[474x700]
Сказку о Снегурочке, девочке из снега, Васнецов знал с детства, но лишь взрослым человеком понял, как много вложено в этот нехитрый сюжет. Начать с того, что Дед Мороз и Николай Чудотворец –– одно и то же лицо. Почитание Николая Чудотворца пережило в России многие столетия; простодушие народа перенесло на Николу черты Деда Мороза из древних славянских верований –– и так сложился единый образ.
Сама Снегурочка –– это, пожалуй, елочка в зимнем, волшебном лесу, где вместо коряг –– медведи; елочки –– как боярышни в шубках и круглых шапочках; вокруг –– избушки, снеговики, зверушки… и по этому сказочному миру бриллиантовые россыпи.
В 1881 году московский меценат Савва Мамонтов решил поставить на домашней сцене пьесу Островского «Снегурочка», предложив Васнецову написать декорации и сделать эскизы костюмов.
Постановка «Снегурочки» имела исключительный успех среди московских любителей искусства. А милый образ Снегурочки Васнецов запечатлел особо, изобразив ее на опушке леса. Чуткая ночная тишина вокруг, слышно, как позванивают березки обледенелыми веточками. Под горой река, а за ней –– огни Берендеева посада. Манят Снегурочку эти огни, ей хочется к людям, но… словно чувствуя, что суждено погибнуть, не вернуться в свои холодные края, она прощается и со снегами, и с елочками; и сама она, как елочка в пышной шубке, украшенной тончайшими узорами. И столько в ней естественного, застенчивого, что… поистине –– это образ России, жемчужины на земном пространстве, где «тысячи переливов, звуков нежных, неброских, но завораживающих настолько, что не отвести глаз».
Нина Бойко