То и дело натыкаюсь на стереотип, что книги-де лучше чем телевизор. И что количество стеллажей с книгами прямо пропорционально уму владельца, а диагональ телевизора - тупизне его. Но нет, ребята, это не так. Разочарую вас. Хоть я и не смотрю телевизор, но качаю с торрентов отдельные телепередачи. В основном документальные - охота, дикая природа. Они все в какой-то степени развлекательные, но намного лучше и чище иных книг. "Охота в Новом Свете" (Канада), "Парни с Юкона" (США) не сделают вас глупыми. Ведь мозгу нужен отдых, а это добротный, качественный релакс для желеобразной субстанции под крышками наших черепных коробок.
А вот книги коварны - они легко могут спровоцировать слабоумие. Чаще всего незаметно, исподволь. Поэтому говорю: не нужно приписывать книгам волшебные свойства возникновения ума на пустом месте. Книги разные. Большинство из них - яд.
У людей старшего поколения, помнящих времена книжного дефицита, болезненно нежное отношение к печатной продукции. Они, например, считают, что выбросить книгу может лишь изверг, вандал. А я вот выбрасываю. Как книгопродавец-букинист признаюсь: я книг выбросил столько, что иному не снилось за всю его жизнь. В помойку улетело (и продолжает улетать) всё, что нельзя продать. И лишь немногое просачивается к покупателю.
А теперь пример соприкосновения с книжным ядом из личного опыта.


Подвернулась мне под руки книга "Дикая собака Динго" (Новосибирск, 1980) бездарного и безграмотного Рувима Фраермана. В юности читал и даже, по-моему, всплакнул в финале (хотя, осадочек остался "а причем тут дикая собака?"). Но тогда не было рядом человека, который бы формировал мой литературный вкус. И читал я всё подряд. В зрелом возрасте захотелось перечитать (я, кстати, часто перечитываю знакомые книги и литература у меня не делится на взрослую и детскую). К "Дикой собаке" бонусом шли под одной обложкой повести "Никичен", "Дальнее плавание" и т.д. Не люблю негативно отзываться о чужих книгах, лень тратить на них время, но пару примеров всё же приведу. Ибо голословность тоже не приветствую.
В "Дикой собаке Динго" саранки цветут одновременно с поспеванием брусники; учительница вызывает в школу не мать Тани Сабанеевой, а отца, который перед этим свою дочь лет 15 не видел и вообще живет в другой семье; Коля постоянно болен и фатально невезуч, при этом умудрился получить главную роль в этой трагедии; Филька несколько раз меняет национальность, то он нанаец, то эвенк (именно эвенкийский танец увлеченно исполняет нанаец Филька у Тани на дне рождения) и т.д. Ну и цитату приведу с вашего позволения. Учительница думала: " Что с ней происходит? - и не находила полного ответа в словах Тани. - Или этот мальчик трогает её существо?" Вот и догадайтесь: кто там чего у кого трогает и что это за "существо" такое?..
Из повести "Никичен" я узнал, что кабарга - это баран (какой именно домашний или дикий - не уточняется), а последняя стадия цинги (когда уже выпадают зубы и идёт сильное кровотечение из дёсен) лечится... черемшой, причем черемша растет на Дальнем Востоке везде и в течении всего лета не теряет своих свойств, надо просто пожевать листочек и через 5-6 часов кровь перестанет идти и зубы не будут шататься. Всё пройдёт. Причём спелые ягоды брусники и голубики, как и другие растения, содержащие витамин С, для лечения цинги не годятся. Только черемша!
В повести "Дальнее плавание" цитирую: "Анка подняла несколько листьев, более ярких, чем другие, и положила их в свою тетрадь. А один лист, самый красивый, оставила, и на секунду взгляд её залюбовался его красотой". Ну что, "залюбовались красотой" стиля? "Взгляд залюбовался". Живёт своей жизнью. Залюбовался "на секунду". А секунда - это раз и всё! Невозможно "залюбоваться" на секунду. Это просто вскользь. И ничего она там не увидела кроме смутного желто-зеленого пятна. Лист Фраерман описать не смог. Всё, на что хватило его словарного запаса - это "более яркий" и "самый красивый". Но, писатель должен показать читателю лист так, чтобы читатель сам понял, что лист действительно "более яркий" и "самый красивый".
И на этом у меня всё, хотя обсуждать несуразности текста можно бесконечно, но стоит ли того бывший красный партизан Фраерман?
Читать по диагонали я не умею, любую книгу пропускаю через мозг как обогащенные пески через проходнушку. Радуюсь, если в шлихе окажутся самородки. Огорчаюсь, если приходится промывать пустую породу. Устаю, тупею, разочаровываюсь. И самое страшное - сам теряю способность писать. Происходит искажение и примитивизация слога. Поэтому Фраерман из моего дома изгнан. Пожизненно, без права амнистии.
А вот ещё пикантная история. Недавно купил четырёхтомник современного писателя, охотника. Продает он свои книги дорого, с расчетом на прибыль, но на корректоре сэкономил. Просто написал в выходных данных "издается в авторской редакции". Представьте, что там с орфографией и пунктуацией в этой "авторской редакции" охотника-промысловика. Жаль, что книги с автографом мне, а то давно бы продал, или выкинул. Впрочем, продам ведь всё равно. Товарищи промысловики, нельзя экономить на редакторе и корректоре! Через промхозы и потребкооперацию требуйте и добивайтесь для ваших приключенческих рассказов редактора и корректора! Не доверяйте своей гениальности! И не считайте свою целевую аудиторию глупее себя. "Я ж для охотников пишу, зачем им пунктуация, главное ведь - увлекательные истории".
В общем, о чем это я? О том, что иногда лучше смотреть телевизор - хорошие познавательные передачи. А книги нужно чаще выкидывать, делая мир немного чище и лучше.