Камень я могу любить, Говинда, так же, как  и дерево или кусок коры. Это вещи, а вещи можно любить. Но слова я любить не могу. Оттого-то всякие учения ничего для меня не стоят; они не обладают ни твёрдостью, ни мягкостью, у них нет цветов, запаха и вкуса, нет граней - они представляют одни лишь слова.