Листик сорвался с могучего Древа, его закрутило, в струе завертело, он ветру могучему в руки отдался, с надеждой на лучшее вовсе расстался. Но вот показалась большая река, несущая воды века и века… Посланец древесный замедлил полет, и в реку упал, точно маленький плот. Движение потише, и ветер неслышен, стремится куда-то неспешный поток. Листочек плывет по реке, неподвижен, и ждет, что решит привередливый рок. Вот звезды открылись, и солнце потухло, разлилась в округе ночь-темнота. И мысли полились с рекою как будто, наполнила душу его красота… В тиши он течение-полет продолжает, исчезнув в природе, прорвавшись в века. И с Древом-отцом свою связь не теряет, как будто связала их чудо-струна. Река добежала до синего моря, где края не видно воды и небес, и путник заметил на этом просторе синеющий остров и пальмовый лес. Вот берег песчаный, за ним, возвышаясь, деревья стоят удивленной толпой: «ты странник забавный!» Над ним потешаясь, деревья хохочут глумливой гурьбой. Могучая сила, дремавшая в Древе, что жизнь подарило герою-листку, проснулась, встряхнулась и сбросила Семя, что листик с собою принес на боку…

Росток поднимался неспешно и плавно, общаясь с ветрами, питаясь водой, и дерево выросло статным и славным, увенчано кроною с пышной листвой. На острове долгая жизнь потекла, и выросло Древо великим, могучим. Однажды вокруг всё сгорело дотла, осталось лишь дерево в пепельных кучах… Ни пальмы, ни джунглей, лиан и бамбука, везде только гарь и унылая грязь. И Древо стоит, и в округе ни звука, и море, насколько дотянется глаз. И тысячи лет, как момент, пролетают, и моря уж нет, лишь земля и пески, а Древо листвою небес достигает, не зная ни горя, ни бед, ни тоски. На каждом листочке звезда притаилась, а корни питаются соком планет. То Древо в пространстве давно растворилось, оно как бы есть, но его словно нет! Листочек, когда-то подкинувший Семя, всё так же на острове диком лежит. Минуют его катаклизмы и время, а он с удивлением всё так же глядит…