Прогнозы обещают холод
и новый снег.

Телесный голод
по ласковым рукам тепла
невыносим, и душит ворот,
как домостроевский уклад.

Слова толпятся и болят,
но изрекаться не желают.

И вот,
хрустишь кандиль-китайкой,
листаешь книгу ни о чём,
а время медленно течёт,
впадая в реку-тишину.

И если вдруг не подтолкнут,
то дозимуешь в полудрёме,
шурша конфеточной фольгой
и составляя палиндромы.

А в соблюдение проформы
о всех упущенных фантомах
грустит пусть кто-нибудь другой.


Уже Другая