Лазейку отыскав во время без лимита,
в неспешности минут смотреть на смерть травы —
она пришла к утру, тиха и ледовита,
укрыла в саван сквер и тело мостовых.

И тайны нет ни в чём, но тайна есть повсюду.
Спокойно спит трава, отдав земле зерно.
Конечно же, смешно по-детски верить в чудо,
но отвергать его — бездарно и грешно.

Растишь в себе зерно, но плевела не дремлют —
понятно, не чиста, но кто здесь без греха?
Всё смелет в свой черёд в муку усталый мельник
и зачерпнёт в ладонь, и сдует: "Чепуха..."

Однажды он к тебе придёт и тихо спросит —
и что ответишь ты тому, кто ждать привык?

... А, впрочем, так легко покорны медоносы.

И мне уже легко...
Пишу на смерть травы.




Уже Другая