криници.
Естественно, Яков Литвинский был одним из наиболее активных членов общества «Ахузат Байт», и свой дом он построил в числе первых 15-ти домов будущего Тель-Авива. Яков умер в 1916г, но ещё некоторое время в доме проживала его семья. На фасаде дома, на втором этаже ещё и сейчас можно увидеть следы эмблемы консульства Эстонии, почетным консулом которой был старший сын Морис.
Рядом с Яковом построили свои дома молодой предприниматель Менахем Гилуц и учитель женской школы в Неве Цедек Израиль Адлер (ул. Ахад ха-Ам 24 и 26).
Проект реконструкции дома Якова Литвинского. На врезке – современный вид этого дома. Рядом стоящие дома Менахема Гилуца и Израиля Адлера подлежат сносу (дом М.Гилуца, ул. Ахад ХаАм 24, уже снесен) и на их месте планируется строительство высотного здания. (Фото Acro Croup)
Многие члены общества «Ахузат Баит», построившие первые дома в будущем Тель-Авиве были выходцами из маленьких еврейских местечек России, Польши, Румынии и др. стран Восточной Европы. Но были среди них и евреи, родившиеся и жившие на Земле Израиля уже несколько поколений. Среди них особенно выделялись две семьи - Авраама Шлюша и Ицхака Рокаха.
Авраам Шлюш (по утверждению Томера Шлюша (שלוש), пра-пра-правнука Авраама, именно так произносится их фамилия) родился в Алжире, в небольшом портовом городке Оран. В 1838 г вместе со своей и ещё несколькими еврейскими семьями, увлеченные идеей возвращения на землю предков, они поднялись на корабль и, пройдя через всё Средиземное море, подошли к берегам Палестины. Они собирались поселиться в Цфате, где к тому времени уже была небольшая еврейская община репатриантов. Их путь лежал через древний портовый город Акко. Но случилось непредвиденное. За несколько часов до прибытия, когда их корабль был ещё в открытом море недалеко от берегов Хайфы, начался сильный шторм, не позволявший причалить в течение нескольких дней. Состояние старого парусного
корабля было не надежное, и пассажиры пересели в шлюпки, надеясь так быстрее добраться до берега. К сожалению, по дороге одна из шлюпок перевернулась, и все пассажиры погибли. Среди погибших были и один из сыновей Авраама Шлюша –Элиягу. Остальные члены семьи: сам Авраам, его жена Симха, две дочери – Рика и Хана, и два сына - Аарон и Йосеф, высадились и добрались до города.Портрет Аарона Шлюша
Там они долго не задержались - и городок был весьма незначителен, да и встреча с ним была слишком тяжелой. Из Хайфы семья перехала в Шхем, надеясь там найти еврейскую общину. Однако и Шхем встретил их бедой. Вскоре после приезда в городе началась холера, и турецкие власти запретили выезд. В довольно плачевном состоянии они вынуждены были пробыть на карантине пол-года, после чего перехали в Иерусалим. И здесь Авраам Шлюш не нашел никакого подходящего для себя дела, и ещё через пол-года семья выехала в Яффо.
То ли повлияли знакомые черты портового города, то ли усталость бесконечного путешествия, но Авраам Шлюш решил: больше они ничего искать не будут и остановятся здесь. В 1840г семья обосновалась в Яффо. Авраам купил небольшой одноэтажный домик в пардесе и открыл в городе меняльную контору. Вскоре, в возрасте 47 лет он умер, а через несколько лет умер сын Йосеф. Старший сын Аарон (1829 – 1920), присоединившись к занятиям отца, оказался сообразительным и удачливым дельцом и хорошо преуспел.
Семейная легенда рассказывает, как однажды нахлынули в Яффо бедуины и стали скупать на базаре разные товары, расплачиваясь неизвестной монетой (возможно речь идет о византийских "безантах" (или "византинах"), которые были когда-то основной торговой монетой на Ближнем Востоке, но к тому времени уже вышли из оборота). Торговцы бросились к менялам, чтобы обменять эти монеты на золото по сложившейся на базаре цене. Однако Аарон смекнул, что по весу стоимость этих монет намного больше сложившейся, и не стал менять их на золото, а, наоборот, через друзей скупил монеты у других менял. Когда кончился ажиотаж, он переплавил монеты в слитки и, продав их по весу, заработал солидный капитал. На эти деньги он купил большой земельный участок на север от Яффо – будущий квартал Неве Цедек. Рассказывают также, что купля-продажа земли происходила несколько своеобразно. Когда продавец и покупатель договаривались в цене, они выходили на этот участок. Продавец вбивал деревянную метку на краю участка, а противоположный край отмерялся броском камня. На этот раз не знал продавец, что его молодой покупатель был чемпионом по бросанию камней.
Со времен Аарон построил на своём участке большой дом. Это было скорее поместье, так как часть этого участка занимал завод по производству стройматериалов. Там жили и рабочие, но жена Аарона Сара боялась жить одна на пустыре и оставалась в старом доме в Яффо. К тому же в одну из ночей, когда Аарон спал в новом доме, туда наведались грабители, что ещё больше укрепило Сару не спешить с переездом.
Дом Аарона Шлюша. 2005 г.
Прошло ещё несколько лет. Изменения пришли и в эти необжитые места. Ещё в 1855г во время одного из своих визитов на Святую Землю обратился сэр Моше Монтефиоре(1784 – 1885) к турецким властям с просьбой дать разрешение на постройку железной дороги из Яффо в Иерусалим. Разрешение пришло, но, как в старом анекдоте про армянское радио, пришло не в 1855году и не на год позже, а только в 1888, и получил его уже не Монтефиоре, а известный банкир и общественный деятель Йосеф Навон Бей, дедушка будущего президента Израиля Ицхака Навона. После безуспешных попыток найти вкладчиков в своём окружении, Йосеф Навон за миллион франков продал это право французской строительной компании, которая избрала Аарона Шлюша в качестве своего представителя в Палестине. Через него компания закупала строительные материалы и выплачивала зарплату рабочим. Кстати, деньги строительной компании Аарон хранил в своём новом доме, так что грабители, которые забрались к нему, знали, куда они лезли.
Работы по строительству первой в Палестине железной дороги начались в марте 1890 г. Эта дорога должна была соединить Иерусалим с побережьем Средиземного моря. Расстояние по прямой от Яффо до Иерусалима 45 км, но длина железнодорожного пути составила 87 км, т.к. строители должны были предусмотреть проезд в местах, где было достаточно воды, чтобы доливать её в котлы паровоза.
Яффский вокзал построили в ложбине, которая шла параллельно улице Иегуда Галеви, недалеко от дома Аарона Шлюша и второго "крестного отца" первых еврейских поселений за стенами Яффо – Шимона Рокаха. Для Аарона, который по утрам выезжал на собственном дилижансе в Яффо, переезд через железнодорожные пути по крутому спуску создавал определенные трудности. Рассказывают, что однажды карета перевернулась, и Аарон серьёзно ушибся. Так, что ему пришлось отлёживаться дома, где его проведал местный турецкий начальник – каймакам. Этот визит кончился обещанием построить в этом месте мост, что и было сделано, по всей видимости, в начале прошлого века. Это был первый современный мост, построенный в Яффо. Его так и назвали "Мост Шлюша", и он стоит до сих пор практически без изменений.
"Поезд в Неве Цедек". Картина художницы Ционы Таджер (1900-1988), выросшей в "Ахузат Баит". (Фото с сайта ציונה תג'ר.)
На врезке – современное состояние моста Шлюша. 2005г.
В середине 80-х гг приехали из Иерусалима в Яффо братья Шимон (1863 – 1922) и Элиезер (1854 – 1914) Роках. Их отец, Ицхак получил на откуп у турецких властей право на взимание дорожной пошлины с паломников, направлявшихся в Иерусалим. В 1886г он попросил Шимона, в качестве компаньона переехать в Яффо и исполнять там эту обязанность. Через год к нему присоединился старший брат Элиезер, уже известный к тому времени публицист и общественный деятель, посвятивший себя идее привлечения евреев на Землю Израиля. Совместно с доктором Менахемом Штейном (1855 – 1916) они организовали общество «Эзрат-Исраэль», целью которого было оказание помощи евреям, прибывавшим в страну морем (многим из них турецкие власти даже не разрешали сходить на берег).
Были у членов общества и конкретные предложения: основать еврейский жилой квартал вблизи Яффо, создать еврейскую библиотеку, в которой были бы не только книги религиозного содержания, и построить больницу для евреев Яффо. Их намерения о создании еврейского жилого квартала пришлись, как нельзя кстати, Аарону Шлюшу. Его дом был не только единственным за стенами Яффо, он ещё и пустовал: семья не хотела переезжать в этот дом без соседей. Общество «Эзрат-Исраэль» быстро нашли общий язык с Шлюшем: Аарон предложил им пустовавшие вокруг его дома земли по очень удобной цене с одним единственным условием – чтобы строительство было начато немедленно. Так в 1887 году на месте сегодняшних улицы Роках и Штейн снаружи городских стен появились первые дома 48 еврейских семей, положившие начало кварталу «Неве Цедек». Имя было выбрано из ТАНАХа, из книги Иеремия, назвавшего Иерусалим - «...жилище правды (неве цедек), гора святая» [Иер. 31:23].
Элиезер Роках вскоре оставил общество «Эзрат Исраэль». Конфликт с чиновниками администрации барона Ротшильда, особенно обострившийся после поддержки «бунтовщиков» в Ришон ле-Ционе, и, несогласованное с братом использование для этого денег общества, вынудили его уехать из Палестины. Шимон Роках продолжил их совместное начинание и, вскоре, стал во главе всей еврейской общины Яффо. При активном участии доктора Менахема Штейна в Яффо была создана первая еврейская больница «Шаарей Цион», успешно продолжалось строительство новых домов в Неве Цедек, открылась библиотека при клубе «Иешурун», в котором состоялось знаменательное собрание евреев, организовавших общество «Ахузат Баит» - зародыш будущего Тель Авива.
Стенная роспись в "Центре Сюзан Далаль", Неве Цедек, Тель-Авив. 2005. Худ. Давид Тартаковер.
Справа в овале – Шимон Роках. Слева от Рокаха – Аарон Шлюш.
Ни Аарон Шлюш, ни Шимон Роках уже не принимали непосредственного участия ни в обществе «Ахузат Баит», ни в дальнейшем строительстве города. Но семейную традицию с успехом продолжили их дети. Один из сыновей Шимона, Исраэль Роках (1896 – 1959) стал известным общественным и государственным деятелем и на протяжении почти 20 лет (1936 – 1952) был главой муниципального совета Тель-Авива. Трое сыновей Аарона Шлюша имели прямое отношение и к созданию общества «Ахузат Баит» и к строительству города.
Старшие сыновья, Авраам Хаим (1867 – 1925) и Йосиф Элиягу (1870 – 1934) Шлюш построили в Неве Цедек завод строительных материалов и организовали строительную фирму, осуществившие на первых порах большинство работ в «Ахузат Баит», включая строительство «Гимназии Герцлия». Младший сын Яков (1880 – 1944) увлекался литературой, писал стихи на арабском языке и иврите. Он 40 лет проработал в правлении Англо-Палестинского банка, преобразованного в последствии в Банк Леумми ле-Исраэль. Вместе с братом Йосефом Элиягу, Яков был в числе первых членов общества «Ахузат Баит». Их дома стояли рядом на углу ул. Герцль и бульвара Ротшильд.
В начале дом Йосефа Элиягу был одноэтажным, но потом он достроил ещё, и на нижнем этаже начало работать популярное кафе «Карлтон». Здесь собиралась не только интеллектуальная элита «Маленького Тель-Авива». Авраам Шлёнский с воодушевлением читал здесь свои стихи и чиновникам из администрации барона Ротшильда, и «бунтовщикам» из Ришон ле-Цион; здесь разгорались его жаркие идеологические споры с Берлом Кацнельсоном, редактором газеты «Давар»; сюда, как в знаменитое кафе «Флорида» города Черноморска, приходили "пикейные жилеты в соломенных шляпах канотье" выяснять: «Бриан – это голова?»
Население «Маленького Тель-Авива» было очень разношерстно. В числе первых участников общества «Ахузат Баит» были потомки знаменитых испанских раввинов, семья Абулафия. Они поселились сначало в Неве Цедек, а затем, получив по «Жеребьевке» участок на ул. Иегуда Галеви, построили там дом. Их старое помещение в Неве Цедек снимал в это время молодой репатриант из Галиции, Йосеф Чачкес, ставший знаменитым писателем, лауреатом Нобелевской премии, Шаем Агноном (1888 – 1970). Кантонист Аарон Итин, прослуживший 12 лет в царской армии, приютил в своём новом доме ученика студии театра «Хабима», Рафаэля Клячкина (1905 – 1987), приехавшего 15-летним мальчишкой из Литвы и подрабатывавшего на полях с/х школы «Микве Исраэль». Инженер-химик из Бессарабии, ставший первым главой муниципального совета Тель Авива, Меир Дизенгоф (1861 – 1936) привёз сюда из Житомира свою будущую жену Зину, именем которой была названа одна из центральных площадей города.
В 1949 году, отмечая 40-летие города, городской совет решил установить на бульваре Ротшильд мемориальный комплекс в память основателей, первых жителей Тель-Авива. Там, где стоял дом, в котором заседал комитет общества «Ахузат Баит» и первый в городе колодец, обеспечивающий проточной водой, а также там, где состоялась знаменитая «Жеребьёвка с ракушками», архитектор Ицхак Райхер расположил небольшой бассейн с фонтаном и рядом – стену, в центре которой медный барельеф. На барельефе в нескольких уровнях скульптор Аарон Привер изобразил этапы рождения города: в самом низу - змеи и прочие гады, населявшие эти пески; выше - работы по планировке песчаных дюн с помощью лопат, кирок и одноколёсных тачек; первые городские постройки – «Гимназия Герцлия», водонапорная башня, дом первого мэра города, Меира Дизенгофа, и на верхнем, четвертом уровне - Тель-Авив 30-х годов: театр «Габима», Тель-Авивский порт, дом национального поэта Хаима Бялика, площадь Зины Дизенгоф.
С противоположной стороны памятника, в алфавитном порядке, перечислены первые 66 членов общества «Ахузат Байт».
АТаль -https://arktal.livejournal.com/22015.html
Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.
Дневник 100 лет Тель-Авиву .Очерк второй. "Тель-Авив ха-ктана" | lira_lara - Надежды маленький оркестрик под управлением любви |
Лента друзей lira_lara
/ Полная версия
Добавить в друзья
Страницы:
раньше»