Для тех, кто не в курсе. Гертруда - мать Гамлета. Вдова его отца и жена его дяди. Королева Дании. Некоторые исследователи утверждают, что Гертруда - дочь Рюрика, которого новгородцы призвали править Русью.
Тень отца, явившаяся Гамлету, запрещает поднимать руку на мать. Даже за гробом мёртвый король помнит о своей любви, прощает жену и запрещает сыну мстить матери. Тот выполняет волю призрака, не поднимает на неё кинжал. Кинжалы заключены в словах, обращённых к ней. Гнусность поступка Гертруды прикрывается лживыми словами, которые Шекспир называет раскрашенными. "Щёки шлюхи так же уродливы под белилами и румянами, как мои дела по сравнению с моими раскрашенными словами." Исскуство подмалёвки скрывает картину подлинной жизни. Если стереть ретушь, то можно увидеть, что суть происходящего не только не сложна, но просто удивительна своей несложной обыкновенностью. Духовность и душевность - просто раскрашенные слова, а на деле всё даже проще, чем у животных.
Гертруда забыла умершего мужа через два месяца после его смерти. "Зверь, лишённый дара мыслить, печалился бы больше". Но и это сравнение сложно и возвышенно - находится другое - более наглядное и обыденное. Королева вступает в новый брак "прежде, чем износились башмаки, в которых она шла за телом моего бедного отца, - вся в слезах, как Ниобея". Подмалёвка изображала скорбь Ниобеи, а на деле подмётки оказываются прочнее женской любви. Сравнение воздействует контрастом. Сравнение картинных слёз и подмёток сбивает границы возвышенного и низменного. Ложь проявляется в мнимо-возвышенных формах, а истинное положение - сугубо прозаично.
Чтобы разоблачить эту ложь, Гамлет противопоставляет подмалёвке физиологическую грубость, которая не имеет пределов. Наследник престола говорит королеве, что её теперешний брак - блуд в загаженном свином хлеву. Сын орёт на мать, что она валяется в зловонном поту продавленной кровати, замаранной распутством. Он говорит с ней, как с потаскушкой из дешёвого притона. Если бы хоть одно человеческое чувство сохранилось в Гертруде, то она не поменяла бы прошлую любовь на Клавдия
"Слепорождённый с даром осязанья;
Безрукий, слабо видящий, глухой,
Но чувствующий запах, не ошиблись
Так явно бы!"
И королева, не испугавшаяся мятежников, падает на колени перед сыном, умоляя его замолчать. Она видит отражение самой сокровенной части своей души. Отчётливость её понимания такова, что она различает цвет своего позора.
"Гамлет, перестань!
Ты повернул глаза зрачками в душу,
А там повсюду пятна черноты,
И их ничем не смыть."
А мёртвый муж, которого не может видеть изменившая жена стоит здесь же и охраняет её от гнева сына. Такова сила его любви к ней.

Великая пьеса.