Всё спит. Причудливо и сыро.
Луна дельфином из небес
мелькнёт, и вновь в пучины мира
её затягивает бес.

Озноб дождя, и вновь затишье.
В глуши окон и снов глуши
три ангела, спустившись с крыши,
врачуют линии души.

Лоснится липкого тумана
неповоротливый тюлень.
На площадь мутные тюльпаны
вливают сливочную тень.

Всё спит. Спят звуки. Замер город.
Хоругви и святыни спят.
Лишь, закольцованная в провод,
Земля вздыхает сквозь асфальт…

Михаил Гофайзен