Всё это только кажется:
длинная ночь без сна,
мыслей бессвязных кашица,
вязкая тишина —
бездна, в себе укрывшая
тысячи тёмных лет;
каменная, настывшая
память о феврале.

Что-то потом припомнится:
юности горький хмель,
дни беззрассудной вольницы,
внове открытый зверь —
чувственный, жаркий, маетный,
жаждущий низвести...

Позже, в седом беспамятном,
с мыслями взаперти,
тёмные чётки прошлого
вновь перебрав по дням,
сможешь простить оплошное,
к тленному возмужав.

Это, конечно, сбудется,
но не сейчас, не здесь.

Детство тобой волнуется.
Помнишь, ты где-то есть?

Райскими дышишь кущами,
божьей лозы кишмиш,
видишь во сне грядущее
и в пустоте паришь.



Уже Другая