Наталья Варлей и Нина Бродская поют песнь о любви, которой не бывает в этом рилити-шоу, под названием лив. Чао, бамбино, sorry... нам было неплохо ночью с тобой...

Неплохо? Да?

Я коснулся твоих губ, пахнущих несмытой водой из китайской газовой колонки. Они ответили мне влажным объятьем. Кончики наших языков соприкоснулись.  Пошловато... Наши руки стали рисовать. Словно уголь, сангина, жирный черный карандаш архитектора оказался в наших руках...

Святой дух великого Микеля спустился на нас. Анджело, парящий над тобой, матэ Картасара, всасываемый тобой через евротрубочку из росстыкву, и шелковое лоно под моей ладонью...

Но оно раскрывается. И ладошки пальцев утопают в бездонной мгле. Я упопаю в этом. Весь, с головой. И слышу сквозь звеняшую и мягкую вату в ушах: "Милый, мне было очень хорошо..." [200x332]

Ты веришь или не веришь...

А на утро, проснувшись, вы оба вдруг, сдыдясь взглянуть в глаза друг другу, видите разползающееся пятно запечатленной страсти: чуть малиновое от девственной крови, смешанное с чуть желтовой, пропитанной никотином спермой на накрохмаленной простыне, разрисованной ромашками. Ты все понимаешь... Поздно, мой друг... Ты уже изменил... Себе, ей и ей... Ты - тварь. Но оставим это на потом. На поминки твоей черствой душе.

А сейчас:

И вы прилипаете друг к другу... и через поцелуи, нежные, яркие, как солнце или звезды, шепчете друг другу: "люблю, люблю, люблю..."