Вертикальная черта, проведенная в непонимании образа, берет за начало тонкое отношение между сознанием насекомого и свежим чувством того, что происходящее может позволить себе быть лучшим из всех возможных вариантов решения пустоты, где в качестве неизвестного выступает птица, парящая на уровне первых признаков тревоги, а в качестве известного - я, направляющий линию вдоль небрежно натянутого воздуха алых губ.
Воспари мера того, что уже возникает в сознании, задуманном так наивно по отношению к наследованию образа неземного, бесполого, таинственным случаем восполнимого, но между тем и требующего сложного поворота вытянутой рукой, направляемой в сторону грамотного солнца.
Солнце, передающее постепенное отношение к человеку, начинает останавливать его, как рисовое поле небо, требующее восполнения, в центре некоего пространства, что позволяет перенести смысловые звуки через глубокое положение общества к едва виднеющемуся вдали гордому и одинокому.
Страх засоряет пустоту толчками, что не дает постороннему движению частиц песка собрать желтый цвет во впадинах, безнадежно пропавших бесед о части того мира, который бежал от печати каменных морщин в сторону яблочного положения рук, принимающих уверение в том, что именно им уготована участь радостного бега вдоль красоты и запаха.
Да, с темным звуком, таящим мягкую неприхотливую часть, уже завершено, но это еще не дает нам возможности собрать то, что должно находиться под стеклянным колпаком наблюдения членов физиологического общества, несущих в себе счастливую дремоту, полученную в ходе волнообразных движений по часовой стрелке.
Плевал я на тронутую медлительно пылью необходимость представляющую собой только владычество, а не положение, потому что не все можно отнести на счет беспокойства, коварно перемешивая тончайшие фрукты беспалой рукой магии, которая есть состоянием своим изумруд в геологической породе человека постепенного.
Возле меня может расположиться понятие точечной бесконечности, как полного неприятия небесного, дискредитирующего полезную информацию о живых организмах, несущих в своих приоритетах такие изображения человеческого лица, что их необходимость уже не обговаривается в укромных, с зашторенными окнами, комнатах собирающими плоды грехопадения с высоты твоего локтя.
Знание по природе своей дневное состояние, организованное душой, так как его необходимость только увеличивается, мешая натянутому покрову над говорящим преобразоваться в то, чем, возможно, стал уже факт его присутствия в живой ткани события, сообразуясь с которым и пребывает веяние.
Раджамани Пиллаи. Из книги "Пустыня Тар"
перевод с английского - Максим Бородин
Раджамани Пиллаи - поэт.
Родился в 1964 г. в Мангалуре на юге Индии в семье инженера. Учился в Индии, Англии, США. Начинал литературную деятельность на английском языке и на языке малаями, но с 1990 г. продолжает писать только на английском. С 1994 года гражданин США. Постоянно проживает в Сан-Франциско. Преподает в университете историю индийской литературы. Выпустил книгу стихов "Пустыня Тар". Печатается в Индии и США.
Художник - Омар Чхаидзе.
Омар Чхаидзе — один из самых ярких художников нашего времени.
Он родился в Грузии 16 апреля 1944 года, образование получил в художественном училище, затем в Академии художеств в Тбилиси.
С 1964 г. Омар принимал участие в международных выставках: в Москве, Париже, Берлине, Лондоне, Вене, Нью-Йорке, Женеве, Амстердаме, Тель-Авиве.
Сейчас Омар Чхаидзе имеет всемирное признание. Его работы можно найти в музеях, галереях, многочисленных частных и корпоративных коллекциях многих стран.
С 1992 г. Омар живет и работает в Москве. Здесь он открыл свою галерею, где представляет работы лучших художников грузинской школы живописи. Член ряда организаций художников, Омар Чхаидзе проводит персональные выставки по всему миру.
Начиная с 2000 года резко меняются стиль и манера письма Омара Чхаидзе.
Сейчас он полностью освобождается от привязанности к предмету, к форме, что дает ему необыкновенную свободу самовыражения, помогает передавать свое видение духовного мира Вселенной.
И хотя духовность всегда была основой выражения в творчестве Омара Чхаидзе, сейчас это движущая сила, помогающая ему создавать на полотне гармонию света, переходящего в цвет. Его новые работы полны сакрального смысла, они несут идеи пробуждения, просветления.
Омар Чхаидзе – художник, чье творчество не ограничено рамками пространства и времени. Оно является совершенным выражением его личности и таланта художника. Художник в полной мере осознает свою миссию на Земле – дарить людям любовь, которая наполняет его сердце, абсолютную любовь ко всему сущему.