[показать]Дама Алиса Кителер происходила из Кителер-Хаус, в графстве Килкенни в Ирландии, и была единственным ребёнком в знатной семье нормандо-ирландского происхождения. Была замужем 4 раза. Её первым мужем был Уильям Аутлав, банкир; второй звался Адам ле Блонд, третий — Ричард де Валль. Четвёртый её супруг, сэр Джон ле Поэр, к моменту объявления обвинений в адрес его жены, страдал головокружениями и обмороками.
Дети сэра Джона считали, что Алиса отравила их отца. При обыске в доме родителя Алисы были обнаружены многочисленные «волшебные напитки и порошки», использовавшиеся при занятиях чёрной магией. В связи с этим сэр Джон ле Поэр и его дети обвинили Алису Кителер в том, что своим колдовством она умертвила трёх предыдущих мужей и «похитила здоровье» у четвёртого.
Согласно обвинению, ведьма с помощью колдовских мазей, приготовленных из внутренностей принесённых в жертву сатане петухов и мозга некрещённых мальчиков, заколдовала до смерти и смертельных болезней всех своих мужей. Ей также вменялось в вину осквернение церквей, а также то, что она по ночам встречалась с дьяволом с тем, чтобы тот ей давал советы, как творить зло.
В 1324 году епископ Оссорийский Ричард де Ледреде начал судебный процесс, который дал следующий результат: дама Алиса Кителер является главой группы колдунов и еретиков, действующей в графстве Килкенни.
Кроме этого, персонально Алиса Кителер была обвинена в том, что колдовством принудила детей других её мужей передать все свои богатства её любимому сыну Уильяму Аутлаву и заколдовала сэра Джона де Поэра так, что у последнего выпали волосы и ногти.
Епископ Ледреде предъявил Алисе обвинение и попытался ее арестовать. Однако, ввиду высокого социального статуса дамы Кителер потребовалось особое постановление об аресте. В это время Алиса предпочла бежать в Дублин. Епископ неоднократно пытался схватить даму Кителер — правда, безуспешно. Заочно в Килкенни Алиса Кителер была осуждена за колдовство. Принадлежавшие ей в Ирландии земельные владения были конфискованы. Алиса бежит в Англию, где приговор ирландского суда не имел силы.
Не столь знатные «колдуны» были наказаны гораздо строже. Камеристка Кителер, Петронилла де Мит, после ареста была бита плетьми до тех пор, пока не подтвердила все обвинения в отношении своей госпожи. Затем она была лишена прав сословия и 3 ноября 1324 года заживо сожжена на костре.
Петронилла де Мит считается первой ведьмой сожженной на костре в Ирландии. С этогомомента начинается период в истории, известный под названием «Охота на ведьм».
В 1428 году герцогство Савойя было истерзано близким к гражданской войне состоянием. Люди, населявшие регион, разделились на сторонников и противников семьи Рарон (Raron), против которой восстали другие знатные кланы.
Обстановка в герцогстве стала крайне нестабильной. Никто не знает точно, кому пришла в голову мысль, что все проблемы были связаны с ведьмами, но 7 августа 1428 года делегаты из семи районов Вале потребовали от властей найти и наказать скрывающихся ведьм и колдунов.
Всякий, кого обвиняли в колдовстве как минимум три человека, должен был быть арестован. Если обвиняемый признавал свою вину, его сжигали на костре как еретика, и если нет, то пытали, пока не получали нужное признание.
События начались в южной франко-говорящей части Вале и распространялись на север в немецко-говорящие регионы. В течение полутора лет были казнены на костре более сотни человек.
C1428 обвинения в ведовстве посыпались как из рога изобилия. Жизнь в Вале и близлежащих землях буквально замерла. Благонамеренные граждане, а особенно женщины, оцепенели от ужаса. Ведь любой мог по личным причинам обвинить соседа в гнусных деяниях, и закрутившаяся судебная машина перемолола бы нового подозреваемого без всякого снисхождения и сожаления. Люди стали покидать обжитые места и уезжать на север, куда еще не добралась эпидемия погони за ведьмами.
В общей сложности до 1447 года в Вале и его окрестностях было обвинено в ведовстве и сожжено на кострах несколько тысяч человек.
Многие представители элиты того времени — или же те, кто стремился разбогатеть, захватив имущество жертв инквизиции, — видели в этих обвинениях, судебных процессах и казнях удобный способ избавиться от врагов и разделаться со многими проблемами. Собственность казнённых отдавали их семье только в том случае, если они могли присягнуть в своей непричастности к колдовству; в противном случае собственность переходила к знати, которая платила за казнь своим вассалам.
Осуждённых привязывали к лестнице с деревянным распятием в руках и мешочком пороха, повешенным на шею. Лестница затем приставлялась к столбу, вокруг которого был разожжён костёр. Некоторых вместо этого обезглавливали перед сжиганием. Многие были запытаны до смерти, но их тела тоже сжигались.
К этому же времени можно отнести два известнейших политических процесса, в которых ведовство послужило предлогомдля начала преследований, закончились сожжением Жанны д’Арк (1431) и Жиля де Рэ (1440).
Особенно интенсивными ведовские процессы были на территориях, затронутых Реформацией. Восприняв как догму демонологические построения своих политических противников, протестантские наставники стали своими силами бороться с «посланниками ада». «Колдуны и ведьмы, — писал Мартин Лютер, — суть злое дьявольское отродье, они крадут молоко, навлекают непогоду, насылают на людей порчу, силу в ногах отнимают, истязают детей в колыбели… понуждают людей к любви и соитию, и несть числа проискам дьявола».
И вскоре в лютеранских и кальвинистских государствах появились собственные, более суровые законы о колдовстве (например, был отменен пересмотр судебных дел). Пытаясь расколдовать мир, протестантские теологи породили массовую паранойю.
За один только осенний день 1589 года в саксонском городе Кведлинбурге, находящемся на северной окраине горного массива Гарц / Harz, примерно в 60 км к юго-западу от Магдебурга, с населением в 12 тысяч человек на костер взошли 133 «ведьмы». А члены городского совета германского города Роттенбург, по сведениям из хроник, «чувствовали усталость» от бесконечных процессов и сетовали на то, что «скоро в городе не останется ни одной живой женщины».
Кстати, Гарц не раз был описан поэтами и прозаиками — в особенности упоминается этот массив в «Фаусте» Гете. Главная достопримечательность Гарца — самая высокая гора Брокен. Считается, что сюда в Вальпургиеву ночь на протяжении веков на шабаш слетаются ведьмы со всех континентов.
Франция была одной из первых стран, где охота на ведьм началась уже в первой половине XIV века, при папе Иоанне XXII. В 1390 году состоялся первый светский процесс по обвинению в колдовстве. С начала XVI века суды становятся массовыми, а на период 1580—1620 годов приходится настоящая эпидемия колдовской истерии. В середине XVII века парламент Парижа начинает отклонять дела о колдовстве, но последний ведовской костер во французской столице горел и совсем незадолго до гильотин буржуазной революции конца XVIII века.
В 1679 году в Париже начался процесс, получивший название «Дело о ядах», в котором участвовали сотни обвиняемых. Расследование вел глава парижской полиции Николя ла Рейни, а курировал лично Людовик XIV.
Париж, словно выходящие из берегов мутные и грязные воды Сены, бурлил, переполненный ужасными слухами о ведьмах, колдуньях, невинно убиенных младенцах и черных мессах, где служили не Богу, а дьяволу. После подозрительной смерти в 1672 году офицера кавалерии Годена де Сент-Круа его люди нашли у покойного бумаги, компрометирующие его любовницу, маркизу де Бренвилье. Из них следовало, что ради получения наследства маркиза отравила отца, двух братьев и сестру.
В июле 1676 года маркиза была приговорена к «пытке питьём», после чего ей отрубили голову. Казнь маркизы вызвала смятение в высших рядах французской аристократии. Поползли слухи, что недавние смерти придворных также вызваны отравлениями. Король велел де ла Рейни разобраться, чем занимаются в Париже гадалки и алхимики — не приторговывают ли они «порошками для наследников». Все подававшиеся на стол монарха кушанья отныне должны были предварительно дегустироваться в его присутствии слугами.
В 1677 году де ла Рейни через некую Мари Босс вышел на отравительницу Монвуазен, которая продавала приворотные зелья и отравы жёнам версальских придворных. Среди клиентов Монвуазен фигурировали имена мадам де Вивон (золовки мадам де Монтеспан, официальной фаворитки короля), графини Суассонской (племянницы покойного кардинала Мазарини), её сестры герцогини Бульонской и даже маршала Люксембурга.
Для беспристрастного ведения расследования был учреждён особый трибунал, chambre ardente. Под пытками Монвуазен оговорила многих. В вину ей вменялись страшные преступления, включая убийство младенцев во время чёрных месс, которые творил её соучастник, аббат Гибур.
В процессе наряду с именами знатных придворных то и дело возникало имя маркизы де Монтеспан, официальной фаворитки короля. Из страшной паутины свидетельских показаний вырисовывалась картина, которую начальник полиции с содроганием был вынужден представить Людовику, — обращение маркизы к дьяволу посредством «ведьминского» искусства совпадало с кризисами в ее отношениях с королем.
В феврале 1680 года Монвуазен была сожжена на костре на Гревской площади; за этим последовало ещё три десятка смертных приговоров. Всего по делу проходило 400 человек. Маршала Люксембурга на время взяли под арест, а графиню Суассонскую выслали из Франции по подозрению в отравлении мужа и испанской королевы Марии-Луизы. Вслед за ней вскоре последует и её сын — Евгений Савойский, впоследствии опаснейший неприятель французов.
Мадам Монтеспан как мать своих младших детей король пощадил, но мимо её комнаты в Версальском дворце отныне проходил только по пути в покои новой пассии — мадам де Ментенон. После опалы, постигшей основных фигурантов, дело было велено замять, а ключевых свидетелей — заточить в отдалённых крепостях.
Салем небольшой городок штата Массачусетс в Новой Англии был основан в 1629 году пуританами. Будучи религиозными людьми, пуритане объясняли потерю урожая, домашнего скота, смерть детей, землетрясения и плохую погоду гневом Бога.
Салемский процесс 1692 года не был единственным процессом над ведьмами в Новой Англии (США) 17 века. Убежденность в существовании ведьм и их способности причинять вред людям и их имуществу посредством сверхъестественных сил (именно так средневековое право определяет колдовство) колонисты-пуритане привезли с собой в Новую Англию из старой доброй Англии, где процессы над ведьмами были нередки.
Поэтому для колонистов колдовство было таким же реальным и серьезным преступлением, как кража или грабеж. В 1641 году в штате Массачусетс была установлена смертная казнь за колдовство.
Салем ведовская паника охватила в 1692—1693 годах в момент кризиса политической и судебной власти.
Группа девочек-подростков, собиравшаяся по вечерам слушать сказки рабыни Титубы и гадать о женихах, вдруг стала странно себя вести (они легко возбуждались и впадали в истерику), что было интерпретировано пастором и врачом как одержимость бесами (в ту эпоху это было привычное объяснение нервных болезней).
Под давлением священников и горожан, допытывающихся о причине болезни, дети обвинили в колдовстве служанку Титубу (которая, и правда рассказывала детям о вуду, дурных предзнаменованиях и языческих обычаях родного Барбадоса долгими зимними вечерами, а может кое-что им и показывала).
Также девочки указали на жившую в деревне нищенку Сару Гуд и на пожилую ворчливую соседку Паррисов Сару Осборн, которая не была в церкви более года. Семья Путнам подала жалобы магистратам и 29 февраля 1692 года обвиненные девочками женщины были арестованы и вскоре осмотрены (на их теле искали «ведьмины сосцы» — родинки или бородавки, посредством которых, по общему мнению, ведьмы кормят демонов).
Рассказам девочек о нападениях духов и корчам, которые происходили с девочками в присутствии обвиняемых поверили, и их соседи — селяне тоже начали припоминать, как у кого-то из них протухали сыр и масло после визитов обвиняемых, приплод скотины оказывался больным.
«Дело о ведьмах» начинало набирать обороты. Две девушки из «околдованных», увидев, что шутки их зашли далеко, попытались сознаться в обмане, но остальные, до смерти боясь разоблачения и наказания, пригрозили раскаявшимся объявить ведьмами и их, так что им ничего не оставалось, как взять свои слова обратно и снова вернуться в ряды обвинителей.
Одна из девочек — Анна Путнам, обвинила в колдовстве Марту Кори, а Эбигайль Вильямс винила еще Ребекку Нерс. Кори и Нерс также подверглись осмотру. Арестована и допрошена была даже четырехлетняя Доркас Гуд — маленькая дочь Сары Гуд, (девочки заявляли, что их кусает ее дух). Четырехлетнюю малышку вместе с матерью продержали в тюрьме 8 месяцев, до тех пор, пока мать девочки не отправилась на виселицу.
Однако самой значительной жертвой этого процесса стал бывший священник деревни Салем преподобный Джордж Барроуз. 20 апреля 1692 г. двенадцатилетняя Анна Путнам под присягой показала, что ее «сильно испугал» призрак священника, который душил ее и заставлял писать в его книге. Анна Путнам заявила, что он околдовал солдат, во время военной кампании против индейцев в 1688−89 и был виновен в ряде неудач в войнах с индейцами.
Бэрроуза выставили зачинщиком и главой ведьмовского сообщества Салема, возглавлявшим ведовские шабаши. На основании показаний шести подростков и восьми раскаявшихся ведьм ему и вынесли приговор. 5 августа 1692 года он был приговорен к виселице, вместе с пятью другими обвиняемыми.
Всего во время этой истерии было арестовано 185 человек. Тридцать один человек был приговорен к смертной казни, девятнадцать (в том числе пятеро мужчин) повешены. Конец этой истории положил губернатор Фипс, который сначала запретил применять казнь к арестованным, а затем своим указом распустил суд.
Через несколько лет, в 1702 году, решение суда 1692 года по делу салемских ведьм было признано незаконным. В 1711 году всех пострадавших законодательно восстановили в гражданских правах, вернули доброе имя погибшим и выплатили немалую денежную компенсацию семьям жертв салемской трагедии.
В 1752 году поселок Салем переименовали в Дэнверс. В 1992 году в память о жертвах салемской трагедии был установлен мемориал. Где на самом деле похоронены «салемские ведьмы» — неизвестно.
В 1782 году в Швейцарии зафиксирован последний известный случай казни за колдовство.
Анна Гельди, которая была негласно признана последней ведьмой Швейцарии и получила широкую известность, родилась 24 октября 1734 года в Зеннвальде. Всю свою сознательную жизнь женщина проработала служанкой в домах обеспеченных швейцарцев, а в возрасте 46 лет устроилась горничной в дом уважаемого человека, врача Иоганна Якоба Чуди.
Младшая дочь Чуди, восьмилетняя Анна-Мария, обладала несносным характером и постоянно издевалась над прислугой. В октябре 1781 года девочке внезапно стало плохо. У нее начались сильные судороги, и через некоторое время она выплюнула странные металлические осколки, которые впоследствии были идентифицированы как острые иглы. Анну Гельди тут же обвинили в том, что это именно она подсыпала ребенку иглы в еду и питье.
Далеко не все в этой истории было понятно большинству жителей Швейцарии. По стране упорно ходили слухи, что Гельди состояла в любовной связи с хозяином дома и ждала от него ребенка. Поговаривали, что Иоганн Чуди, который не имел никакого желания порочить собственное имя, придумал такой хитрый план избавления от любовницы для сохранения имиджа добропорядочного семьянина.
После увольнения Анну Гельди обвинили в колдовстве, арестовали и заставили подписать добровольное признание собственной вины. Женщина, которая подверглась жесточайшим пыткам, призналась в сговоре с дьяволом. По результатам рассмотрения дела Анна Гельди была осуждена за отравление ребенка и приговорена к смертной казни, а уже 13 июня 1782 года ее обезглавили на центральной площади города.