Namaste.
Я прошу прощения, что изучение "Игры в бисер" заняло так много времени. Дело в том, что у меня бумажной книги нет (ее я бы прочитала намного быстрее), а есть аудио-книга, которую я слушала почти каждый день минут по двадцать перед сном или в течение дня. Поэтому долго.
Итак.
Пожалуй, есть две темы в этой книге, захвативших меня: устройство общества и путь человека.
Можно ли назвать общество, описанное в книге, идеальным? Есть элита (монахи!), которая занимается наукой и искусством, которая двигает культуру человечества, и от каждого человека, монаха, требуется лишь одно: отдавать себя своему делу, даже если это что-то, на первый взгляд, бесполезное, типа перевода современной художественной литературы на мертвые языки. Если человек чувствует, что он рожден для этого, пусть работает. Итак, есть элита, и есть все остальное общество, мир, который эту элиту содержит в обмен на то, что она двигает вперед культуру этого мира. Горький парадокс заключается в том, что вряд ли мир может почувствовать и оченить значение того, что открывается или создается в кельях, лабораториях и мастерских. В частности, игру в бисер.
Мне нравится идея. Как таковых, правил в книге нет, и это хорошо, иначе было бы столько "Обществ игры в бисер"! /задумалась над правомерностью этого восклицания, задала запрос, и вот: http://www.igra-v-biser.ru/ - одно, как минимум, есть). Но идея... Стоять на плечах титанов, жонглировать шарами, в которых сконцентрированы их слова, их музыка, их формулы, выстраивать из этих сверкающих шаров пирамиду, которая сможет объединить противоположности в единство, а затем в глубоком молчании, стоя в этой пирамиде, встречать восходящее солнце. Медитация.
Наверное, лишь для элиты это сиящие шары. Для мирян - хрустящий бисер.
Путь из мира в монашество и путь из ордена в мир Гессе предполагаются: в детстве мальчик (да, женщин там нет) может поступить в одну из школ ордена. Также член ордена может покинуть его.
С одной стороны, это прекрасно. С другой стороны, встает вопрос о назначении культуры. И поп-культуры.
В любом случае, это лучше, чем общая вульгаризация общества. В любом случае, как мне кажется, это начало конца культуры. Поэтому будем же наслаждаться восходом солнца.
Прочитала у Ницше отрывок, обвела номер параграфа и подписала: "Игра в бисер". А отрывок такой:
439
Культура и каста. Более высокая культура сможет возникнуть лишь там,
где существуют две различные общественные касты: каста работающих и каста
праздных, способных к истинному досугу; или, выражаясь сильнее: каста
принудительного труда и каста свободного труда. Точка зрения распределения
счастья несущественна, когда дело идет о создании высшей культуры; но во
всяком случае каста праздных более доступна страданиям, более страдает, ее
довольство жизнью меньше, ее задача - более велика. И если еще имеет место
обмен членами между обеими кастами, так что более тупые, менее
одухотворенные семьи и личности из высшей касты перемещаются в низшую, и,
наоборот, более свободные личности низшей касты получают доступ в высшую, -
то достигнуто состояние, за пределами которого видно лишь открытое море
неопределенных желаний. - Так говорит нам еле доносящийся до нас голос
древнего времени; но где есть еще уши, которые могли бы услышать его?
указанное ранее издание, с.249.
Только не думайте, что я подписываюсь под каждым словом!) Здесь есть, над чем поразмышлять.
Сильное впечатление произвело последнее жизнеописание. Не является ли высшей формой майи игра в бисер? И тут же отвечаю на свой вопрос: да, является. Но чтобы постичь майю и освободиться от нее, нужно сначала достичь вершины пирамиды.
И путь человека.
Йозеф Кнехт (как удивительно и символично то, что во всех вариантах в жизнеописаниях его фамилия означает "слуга"!) вошел в то пространство, где находятся двое тех, кто... кто всегда со мной. Она - воплощение мужества изойти песней, даже если доля блаженства и страдания жизни уже давно отмерена и ей известна. Снова и снова она находила мужество - даже если было очень страшно - снова выбирать то, что ей должно сделать. И ее слова о любви как силе гравитации вселенной.
Почти вижу, как Кнехт подходит к ней и подносит ее ладонь к губам. Она хочет сделать книксен, но бросает взгляд на свою одежду и смеется: она в прочной одежде, в которой хорошо жить в горах, и в большом мужском жилете с кучей карманов. Она в приветствии шепчет два слова своей вести и подает Кнехту бокал вина. Кнехт, прикрыв глаза, делает небольшой глоток, кивком благодарит, возвращает бокал и оборачивается к другому обитателю этого странноо пространства.
И встречает его улыбка аметистовых глаз. Воплощение воли к жизни, мужества жить, даже с непомерным бременем на плечах, мужества дать обет и следовать ему., мужества достичь предельного мастерства в своем деле и знать цену этого мастерства. И главное: умение находить самые правильные и добрые слова, которые заставляют человека обратиться к добру, которое светится у него в сердце.
Безмолвный поклон.
Зачем же в это пространство пришел Кнехт?
Наверное, образ Кнехта - это синтез. Он исполнил свое призвание - он был великим мастером, - и он был великим учителем: он умел находить слова. Но у него есть еще одно качество, которое я так сильно чувствую особенно у него: способность почувствовать моменты развертывания потенциала личности, моменты, когда прощание неизбежно, но оно становится началом нового этапа пути, моменты, когда нужно "себя перебороть, переродиться, для неизвестного еще служенья привычные святыни покидая" (стихотворение "Ступени"). Мужество перерождаться.
Я думаю, я не раз еще буду перечитывать и переслушивать эту книгу. В ней так много глубины...
Sat nam.
P.S. Теперь можно читать, что написал по поводу книги Макгрегор)