Рассуждениями о вине родителей, школы, улицы и СМИ в подростковой жестокости переполнены сегодня телеэкраны и газетные полосы. И подростки, внимая этому информационному потоку, похоже, легко соглашаются, что виноват кто угодно, только не они сами. В Калининграде школьницы избили сверстницу и сняли все это на видео. В Тюмени девятиклассница собрала группу подростков, которые избивали и грабили детей, а девочек насиловали. Каждая новая история страшнее предыдущей. Почему в головах у школьников перепуталось хорошее и плохое? Какого наказания заслуживают озверевшие подростки? Достаточно ли простого раскаяния, чтобы искупить вину за унижения и издевательства, которые они причиняли совершенно сознательно?

Как рассказал "Росбалту" уполномоченный по правам ребенка в Москве Евгений Бунимович, случаи подростковой жестокости в школах, особенно закрытых, были всегда. Правда, сегодня в этом отношении наметились определенные тенденции: по данным МВД, уровень преступности среди подростков снижается, однако отдельные случаи поражают своей жестокостью и демонстративностью.

Одна из причин, по мнению Бунимовича, – полное отсутствие в обществе представления о том, что можно, а чего нельзя. Другая причина – психологическая. Подростки все чаще собираются в группы, подражают друг другу, стараются перещеголять. Действуя вместе, они не чувствуют своей личной ответственности. Особую роль здесь играет Интернет: школьники не просто издеваются над сверстниками, они снимают все это на видео, а потом выкладывают в Сеть.

По словам главного детского психиатра Москвы Анны Портновой, для детского и подросткового возраста вообще характерна жестокость, а в определенных социально-бытовых условиях она приобретает чрезмерные масштабы.

"Школы всегда стараются до последнего скрывать такие случаи, или вообще не думать и не заниматься ими. Посмотрите, как оценивают работу общеобразовательных учреждений родители и чиновники. Основные показатели для них – результаты ЕГЭ, ГИА. Среди критериев оценки нет безопасности ни физической, ни психологической. На это обращают внимание только тогда, когда что-то уже произошло. Нет ни методов оценки безопасности, ни людей, которые бы за это отвечали", — отмечает Евгений Бунимович. Казалось бы, следить за атмосферой в школе должны психологи, социальные педагоги, но, по словам детского омбудсмена, сегодня во многих регионах их сокращают, да и в Москве приходится прикладывать дополнительные усилия, чтобы они остались.

Однако в случае с девятиклассницей из Тюмени в школе социальный педагог была и даже, как пишет "Комсомольская правда", знала о неблагополучной ситуации, но не спасла учеников от издевательств. Сейчас она (совместно с остальным педколлективом) пытается "защищать" честь родной школы.

"Если класс провалил экзамен по математике, все понимают, что учитель сделал что-то не то, а вот в отношении социального педагога не совсем ясно, в чем его задача, какой конечный результат", — объясняет омбудсмен. Недостатки в работе этих специалистов вскрываются только тогда, когда происходят случаи из ряда вон.

Безопасность подростков — психологическая, моральная, физическая — не является ключевой ни для общества, ни для родителей, ни для чиновников. Нам рассказывают, что мы живем в стабильной стране, но тогда это какая-то очень странная полукриминальная стабильность, которая контролируется непонятно кем", — считает он.

Проявления подростковой жестокости нужно не скрывать, а пресекать, считает омбудсмен. Когда в общеобразовательном учреждении складывается сложная атмосфера, следует это признавать и обращаться за помощью в полицию, потому что такого рода подростки понимают только силу, уверен он. "Да, нужно заниматься их воспитанием, реабилитацией, но нужно думать и об их жертвах тоже", — отметил собеседник "Росбалта".

А член Общественной палаты РФ, директор ЦО "Царицыно" Ефим Рачевский, отмечая вину тех нерадивых педагогов, которые, по его мнению, не уделяют необходимого внимания своей работе, а также неразвитую в должной степени систему дополнительного образования, обращает внимание и на ответственность семьи, поскольку неблагополучие изначально гнездиться именно там

О том, что в большинстве случаев виноваты родители, говорит и главный детский психиатр столицы Анна Портнова. По ее словам, если в семье растет сложный ребенок, родители должны искать помощи, обращаться к психологам. "Если они этого не делали и закрывали глаза на проблемы ребенка, значит, в тюрьму нужно сажать именно их, а не детей", — уверена эксперт. А вот снижать возраст уголовной ответственности, по ее мнению не стоит. "Если ребенок в 14 лет стал жестоким, это только его вина? Откуда он взял такие гены? Кто его воспитывал? Кто не привил морально-этические качества? Учитывая все это, разве можно отправлять его в тюрьму? Наверное, нет", — считает психиатр.

Пролайферы, слабо воспитанием таких детей заняться? Это же ВЫ спасли им жизнь!!! Ради чего, чтобы они потом в тюряге сидели? А? Умники вы наши?  С кровавым плакатиком в сторонке ведь проще постоять, не так ли? Достойное занятие для мужикашечки )))

Но можно ли говорить о том, что в 14 лет подростки не понимают, что делают? Что они не осознают, к каким последствиям это может привести? И ответ психиатра снова – нет. "В девятом классе уже все осознают и вполне понимают", — говорит эксперт.

Так неужели их, совершающих жестокие, порой просто пугающие своей бесчеловечностью поступки, нужно оставлять на свободе?

"Среди подростков, побывавших в местах лишения свободы, огромный рецидив. Это для них просто криминальные университеты", — отмечает Бунимович. Он считает, что в качестве наказания за жестокие преступления молодые люди могут быть изолированы в закрытой школе. "Задача — найти для них путь трудовой реабилитации, пусть и внутри закрытого учреждения. Оно не должно быть таким, как наша лагерная система, где человеку продолжают диктовать, что он — ничтожество. Нужно обязательно дать подросткам шанс. Иначе мы просто бесконечно будем плодить бандитов", — уверен эксперт.

Он также считает, что снижение возраста для наступления уголовной ответственности, о котором многие сейчас говорят, не даст результатов. "Подобные попытки предпринимались в советское время, но это не помогло. Да, какой-то срок наказания возможен, но только при условии, что с подростками будут работать педагоги, психологи", — подчеркивает омбудсмен.