Это цитата сообщения My_breathing Оригинальное сообщение
Интервью с художником...Юрий Купер..
[460x460]
Один из самых знаменитых художников, его работы хранятся в крупнейших музеях мира, от Третьяковки до Метрополитена, в престижных собраниях, от коллекции Министерства культуры Франции до Библиотеки конгресса США. У Юрия Купера прошло более 50 персональных выставок в самых престижных галереях мира.
Сегодня мы говорим о мужских слабостях: женщинах, алкоголе, деньгах. Хотелось бы узнать о Ваших. Например, алкоголь — Ваша слабость, или он Вам помогает?
В некоторых случаях помогает, в других — мешает. Но это не слабость. Просто есть люди, которые зависят от алкоголя или наркотиков, тогда это слабость. А я независим от них.
Вы заядлый холостяк. Вам не скучно здесь одному со своими женами—картинами? Или не мешало бы, чтобы рядом был еще кто—то, например, женщина?
Мешало бы. Да и вообще, понимаете, проблема совместной жизни — невозможность долгое время оставаться героем. Потому что, когда ты с кем—то живешь, постепенно мужчина—герой становится «добывателем», который ежемесячно должен приносить в дом доход. Необходимо ежедневно подтверждать свой героизм, успешность. [584x385]
Тюльпан
Может быть, Вы еще не встретили ту, для которой захочется доказывать?
Встречал, доказывал, а потом уставал.
А есть у Вас любимая картина?
Была одна, ее сейчас нет. Это целая история. В студенческие годы я был на Белом море с тремя или четырьмя моими однокурсниками. Мы все должны были писать там картины. Все мои ребята писали рыбаков, деревенские избы. А я не знал, что писать, со мной происходило то, что называют становлением художника. Я ходил по деревне. И как—то вечером, совершенно измотанный, я зашел в деревенский клуб. Раньше там была церковь,а теперь на стенах висели портреты вождей. В клубе находились одни солдаты, потому что в этой деревне в тот момент стояло три подразделения: стройбатовцы, пограничники и связисты, и с ними две женщины. У одной из—под юбки торчала комбинация. В центре зала сидел баянист в кепке. Горела тусклая лампочка без абажура.
Эта картина произвела на меня неизгладимое впечатление. Я стал ходить туда каждый вечер и рисовать. Потом я взял картонку 50х70 и стал писать картину.
Когда я привез ее в Москву, мой учитель сказал мне: «Юра, это ваша первая картина. Вы стали художником. Никогда, никому ее не отдавайте».
У меня был приятель, Валя Рыжов, сценарист, написавший сценарии к фильмам «Баллада о солдате» и «Белое солнце пустыни». Вечерами мы выпивали в моей мастерской. Каждый раз, когда он приходил, он минут 10 уделял картине. Просто садился и смотрел на нее. Я все хотел его спросить, что он там увидел. Мой отъезд совпал с пятидесятилетием Вали, и я решил ему подарить эту картину, но с условием, что он мне расскажет, что он в ней усмотрел. Но когда я пришел, Валя уже был пьян. Я оставил картину и уехал.
Прошло лет 10. Валя приехал в Париж. У меня в то время как раз проходила выставка. После выставки мы пошли в ресторан. Там, выпивая, я спросил его, что стало с картиной. Он сказал, что подарил ее сыну. И второй вопрос, который я задал, звучал так: «Я всю жизнь мечтал у тебя спросить: почему тебя так интересовала всегда эта картина, что ты в ней нашел?» А он вдруг стал таким серьезным и спросил: «Ты когда—нибудь был в армии?» Я ответил, что нет. А он продолжил: «А ты знаешь, что я всю жизнь провел в армии. На фронт пошел совсем молодым. Когда пришел с войны, писал сценарии для фильмов о военных годах. Армия меня преследует всю жизнь. Но нигде, ни в литературе, ни в одном фильме, я не чувствовал такой правды, такого ужаса военной службы, как глядя на твою картину». Сейчас эта картина потеряна.
Натюрморт с кистью
Для многих рисование — это хобби. В Вашем случае — это профессия. А есть ли у вас хобби?
Да, я люблю ходить на рынок и покупать старые вещи. Это, наверное, наследственное, мой дед был старьевщиком. Люблю поздно ночью или рано утром сидеть в кафе и смотреть на прохожих. А потом, я очень люблю встречаться, общаться с людьми, у меня много друзей.
В какой момент пришло осознание, что у Вас есть талант?
Очень рано, когда я еще не умел рисовать. Это случилось на студенческом занятии, где надо было нарисовать с натуры гипсовые маски богов. Мой инстинкт уже тогда мне подсказывал, что они неправильно рисуют углем, а надо белым или серебристым. Я подумал, что в следующий раз, когда приду на занятия, принесу жесткие карандаши, чтобы делать серебристые тени. То есть, в первый раз увидев натуру, я уже понимал, как нужно работать.
Натюрморт с веером
Тюльпан
Купер Юрий Леонидович
Read more: http://www.radiuscity.ru/articles.aspx?id=1168#ixzz12pMbEsHs