Друг Юрия Германа, Даниил Данин, с наступлением "оттепели" начал активно учить английский язык по старым газетам и журналам, детским книжкам. В одной из них он обнаружил исписанный от руки лист, и отправил его в СССР, Герману.

Тот перевел и так восхитился словами, что повесил листочек над рабочим столом. Зачем? Тот утверждал, что эта молитва лечила ему нервы и уравновешивала эмоции. Текст был примерно такой:

"Дорогой Бог, ты лучше меня знаешь, что я старею.

Не позволяй мне вмешиваться в чужие дела. Оставь мне силы для раздумий, но не превращай меня в деспота. Пусть я буду полезным, но не тираном.

Не позволяй мне скатиться до занудства, до изложения бесконечных подробностей!

Подари мне крылья, чтобы даже в дряхлом состоянии, я мог долететь на них до своей цели.

Запечатай уста мои, чтобы не было соблазна рассказывать другим о своих недугах. Болею я теперь все чаще, и рассказывать об этом другим - особое удовольствие.

Не забирай всю память до остатка, оставь при мне человеколюбие. Усмири мою самонадеянность. И не жалей меня, раздумывая, преподать ли еще один полезный урок.

Если я когда-то мог быть нежным, добрым и радушным, сохрани за мной эту способность. Я не хочу, чтобы меня считали святым, они невыносимы при тесном общении. Но кислый нрав - это творение бесов.

Научи меня видеть таланты в других..."

Высокие, благородные цели.

Не все умеют стариками быть. Так писал Андрей Дементьев. А до него - Тютчев.