Император Николай (…) сказал ему следующие достопамятные и великодушные слова: "Ты знаешь, что я, после польского возмущения, до поляков не большой охотник, но если, по предубеждениям и по страсти, я увлечен буду на принятие каких-нибудь мер несправедливых против них, то обязанность твоя немедленно предостерегать меня". (с)

P.S.: И это Николай "Палкин".