Это цитата сообщения Олифант Оригинальное сообщение
Дневники институтки Анны-Вильгельмины Аллендорф - 19
16 января 1907 г. Вторник.
День идёт за днём, но удовлетворения не приносит. Стараешься что-то делать, но всё это кажется не приносящим никому пользы. Страстно желала найти ещё урок – теперь желание моё исполнилось, но я радовалась только первые дни, а теперь уже привыкла.
Занималась сегодня утром с Эрной и должна сказать, что теперь уроки доставляют мне большее удовольствие, так как видны всё-таки некоторые успехи, и она теперь уже умеет читать. Но, несмотря на это, я бываю часто несправедлива и сильно раздражаюсь.
Играла я сегодня на мандолине, но всё ещё успехов не вижу, и это меня огорчает. Потом занималась английским и, наконец. Рисовала.
На минутку ко мне забегала Валя.
Сейчас измерю температуру и пойду к Таланцевым.
19 января 1907 г. Пятница.
Чудная погода, всего -1, солнце и совсем нет ветра. Пахнет весной и это удивительно приятно.
После завтрака мы с Леной ходили гулять, а потом до обеда время прошло совершенно бесцельно: лень было за что-нибудь приниматься, и я бродила из угла в угол.
У Таланцевых пробрала немножко Митю за лень и решила, вообще, обращаться с ним построже, а то он себе много позволяет.
Александра Арсеньевна рассказала мне, что в Нижнем думают открыть женские педагогические курсы. Вот то было бы хорошо! Я бы непременно поступила, мне так хочется учиться!
Была у меня вечером лихорадка 37,5, но я всё-таки пошла в театр с Леной и Васей. Был там концерт в пользу общежития при гимназии. Концерт не произвёл на меня ровно никакого впечатления, даже было скучно. В антракте видели Эрю и Зину, Марью Мих. и многих других знакомых.
21 января 1907 г. Воскресенье.
Утром была с Леной в церкви. До обеда ничем особенным не занималась. К обеду пришёл Эря один, и это было очень приятно: без Зины Эря гораздо живее, веселее, разговорчивее, видно, что ему очень приятно быть с нами. При Зине всё он как-то уходит в себя и от него гораздо труднее бывает добиться слова. Мне его очень жаль!
Пришла Зина, и мы до 9 часов играли в рамс. Лена с Васей ушли к Архангельским.
После чая я читала «Записки революционера»*, как раз его побег из крепости. Пока я читала, у меня просто дух захватывало, до того интересно. Да! Какое всё-таки безобразие творилось при Александре II. Сколько невинных людей арестовывали и ссылали в Сибирь по одному подозрению!
*Пётр Алексеевич Кропоткин
20 февраля 1907 г. Вторник.
Открытие Думы! Что-то будет?! Что-то она нам принесёт?!! По этому случаю нигде сегодня не учатся. Я всё-таки занималась утром с Эрной.
3 апреля 1907 г. Вторник.
Утром страшно злилась на Эрну во время арифметики. Я чувствую, что это нехорошо, что, может быть, я сама виновата в том, что она плохо решает задачи, но сдержаться всё-таки не могла.
Купили рояль, и я страшно люблю слушать мамину музыку. Вчера вечером мама играла ноктюрны Шопена и на меня эта музыка произвела сильное впечатление.
Сегодня пробовала играть на мандолине под рояль, но пока ничего не вышло, так как мандолина настроена слишком низко. Настраивая её, я так натянула одну струну, что она лопнула.
Погода холодная +1 и сильный ветер. На Оке была вчера подвижка, но теперь лёд опять стоит.
Сегодня мы собираемся в оперу на «Лакме», участвуют сёстры Кристман*.
Как глупо провожу я время!!!!!!!!!!!!!!!!!
*Кристман Эмилия Ивановна и Кристман Габриэль Ивановна.
16 апреля 1907 г. Понедельник.
Страстная неделя началась!
Погода сегодня сделалась холоднее: +10, а все эти дни было +15.
Что-то не пишется. Господи, какая тоска! Это просто не жизнь! Эти вечные неприятности, недоразумения так утомляют душу. И, главное, тяжело сознавать, что значительная часть вины лежит на маме. Хочется видеть маму высокой, превышающей всех в нравственном отношении и страшно больно видеть, что она поступает не так. Конечно, я маму не виню: у ней и года уже сказываются и сил у неё мало, поэтому она легко устаёт и постоянно бывает раздражительна. Я чувствую, что мы должны сносить всё это и мне это легче. Чем Лене. И, если бы мы жили с мамой одни, нам было бы легче. Но Лене трудно, и это тоже понятно, находиться постоянно в такой зависимости. Господи! Как-то всё будет? Неужели не удастся жить мирно и уютно, как бы мне этого хотелось. Хоть бы мама сама увидала, что и она отчасти во всём этом виновата.
Послезавтра должны приехать Лида и Саша. Что-то будет тогда?! И маму, ведь, мне тоже жалко от всей души, потому, что я люблю её больше всех на свете.
5 мая 1907 г. Суббота.
Вот прошла Пасха, и сегодня уже кончается Фомина неделя, а я всё это время совершенно не писала.
Праздниками я, в общем, довольна, только погода почти всё время была скверная.
Саша нас много смешил, и иногда бывало очень весело. Дети доставили маме уж очень много хлопот, но и с ними было приятно.
Занимал нас всё время очень сильно дачный вопрос: совершенно не знали куда ехать. Думали съездить в Горбатово, посмотреть там дачи, но это нам не удалось из-за погоды и, в конце концов, остановились на Чеченино. Наняли там дом для нас, и дом напротив для Лены.
Третьего дня я ездила в Чеченино с Н. К. Архангельской и А. В. Т., что бы всё ещё раз осмотреть и сделать кое-какие распоряжения. Утром погода была ясная, но довольно холодная +8. Я оделась потеплее, и отправилась на пристань. На пароходе «Император» меня дожидались уже мои спутницы. 3 часа прошли совершенно незаметно: мы много разговаривали, пили чай, обедали, смотрели в окно: так приятно было прокатиться на пароходе и опять увидать все знакомые места. Но, вот, пароход обогнул гору и показалось на горе Чеченино. Как приятно было видеть всё это: точно чем-то родным повеяло на меня! У пристани стояло много лодок, мы сели в одну из них и нас подвезли прямо к Чеченинской горе. Мы взобрались на гору и перед нами знакомая зелёная улица. Я пошла к Анне Андреевне Костиной, а от неё уже смотреть наши дачи. Обе дачи, по-моему, всё-таки ничего, мне кажется, мы там устроимся. Распоряжения все нужные я сделала, потом напилась чаю у Анны Андреевны, а потом пошла отыскивать моих спутниц. С ними я осмотрела ещё одну дачу, а потом, часов в 5, мы сели на лодку и отправились на пристань. Пошёл дождь и я порядочно-таки промокла, так как у меня не было ни зонта, ни плаща. На пристани мы просидели часа два и, наконец. Пришёл пароход «Императрица Александра». Переход с пристани в тёплую рубку был очень приятен, там было уютно: горело электричество, сидели пассажиры, за которыми было очень интересно наблюдать. Ехала одна немецкая семья из Казани за границу, и я всё прислушивалась. Мы делали на их счёт свои замечания и много смеялись по этому поводу. Время опять прошло незаметно.
Так как пассажиры-немцы торопились на вокзал, то пароход пристал сначала к сибирской пристани, а потом только подвёз нас к городской. Домой я приехала в 11 ½ с Вас. Вас., который встретил меня на пристани.
7 мая 1907 г. Понедельник.
Вчера был акт в консерватории и после завтрака Лена, Вас. Вас. и я отправились туда. Играли очень хорошо. Потом Виллуан* читал краткий отчёт о деятельности музыкального общества и исполнил это так сбивчиво и неумело, что вышло даже комично.
Видели мы там Соню Карпову, которая обещала к нам заехать на этой неделе.
Придя домой, я застала у себя Ваву Овен и узнала поразительную новость: её брат, который был сумасшедшим в самой сильной степени, вдруг пришёл в себя и окончательно поправился. Ну, не чудо ли это? Особенно поражает то, что его исцеление совершилось как раз в тот день, а говорят, даже, и в тот час, когда мать его, прежде глубоко религиозная женщина, а потом, в следствии сильных несчастий, потерявшая веру, опять вернулась к Богу, и решила нести свой крест безропотно. Да! Вот это так настоящее чудо! Бог хотел испытать её веру несчастьями, довёл её до покорности своей воле, а потом исцелил её сына. Так, значит, и в наше время бывают ещё чудеса! Я очень рада за Овен, слава Богу!
Читаю я теперь дневник Е. Дьяконовой** на ВЖК***. Вот так дневник, сколько глубоких мыслей, не то, что у меня!
*Виллуан Василий Юльевич (1850 - 1922) – русский скрипач, пианист, композитор, дирижёр, педагог, музыкальный и общественный деятель, основоположник профессионального музыкального образования в Нижнем Новгороде.
**Елизавета Александровна Дьяконова (1874-1902) - автор «Дневника русской женщины», публицистических статей и рассказов.
*** Высшие Женские Курсы - система высшего образования для женщин в Российской империи.
8 мая 1907 г. Вторник.
Вчера была целый день ясная погода, но всё-таки прохладная +12.
День провела я довольно бестолково: всё хочу заниматься, как следует английским языком, но одолевает лень и ничего не выходит.
После обеда пошла в институт, хотела навестить Над. Ник. и Шамонину, но никого не застала дома. Люблю я, всё-таки, наш институт и мне всегда, когда я там, бывает грустно, что я уже кончила.
Вчерашний вечер прошёл хорошо, все были вполне мирно настроены.
10 мая 1907 г. Четверг.
Второй день стоит летняя погода +19 в тени. Наконец-то дождались мы тепла, не знаю только, надолго ли.
Вчера много были в саду, до обеда почти всё время. Приезжал мороженщик, и мы купили мороженого.
После обеда Лена, Нюлька и я отправились в Мининский сад. Пили лимонад, глядели на Волгу, к сожалению, не было музыки.
Нехорошо то, что я слишком много обращаю внимания на свою наружность: моё настроение часто портится от того, что у меня скверная причёска или шляпа нехорошо сидит на голове. Надо бороться с этим, ведь это позорная мелочность!