Она надевает туфли на заоблачном каблуке,
Ей предстоит вечер в прокуренном кабаке,
Её зовут N., ей шестнадцать вёсен,
Она никогда никого ни о чём не просит,
Земной подрабатывает осью
Для тех, у кого земля крошится из-под ног.

Она учит немецкий, мечтает о Дюссельдорфе
И о мальчике, что читается между строфами,
Он уходит, от него остаётся предчувствие катастрофы,
Обжигающий привкус крепчайшего кофе
И надежда, что он обязательно позвонит.
У неё ведь сердечко не монолит.

Она в мочки вдевает по две серёжки.
Родинки на скуластом лице похожи на мошек
На ярком экране включённого телевизора.
Её бабушка говорила ей, Бог не Тимошка,
И она уверена, Он помог её бабушке с визой,
Страшно сказать, уже пять лет назад.

Бабуль, я хлебаю здесь жизнь полной ложкой,
Но, знаешь, я сомневаюсь немножко,
Не модно ли там, где ты, свесив ножки,
Болтаешь с ангелами пять лет подряд,
Подсыпать в нашу жизнь яд.

И фотографии смотрят в глаза.
Красноречиво молчат.

К.Желудова